Проклятые (СИ)

Только из репортажей, передаваемых по телевидению, Кэрол узнала, что значили слова Джека Рэндэла «пятый раз», и удивилась, как не догадалась сама. Это было пятое покушение на жизнь знаменитого адвоката.
— …Кому на этот раз Джек Рэндэл перебежал дорожку? Компетентные органы отказываются комментировать произошедшее. Но и так ясно, что профессиональные киллеры так не действуют. Марка и номер машины, сбившей знаменитого адвоката, известны, и она уже в розыске. Может, это был кто-то из простых людей, обиженных суровым адвокатом? Не связанно ли это покушение с нашумевшим делом о Дастине Смитте, маньяке, оправданном, благодаря стараниям Джека Рэндэла, который после освобождения совершил новые убийства? Может быть, это была месть Рэндэлу за эти смерти? Или это какой-нибудь народный мститель, решивший избавить мир от чудовища в образе адвоката, дабы помешать ему творить зло и предотвратить новые несчастья, как плоды его работы?..
Покушение на Джека Рэндэла было сенсацией, которую не переставали перемалывать по всем каналам злые языки злорадствующих репортеров, питавших особую нелюбовь к адвокату, выказывающему пренебрежение и даже презрение к прессе. Они удивлялись и, казалось, что даже досадовали на живучесть молодого юриста, высказывая по этому поводу всевозможные предположения, даже бредовые, такие, как то, что он заключил сделку с дьяволом, который сохраняет ему жизнь, чтобы он помогал преступникам избегать наказания и изолирования от общества, и творить зло.
Кэрол с раздражением слушала весь этот бред, начиная постепенно тихо ненавидеть прессу. С того дня, когда Джека сбила машина, прошла неделя. Кэрол ничего не знала о нем, кроме того, что сообщали средства информации. Она звонила его секретарю, но девушка наотрез отказалась давать какую-либо информацию.
— Оставьте свои координаты, и мистер Рэндэл свяжется с вами, как только это станет возможным, — прозвучал в трубке вежливый, но холодный голос.
— Скажите, пожалуйста, хотя бы в какой он больнице…
— Ничем не могу помочь. Перезвоните недели через две. Всего доброго.
Кэрол ужасно расстроилась, услышав короткие гудки в трубке.
Она обзвонила все больницы города, но и там ей отказали в информации. Девушка понимала, что во избежание возможных дальнейших попыток расправиться с адвокатом, его местонахождение скрывают. Даже всезнающая и вездесущая пресса до сих пор не разнюхала, где прячут пострадавшего.
Джордж Рэндэл, отец Джека, отказывался от общения с прессой, как бы настойчивые акулы пера не напирали на него. Никто не знал, жив ли адвокат вообще, но всеобщее мнение склонялось к тому, что все-таки жив, потому что вряд ли бы Джордж Рэндэл стал скрывать кончину сына.
Кэрол места себе не находила. Она не позволяла себе думать о том, что, если Джека не станет, Мэтт никогда не выйдет на свободу. Но ее страх и беспокойство были вызваны не только этим фактом. Она искренне переживала о Джеке, хотела узнать, что с ним, где он, чтобы навестить его и поддержать.
Куртни была в командировке и не могла ей помочь. Рэй, пренебрегающий телевидением и прессой, находился в полном неведении. Но однажды он случайно услышал по радио в машине о том, что произошло с Джеком Рэндэлом, и, приехав домой, с порога набросился на Кэрол, обиженный и возмущенный тем, что она ничего не сказала ему об этом.
Девушка подавленно рассказала ему о том, как все произошло, и призналась, что не может узнать, где Джек и что с ним.
— Ты, что, ненормальная? Прошла целая неделя, а ты не только ни разу не навестила своего парня, но даже не знаешь, жив ли он! Если после этого он тебя не бросит, значит, он круглый дурак!
Кэрол, естественно, не собиралась признаваться в том, что Джек вовсе не ее «парень», и что его, Рэя, они просто за нос водят, дабы скрыть правду. Поэтому она только пожала плечами и грустно вздохнула.
Рэй осуждающе покачал головой, смотря на нее.
— Я надеюсь, еще не поздно исправить такую чудовищную ошибку с твоей стороны. Я помогу тебе узнать, где он. На каком этаже его офис?
 
