Файролл. Петля судеб. Том 3

Над головой гулко бухнул еще один разряд грома, на этот раз так, что аж уши заложило.
– О, баба! – ткнул пальцем в небо над собой рыжебородый гном Хьюго. – Гляньте!
– Мессмерта, – пояснил я, только кинув взгляд на грозный лик, который отчетливо был различим в черноте туч. – Она, родимая. Лично пожаловала.
– А ты откуда ее так хорошо знаешь, что сразу узнал? – моментально среагировала на мои слова Кролина.
Тем временем богиня над нами сначала злобно улыбнулась, а после раззявила рот, да так, что в него аккурат воронка поместилась. Врать не стану – пробежали по спине мурашки, больно все это жутковато смотрелось.
– Всякое со мной в Файролле случалось, но богини меня еще не съедали, – поежился Вахмурка.
– Ничего, если что, мы все равно при своем интересе останемся, – заявил нам Амадзе. – Нам все убытки клан «Великая М» возместит, никуда не денется. Если мы все же подадим жалобу в администрацию, то им хана. А мы подадим непременно, даже не сомневайся. И нет, Кролина, тут уже ничего зазорного нет. Война объявлена, правила ее ведения закреплены документально, так что пусть попробуют доказать, что это не они на нас небожительницу натравили!
День окончательно сменила ночь, и только глаза Мессмерты ярко полыхали огнем молний. Лицо богини стремительно приближалось к нам, подтверждая слова Вахмурки, похоже, она в самом деле собиралась нас проглотить, как коршун цыплят.
Все разговоры прекратились, все члены клана «Линдс-Лохен», что собрались на площади, задрав головы вверх, ожидали, чем дело кончится. Противопоставить противнику, тело которого сплетено из тумана, все равно было нечего, его ни одно оружие не возьмет, оставалось только смотреть, восхищаться красотой происходящего и чуть-чуть бояться.
– Да ну на фиг, я на такое не подписывалась! Пропадите пропадом, идиоты! – завопила вдруг Ран, вслед за ее словами вспыхнул и тут же погас синий фонарь портала.
– Нервный нынче молодой игрок пошел, – вздохнула Кролина. – Орать-то зачем?
– И то правда, – согласился с ней Вахмурка. – Да и потом – не эту клоунессу надо бояться, народ. Она так, игровая мелочь. Вы подумайте, о том, что станет с Трень-Брень, когда та поймет, что какое мероприятие пропустила. И что за ад нам всем устроит после! Просто за то, что мы тут были, а она – нет!
– Бли-и-и-и-ин! – дружно выдохнула площадь после его слов. – Беда-а-а-а-а!
– Хейген, друг мой, а что, собственно, происходит? – Ко мне подошел Бахрамиус, наряженный в шелковый пестрый халат и остроконечные шлепанцы. – Я смотрю в окно – там ночь вместо дня. Выхожу сюда – вижу лицо могучей ханум, вернувшейся в наш мир из немыслимых глубин небес, таких, где нет ничего, даже времени. Отчего она на нас гневается?
– Мы оказались сильнее, чем ее нукеры, почтенный маг, – вместо меня задорно ответила Кролина. – Ей это очень не понравилось.
– Боги обидчивее людей, – огладив бороду, произнес чародей с Востока. – Умный человек, если выживет после своего падения с высот, поражение станет расценивать как повод для того, чтобы стать сильнее и умнее, чем он был раньше, и каждый миг посвятит совершенствованию, дабы в следующий раз победить и воздать врагу сторицей за свое поражение. А бог видит в любом, даже самом мелком промахе, оскорбление собственному величию – и только. Боги слепы в своей силе, они слишком верят в то, что именно она дарует им всевластие. Потому…
Закончить назидательно-мудрую фразу маг не успел, поскольку именно в этот момент Мессмерта, рот-воронка которой раздвинулся до совсем уж невозможных размеров, нависла ровно над нами и двинулась вниз.
– Лосси, скажи ему наконец, чтобы он убирался из нашего замка, иначе это никогда не кончится!!! – донесся до меня вопль сестрицы Эбигайл, а после я покатился кубарем по ступеням, натыкаясь на своих сокланов, которые тоже не устояли на ногах. Очень уж большой силы по двору замка был нанесен воздушный удар. Мало того – секундой позже к нему добавились и акустические эффекты!
