Проклятые (СИ)

Доктор Харольд ошибся, и его ошибка была роковой для Кэрол. У девушки была закрытая внутричерепная травма, при которой той нельзя было не то, чтобы подниматься с постели, но и по возможности ограничить любые движения головой. Только в этом случае могло все обойтись без последствий. А давление во время перелета привело к внутреннему кровоизлиянию.
Доктора, которые сейчас прилагали все усилия для того, чтобы сохранить девушке жизнь, лишь поджимали губы и пожимали плечами, потому что не находили слов. А один из них даже накричал на Куртни, когда она рассказала о том, что девушку поднимали в воздух уже травмированной.
Вызывая неотложку, Куртни и Рэй думали, что у Кэрол помутился рассудок. Но, как объяснили врачи, истерика и галлюцинации были всего лишь следствием физиологических нарушений мозга. Впрочем, одно другого не исключало. Если Бог сохранит ей жизнь, это не значило, что он так же вернет ей рассудок. И Куртни не знала, что страшнее — умереть, или навеки кануть в том черном мире, в который заглянула Кэрол перед тем как потерять сознание, находиться в плену у собственного подсознания, в аду, оставаясь живой.
Когда они увидели направляющегося к ним доктора, одновременно поднялись ему навстречу. Куртни выпрямилась и оттолкнула от себя руку Рэя. Спокойно она заглянула в глаза врачу, пытаясь угадать то, что он собирался сообщить. Страх вдруг отступил, она как будто окаменела, инстинктивно приготовившись к сокрушительному удару.
Кэрол не чувствовала больше печали, ей было так легко, так свободно. И с ней была Эмми. Маленькими девочками они жили в их хижинке. Бегали купаться на озеро, катались на огромном велосипеде Эмми, а повсюду за ними следовал Спайк. Они подружились с Мэг Блейз, и одна из сестер теперь частенько проводила время вместе с ними. Она изменилась, превратившись в обычную девочку, добрую и веселую, и совсем не походила на ту злобную заносчивую фурию, какой была раньше.
Эмми по-прежнему везде носила с собой любимую книгу о магии, а Кэрол помогала ей искать всякие нелепые и порой страшные ингредиенты для ее заклинаний и снадобий.
Старушка Мадлен приносила им еду, стирала одежду и прибиралась в их маленьком домике. Она все время ворчала на непослушных девчонок, ругала за проказы и всевозможные проделки, на которые Эмми подбивала свою преданную подружку.
Они ходили в гости к Розе, которая жила в большом красивом доме и всегда принимала их с радостью.
А время от времени к ним заезжал Мэтт.
Кэрол всегда с нетерпением ждала его и безумно радовалась, когда он приезжал. Она прыгала ему на шею и верещала от восторга. Он был такой высокий, такой красивый. Улыбчивый, веселый. Каждый раз он привозил ей в подарок статуэтки, которые делал сам, и у Кэрол их собралась уже целая коллекция. Она мечтала поскорее вырасти, потому что он обещал, что женится на ней, когда она станет девушкой. Кэрол знала, что лучшего парня ей не найти, и она очень боялась, что он влюбится в какую-нибудь девушку до того, как она успеет вырасти и стать его невестой. Ведь он был такой молодой, такой красивый… и такой добрый.
Иногда ей снился страшный сон. Очень страшный. Вроде бы она уже взрослая девушка, и Эмми с ней больше нет и никогда не будет. И Мадлен нет. И Розы, и даже Мэг Блейз. В этом сне они все умерли. Она видела в этом сне могилу Эмми. И это было ужасно. Но самое невыносимое было то, что не было Мэтта. И она чувствовала себя такой одинокой, такой несчастной. Она горько плакала, чувствуя в сердце нестерпимую мучительною боль, мечтала поскорее проснуться и снова увидеть любимую неугомонную Эмми, нежную Розу, суетливую Мадлен… и прекрасного Мэтта. Проснуться и понять, что это всего лишь сон, кошмар. А на самом деле все живы, здоровы… что она счастлива, а ее слезы и боль — всего лишь сон.