— На десятом. А как ты собираешься узнать?
— Очень просто — спросить у его секретарши.
— Она ничего тебе не скажет, — Кэрол безнадежно махнула рукой и разочаровано поникла.
— Думаешь? — лицо его осветилось озорной и самоуверенной улыбкой. — Одевайся, мы выезжаем через десять минут. Я только переоденусь.
Кэрол послушно побрела в свою комнату и поспешно сменила домашнюю одежду на узкие черные бриджи из бархата и синюю водолазку. Набросив на шею шарфик, она натянула изящные сапоги на высокой шпильке и, захватив короткий легкий плащ и сумочку, спустилась вниз.
Усевшись на диван, она закинула ногу на ногу и стала терпеливо ждать Рэя. Он появился минут через десять. Кэрол поднялась ему на встречу, невольно им залюбовавшись. На нем был дорогой темный костюм, превосходно сидевший на стройной крепкой фигуре. Пиджак и верхние пуговицы рубашки были щегольски расстегнуты. На ногах поблескивали кожаные туфли.
— Ну, что скажешь? Солидно ли я выгляжу? — поинтересовался он.
— Солидно — это не твое слово. Шикарно и превосходно — это подходит тебе больше, — улыбнулась Кэрол. — А денди и ловелас в тебе чувствуется за версту. Так что даже если ты застегнешь пиджак и рубашку, затянешь на шее галстук, примешь самое серьезное выражение лица и начнешь толкать заумные речи — все равно даже последний дурак… или дура на это не поведется.
— А я и не собираюсь изображать скучную и заумную офисную крысу, — огрызнулся он. — Просто я знаю, что пиджаки мне очень идут.
Кэрол не могла с этим поспорить. Ему так же шел темный цвет, подчеркивающий легкий ровный загар, который он поддерживал даже в холодное время года, а также на фоне темной одежды сильнее выделялись яркие синие глаза, золотистый блеск густых волос и белоснежная улыбка. Он умел выглядеть так, что дух захватывало, знал все свои недостатки и достоинства, знал, как скрыть первые и подчеркнуть последние.
Знал, что нужно сказать, как посмотреть, как улыбнуться, чтобы растопить самое твердое сердце.
— Ну, что смотришь? — усмехнулся он. — Скажи уже, что я чертовски хорош, не жмись!
Девушка закатила глаза и обескуражено покачала головой.
— Ты чертовски самовлюблен!
Скривившись, он показал ей язык и направился к входной двери.
— Боже, и ведешь себя как мальчишка! — проворчала девушка, выходя за ним во двор.
— Тебе-то откуда знать, как ведут себя мальчишки? Да ты в глаза их никогда не видела! — засмеялся он, подначивая девушку, намекая на то, что она всегда избегала общения с противоположным полом.
— Я тебя вижу каждый день. Это одно и то же, — парировала Кэрол.
Продолжая перепалку, они сели в машину и покатили по городу.
— Ну что, ты уже переспала с этим адвокатишкой?
— Не твое дело!
— Хоть понравилось или так себе?
— Не спала я с ним, отстань! — не выдержала Кэрол, краснея.
— Почему? Не хочется? — искренне удивился Рэй. — На вид он вроде ничего. Не тяни, терпеть этого не могу в женщинах! Роман без секса, это все равно, что теннис без ракетки! Такого, как я все равно не найдешь. А адвокат твой сбежит к другой, более сговорчивой — это я тебе как мужик говорю.
— А с чего ты взял, что я ищу такого, как ты? — поразилась Кэрол.
Он лукаво улыбнулся.
— С того, как ты смотришь на меня. Не была б моей дочерью, подумал бы, что хочешь меня.
Челюсти девушки отвисли от таких слов, а глаза шокировано раскрылись. Рэй бросил на нее смеющийся взгляд.
— Хочешь, да?
— Ты что, больной? — пришла в себя она и ударила его по плечу.
 
— Я не больной. Просто я не ощущаю никакого родства. И ты тоже, я знаю. Мы совсем разные, ничем не похожи. Я все время таскался по приемным семьям, а Элен всегда была горячей штучкой. Может, пока меня не было, она еще с кем-нибудь зажигала? С чего она взяла, что твой отец именно я? На тебе это не написано.
Кэрол отвернулась к окну, глотая подступивший к горлу горький ком.