Сначала нас словно огромной бесплотной ногой всех придавило, а после уши резанул пронзительный визг, такой, будто сразу все женщины мира узнали о том, что производители в смартфоны фотокамеры более встраивать не станут.
 
Зато следом за тем мы все снова увидели солнце, оно залило нас своим светом, невероятно ярким после стремительно сгустившегося мрака. Туча, накрывшая Пограничье, была буквально разорвана в клочья, что и вызвало столь бурную реакцию Мессмерты.
– Ты не вправе лишать жизни тех, кто присягнул мне на верность! – голос Тиамат перекрыл визг богини, которой не хватило считаных секунд для того, чтобы поглотить нас всех. – Эти земли, а также те, кто на них живет, находятся под моей защитой! Не забывай, сестра, что у тебя нет храма, у тебя нет первожреца, ты – никто! Не гневи меня! И не заставляй напоминать о дне, когда ты уже испытала на себе мою ярость! Ты же помнишь, как я разметала рати подвластных тебе людишек, как захлебнулось в крови то восстание, на которое ты и твои приятели поставили все, включая собственные жизни!
– Не сильно тебе помогла твоя верность Демиургам, сестрица, – глухо рокотнула еще не до конца исчезнувшая туча знакомым мне голосом Мессмерты. – Ведь ты отправилась в Великое Ничто вместе с нами. Тебя, как шелудивую псину, выпнули за дверь, вот и вся награда!
Это что-то новенькое. Стало быть, в те давние времена Демиурги не за праздность и излишества всякие нехорошие богам хвосты накрутили, а за вполне конкретное дело, назовем его условно попыткой переворота. И Тиамат, заметим, выступила не на стороне родни. Любопытно.
Интересно, не потому ли после ее дочь не отправилась с остальными в великое Ничто, а осталась в этом мире, пусть даже в спящем состоянии? Мало того – о ней не забыли, как обо всех остальных небожителях, оставив пусть мизерный, но все же шанс вернуться в мир. И он, заметим, выстрелил. Хотя и спустя бог весть сколько веков, но выстрелил же? А если бы это случилось пусть даже на десяток-другой лет раньше, то Соагда, более известная как Плачущая Богиня, стала бы единственной представительницей высших сил в Раттермарке, а то и в Файролле вообще. Орт Пепельный не в счет, ведь так и сидел бы в своей пещере, ожидая идиота, который возьмется за выполнение его мудреных поручений. А такой дурачок на весь Файролл только один и нашелся, другого не сыщешь.
Да, за такой куш стоило отправиться в Великое Ничто с опостылевшей родней. Отправиться и ждать там, когда дочь, занявшая в одну моську небесные чертоги, найдет способ выдернуть тебя из извечной пустоты.
Может, все и не так, может, это только игры моего разума, но кто знает? Вдруг все же я прав?
– Вон! – громыхнул голос Тиамат, и остатки иссиня-черной тучи разметало в клочья.
– Круто! – гаркнул Шеркон. – Тиамат рулит!
– Тиамат рулит! – многоголосо поддержал его клан.
Богиня Тиамат с теплом приняла похвалу своих сторонников из клана «Линдс-Лохен».
Каждый из них получает следующие бонусы:
+ 500 ед. жизненной энергии (сроком на сутки по игровому времени);
+ 500 ед. маны (сроком на сутки по игровому времени);
+ 15 % к шансу на то, что из убитого противника выпадет какой-либо предмет (сроком на 12 часов);
+ 10 % к шансу на то, что из убитого противника выпадет какой-либо магический жетон (сроком на 12 часов).
– Наша богиня – самая богиня в мире! – прорезался сквозь одобрительный гул бас Гуго Железнолапа. – Хой, собратья!
– Хой! – рявкнула площадь.
– И сосестры! – добавила негромко Триксти, так и ошивавшаяся рядом со мной. – Что за дискриминация?
– Ты больше это слово здесь не используй, ладно? – попросила ее Фрейя, тоже находящаяся неподалеку от нас. – Лучше пусть они сексизмом промышляют, чем так обо мне говорить станут!
– Ты Ран сама из клана выпнешь или мне ее к финишу привести? – спросил тем временем Шеркон у Кролины.