Особое предложение (СИ)

— Леди, рады приветствовать вас в нашем отеле! — расплылся он в слащавой улыбке.
Я едва заметным кивком дала понять, что его услышала, но внутренне подобралась. Не просто так он к нам подошёл.
— Всем ли вы довольны?
— Пока да, — с намёком ответила ему, давая понять, что он нас задерживает.
— Простите, что отнимаю ваше время, но вышло небольшое недоразумение. Вчера никто не видел вашего прибытия. Не подскажете, в котором часу вы прибыли, чтобы мы наказали нерадивый персонал.
Я тут же напряглась. Вначале скажи ему, во сколько я приехала и как умудрилась пройти незаметно, потом куда подевался слуга из номера и когда он ушёл, поэтому добавила в голос ледяных ноток и высокомерия:
— Во-первых, это невероятная наглость с вашей стороны требовать от меня отчёта! Я думала, что в отеле вашего класса могу рассчитывать на соответствующее обслуживание. По доброте душевной я не стала вчера выказывать своё неудовольствие и сама поднялась в номер. Во-вторых, если не можете наладить работу персонала, меняйте тех, кто ими руководит! Это полностью на их ответственности, а не вина низшего персонала. А вообще, даже моя служанка сегодня пожаловалась, что ей мешали выполнять её обязанности, отвлекая глупой болтовнёй и собирая сплетни.
— Простите! Виновные будут наказаны! — подобострастно поклонился мужчина, плохо скрывая недовольный взгляд, и всё ещё заступая дорогу. — Ещё один вопрос: как вас зарегистрировать?
— Если бы вы потрудились заметить, я сейчас в трауре и не желаю никого видеть, поэтому предпочитаю своё имя сохранять инкогнито. Можете обращаться ко мне «Ваша светлость», этого будет достаточно.
— Простите, но правила нашего отеля…
— Пошёл прочь! — кончилось моё терпение. — Вы и так отняли непозволительно много моего времени.
Я пошла на него, и он поспешил убраться с дороги, бормоча извинения. С его стороны было непозволительной наглостью и дальше от меня что-то требовать, когда я обозначила свою принадлежность к высшей аристократии.
Стычка в холле отеля меня взбесила. Не думал же он, что лорд Нордвик поселит в одной из лучших гостиниц столицы недостойную особу! Раскрывать же так быстро своё имя я была не намерена. Шпионы дяди будут ждать меня у городского дома, или стараться выяснить что-то у тех, кто меня знает. Если я вначале думала остановиться у Луизы Тобрей, в доме своей знакомой, то потом отказалась от этой идеи. Она такая болтушка, что тут же станет известно, что я в столице.
— Ваша светлость, здорово вы его на место поставили! — восхищенно произнесла Адель. — Ишь, чего удумал! Да где это видано, чтобы благородные господа перед слугами отчитывались. Пусть знает своё место!
— Для гостиницы подобного класса его настойчивость верх возмутительности, — задумчиво произнесла я. — Если подобное повторится, я буду вынуждена оставить жалобу.
— А если ко мне с вопросами сунутся, я вам тут же доложу! — с боевым настроем заявила Адель. Отдохнув, она вновь обрела уверенность в себе. Да и чего нам бояться днём на одной из центральных улиц?
Как оказалось, я глубоко ошибалась.
Успокоившись, мы неспешно прогуливались вдоль лавок, наслаждаясь погожим днём. Солнце так припекало, что я уже пожалела, что не подумала захватить с собой зонтик. Да у меня и нет подходящих под траурный наряд. Дома скорбь по жениху не была поводом для безделья, времени для томных прогулок не было, да и мне было достаточно шляпок, тогда не было большой жары.
Я стала обращать внимание на витрины, собираясь приобрести зонт, и тут услышала удивлённое:
— Илана, ты ли это, девочка?!
На миг я испытала искушение сгорбиться, становясь ниже и ускорить шаг, избегая встречи. Но герцоги Монранси никогда ни от кого не бегали, поэтому я распрямила плечи и медленно оглянулась. На выходе из лавки, мимо которой только что прошла, узнала леди Тобрей.
— Глазам не поверила, когда через витрину увидела тебя! — подошла ко мне мать Луизы.
Я молча смотрела на неё, просчитывая, чем может грозить это встреча. А она вспомнила, что я уже давно не девочка, и наследница титула.
 
