Проклятые (СИ)

Он перевел взгляд на нее, и Кэрол опустила глаза, прячась от него. Она была растеряна. Она не ожидала, что ей придется отвечать на такие вопросы, и уже пожалела, что пришла сюда. Зря она начала ворошить прошлое. Зря попросила этого человека в этом помочь. На кой черт ему сдался этот мотель? Для чего?
— А какое значение имеет, что это за мотель и где он? Все равно регистрационные данные там уже не сохранились, их не хранят столько лет. Вы ничего там не найдете о нем.
— Когда распутываешь клубок, нельзя, чтобы ниточка обрывалась, даже там, где это кажется незначительным. Когда провожу расследование, я не оставлю в нем белых пятен. И уж простите, но мне лучше знать, какая информация мне нужна, а какая нет. И я не работаю с клиентами, которые просят моей помощи, но при этом пытаются меня обмануть или утаить информацию.
— Но я действительно просто не помню, честное слово. Я была там проездом, только одну ночь, к тому же это было так давно, я была маленькая…
— Хорошо. Тогда оставим этот вопрос. Не помните, так не помните. Пойдем дальше. Его машину вы помните?
— Крайслер, огромный такой. Кабина красная.
— Номер, вы, естественно, не помните.
— Помню.
Он едва не выронил ручку. Подвинув к девушке записную книжку, он отдал ей ручку.
— Напишите.
Кэрол написала номер рядом со словами " Крайслер, красная кабина" и вернула ему ручку и книжку.
Пока она писала, Джек Рэндэл внимательно за ней наблюдал, и на его лице отражалось любопытство.
— Город не запомнили, а номер машины помните. М-да, память — штука странная, вы не находите?
— Да, так и есть, — кивнула Кэрол, стараясь не показать своего смущения. У нее было стойкое ощущение, что он понял, что она ему врет.
— Вы позволите не скромный вопрос?
— Спрашивайте, — разрешила Кэрол.
— Сколько вам лет?
— Девятнадцать.
— Получается, что тринадцать лет назад вам было всего шесть лет. У вас удивительная память!
Кэрол не стала это отрицать. Пусть думает, что это так. Совсем не обязательно объяснять, что она, еще не умеючи писать, перерисовала номер на листик бумаги, чтобы узнать его машину, если когда-нибудь снова увидит, и бережно хранила все эти годы свою запись.
— А что он вез, знаете?
— Автомобили.
— Новые?
— Как вроде, новые.
— Хорошо, очень хорошо! — задумчиво протянул Джек Рэндэл, изучая сделанные в книжке записи. — Значит, он гнал машины или прямо от завода, или от какой-либо фирмы, занимающейся крупными поставками. Нам надо выяснить, какая организация поставляла партию автомобилей в Бостон в том году в первых числах апреля. У нас с вами только одна надежда, что данные такой давности еще не уничтожены. Если архив цел, то дальше все проще простого. Поднять кадры того года, собрать данные на всех шоферов, работавших в это время в этой организации, и найти среди них Мэттью, высокого и кареглазого, — он откинулся на спинку кресла, улыбаясь.
На лице девушки отразилось восхищение, она не могла оторвать от него удивленных, широко раскрытых глаз, увидев этого человека совершенно в другом свете. Сначала перед ней был угрюмый пижон, потом легкомысленный повеса, затем грубиян, а теперь она видела перед собой поразительно умного серьезного мужчину! С какой легкостью он разрешил поставленную перед ним задачу, которую она считала просто невыполнимой! Как ловко по скупым обрывкам собрал нужную и правильную цепочку, ведущую к Мэтту, цепочку, длиною в тринадцать лет! Как просто в его устах звучало то, что для нее было всегда таким сложным и невероятным!
— Если организация, на которую он тогда работал, уже не существует, это осложнит дело, — продолжил Джек Рэндэл. — Допустим, что и организация и архив еще сохранились. Нам очень повезет, если он все еще работает там. Но есть вариант, что он уволился, и возможно, давно.
— И что тогда делать?
— Думать и искать дальше. Будет хорошо, если нам удастся выйти на кого-нибудь, кто его знал. Человек никогда не пропадает бесследно. Это как идти по снежному полю — впереди оно чистое и еще не пройденное, а сзади за тобой тянутся следы, показывающие, откуда ты пришел и как. Так и в жизни. Каждый человек оставляет за собой след, просто нужно его найти. Кстати, может быть, вы помните, там была она или две магистрали?
 