— Ваша светлость, извините, что так по-простому. Мы же всегда были добрыми друзьями. Позвольте выразить вам своё соболезнование. Какое горе… Сожалеем, что не смогли приехать проститься, сезон в самом разгаре.
— Я понимаю. Спасибо за участие.
— Но как вы здесь?!
— Дома оставаться было невыносимо. Слишком больно, каждая мелочь напоминает об отце. Решила немного сменить обстановку и прийти в себя.
— Как я вас понимаю! Вы надолго здесь?
— Пока не знаю. Я даже городской дом открывать не стала. Как вы правильно заметили, сезон в самом разгаре, и нечего мне своим печальным видом портить людям настроение. Слишком многие знали и уважали отца, и посчитали бы своим долгом нанести визит. Я была бы признательна вам, если бы моё присутствие в городе осталось пока тайной.
— Конечно же! — уверила она меня. — Но вы должны обязательно навестить нас!
Я не успела ничего ответить, когда вслед за матерью из лавки выпорхнула и Луиза.
— Илана!!! — радостно воскликнула она. Так громко, что несколько прохожих на нас даже оглянулись.
Я едва устояла, когда она бросилась ко мне с объятиями.
— Как я рада тебя видеть! Мне нужно столько всего тебе рассказать… За мной ухаживает сам герцог Винранси! — поспешила поделиться своим достижением. — Помоги мне выбрать духи. Их доставили из самого Игенборга! Хочу окончательно вскружить ему голову.
— Луиза Тобрей, немедленно вспомни о своих манерах и веди себя как леди, а не восторженный ребёнок! — строгим тоном потребовала её мать. — Неужели ты не видишь, что Её светлость в трауре?
— Ой, прости! Мне очень жаль герцога Монранси. Такая трагедия… Ты теперь сезон пропустишь из-за траура? Я так надеялась, что ты приедешь…
— Луиза! — ещё раз одёрнула её мать.
— Простите, я что-то не то говорю… — смущённо схватилась за щёки девушка. — Просто так рада тебя видеть. Ты здесь. И ты просто обязана мне помочь выбрать духи! У тебя безупречный вкус.
— Луиза, Её светлости сейчас не до таких глупостей.
— Всё в порядке. Я с радость посмотрю, что Луиза выбрала и выскажу своё мнение, — согласилась я, желая убраться с улицы. А то пока стоим, ещё знакомых встретим.
— Пойдём, — схватила она меня за руку, в нетерпении увлекая за собой и щебеча: — Я так благодарна тебе за знакомство с мадам Паулой! Она превзошла себя, и вчера на балу я произвела фурор. Остальные дебютантки просто зеленели от зависти. Помнишь противную задаваку леди Габриэль Анжей, об остром языке которой уже слагают легенды? Так даже она вчера отметила моё платье и сказала, что оно прелестно!
— Луиза, не заставляй меня краснеть из-за пробелов твоего воспитания. Вспомни, о скромности! — схватилась за сердце леди Тобрей.
Но её дочь мне лишь подмигнула и, наклонившись, с сияющими глазами призналась, быстро-быстро шепча по-секрету:
— Я такая счастливая! Меня называют звездой сезона. У нас уже все гостиные и холл утопают в цветах. У меня столько поклонников… Но герцог Винранси самый лучший! У него такая улыбка… А какой приятный голос! Когда он говорит со мной, я ничего не слышу из-за стука своего сердца, но готова слушать его бесконечно. Скажи, у тебя также с твоим женихом было?
Сердце кольнуло от воспоминания о нём, но я постаралась не показать этого.
— Мы с Робертом были знакомы с детства, и я его не настолько восторженно воспринимала. У нас было много общих интересов и тем для бесед. Но его улыбка мне тоже нравилась, — улыбнулась я.
Луиза понимающе сжала мои пальцы, и мы вошли в лавку.
 
Я помогла ей определиться с выбором, а она мне показала, где продаются самые лучшие зонтики, купив и себе ещё один. Мы после этого расстались, но я пообещала, что не уеду из города, не навестив их.
Луиза нравилась мне своей открытостью и непосредственностью. Глядя на неё, невольно вспоминала и свой первый сезон. Я тоже имела успех, и воздыхатели присылали цветы, но я знала, что обручена и никого серьёзно не воспринимала. Рядом со мной был Роберт, который отгонял особо настойчивых поклонников.