— Две, — машинально ответила Кэрол, даже не задумавшись.
— Фарго! — он откинулся в кресле и расплылся в довольной торжествующей улыбке, продемонстрировав ровные белые зубы и устремив на девушку насмешливый взгляд.
Кэрол невольно вздрогнула, услышав название родного города.
— Фарго? Почему вы так думаете? — как можно невозмутимее спросила она.
— Вы невнимательно меня слушали. Единственный город, где пересекаются эти две магистрали в Северной Дакоте — это Фарго. Детали — страшная сила! — он попытался подавить свою насмешливую улыбку, смотря ей прямо в глаза, прямо, твердо, как человек, который не ведает смущения, деликатности и никогда не отводит глаз первым.
Кэрол так не умела и не могла, никогда, поэтому снова отвела взгляд, не выдержав. Он ее просто облапошил. Отвлек, сделав вид, что тема о городе закрыта, а потом невинно так подкинул свой коварный вопрос, так, что она даже не успела сообразить, что к чему, не уловив подвох, ответив на автомате.
— Да, наверное, Фарго, раз так, — согласилась она, понимая, что отрицать или спорить уже бессмысленно.
Вот дотошный. Все-таки вытянул у нее, что было нужно. Против воли, обманом.
— Что ж, в Фарго не так уж много мотелей, а на окраине — тем более, — он снова уставился в монитор. — Ага, нашел! Хотите взглянуть на этот загадочный мотель, освежить память, так сказать?
— Нет, спасибо, — отозвалась Кэрол. И еще больше расстроилась от того, как подавленно прозвучал ее голос, с которым она не смогла справиться. Она не видела, но почувствовала, что он бросил на нее внимательный взгляд, оторвавшись от монитора. Повисло напряженное молчание.
— Что ж, пока у меня больше нет вопросов. Если, конечно, вам нечего самой добавить, — первым прервал тишину он.
Девушка отрицательно качнула головой.
— Хорошо. Тогда дальше я уже сам.
— И вы действительно за это возьметесь? — с сомнением спросила она, решившись посмотреть на него, и тут же снова столкнулась с его упертым твердым взглядом.
— Да. Я найду его, но не обещаю, что это будет быстро. Мне нужно время. Тринадцать лет — большой срок. Если ваш Мэттью шел по жизни четкими и большими шагами, оставляя ясный след, я выйду на него быстрее. А если семенил и плутал, обрывая следы широкими прыжками, это займет больше времени. Извините, что я так выражаюсь. Это, чтобы вам было понятнее.
— Да, я понимаю. Я совсем вас не тороплю, я буду ждать столько, сколько понадобится. Я ждала тринадцать лет без надежды, а теперь, когда вы дали мне надежду… — она задохнулась от переполнявшей ее радости, не закончив предложение. Настроение ее поднялось, она забыла о пережитых только что неприятных мгновениях. Джек Рэндэл сказал, что найдет его с такой уверенностью, что она безоглядно поверила в этого человека. Мысль о том, что она увидит Мэтта, что ее мечта осуществится, привела ее в неописуемое волнение. Как же долго она его ждала, как долго!
— Скажите, вам действительно так необходимо отыскать этого человека?
— Да! — горячо воскликнула Кэрол, испугавшись этого вопроса. Уж не хочет ли он все-таки отделаться от этой кропотливой работенки, которую она взваливала на его плечи? Если задуматься, зачем ему это надо, ведь наверняка нехватки в работе и деньгах у него не было.
— Очень необходимо! — она устремила на него умоляющий взгляд.
 
— Я, конечно, лезу не в свое дело, и меня это совершенно не касается, но я ничего не могу понять в этой ситуации! Если бы вы были постарше, когда познакомились с этим человеком, я бы мог предположить, что вы в него влюблены и потому так стремитесь отыскать. Может, он сделал вам что-то очень плохое, и вы хотите отомстить?