Она часто навещала маму, которая по-прежнему жила в мотеле. Элен была красавицей, с золотистыми вьющимися волосами, большими голубыми глазами, и Кэрол ею восхищалась. Она была здоровой женщиной, не увлекалась спиртным и завязала с интимными услугами для постояльцев. Она была приветлива и ласкова с Кэрол, и даже целовала ее, радуясь визитам дочери.
 
Элен не возражала тому, что Кэрол живет с Эмми. И Кэрол не боялась ее. Мама исправилась, вылечилась. И между ними все наладилось.
А однажды к ним с Эмми в хижинку пришел Тимми. Не смотря на то, что он был совсем другой, девочки сразу его узнали. Они были шокированы и не могли поверить собственным глазам. Их маленький Тимми превратился в высокого рослого юношу, почти мужчину, одетого в военную форму. Девчонки глазели на него и не могли понять, как могло такое произойти, и когда он успел вырасти, если сами они еще девочки. А он только смеялся над ними и ничего не объяснял.
— Ведь ты же младше нас на два года! Как ты мог нас так перегнать? — не отставали Кэрол и Эмми. — И где ты пропадал все это время? Почему нарядился в военную форму?
— Потому что я теперь солдат, — с гордостью отвечал он. — Я — настоящий мужчина. И ты никогда больше не назовешь меня трусишкой, Эмми.
А Кэрол наклонялась к подружке и украдкой шептала на ухо:
— Помнишь, как он мечтал поскорее вырасти, стать высоким и сильным? Похоже, его мечта сбылась.
Эми оставалось только пожимать плечами и без конца повторять:
— Чудеса, да и только!
А Кэрол смотрела на Тимми и думала о том, что именно таким она его себе представляла в будущем. Он по-прежнему был похож на ангела, даже в форме. Как странно, но их маленький ангелочек теперь был взрослым ангелом. В его глазах было чистое бескрайнее небо, в волосах блестели, переплетаясь, лунные и солнечные лучики, серебро и золото. Почему-то Кэрол стало очень грустно, пока она им любовалась. Он собрался уходить, как они его не умоляли остаться.
— Я не могу. Я должен вернуться, мое место не здесь, — сказал он, и вдруг протянул руку Кэрол. — Пойдем со мной.
— А Эмми? — растерялась она.
— Я не могу взять Эмми.
Кэрол держала его за руку, чувствуя, как бегут по лицу слезы. Ей так хотелось пойти с ним, потому что она знала теперь, что их Тимми на самом деле ангел, настоящий. И он никогда больше не вернется.
— А как же Эмми? Мама, Мадлен и все остальные? Как же я их оставлю? Я не могу. Кроме них у меня никого больше нет.
А он смотрел на нее своими небесными глазами и грустно улыбался.
— Я буду с тобой.
— Нет, лучше оставайся с нами, и тогда мне не придется никого терять.
Он качал головой, но руку ее не выпускал.
— А Мэтт? Я не хочу расставаться с ним.
— Помнишь, ты обещала мне, что когда я стану высоким и красивым, ты будешь со мной? Вот, посмотри, я такой. Пошли со мной. Ты обещала.
— Ты не настоящий… ты не можешь быть таким взрослым… И я боюсь идти с тобой. Ведь ты… ты умер!
Словно озарение нашло на нее, и она вспомнила, что Тимми погиб.
Испугавшись, она вырвала у него свою руку и отскочила назад.
— Как хочешь, — с сожалением проговорил он. — Только ты ошибаешься. Это вы умерли, а не я.
— Ты стал ангелом? — догадалась Кэрол. — Господь призвал тебя к себе? Поэтому ты можешь приходить к нам? И ты… ты хочешь забрать меня с собой… туда? Неужели я тоже могу стать ангелом, как ты?
Он вдруг рассмеялся и… исчез. А Кэрол так ничего и не поняла.
Страшные сны все чаще посещали ее. Ей снился мужчина, очень похожий на Мэтта. Это был он и не он.
Нет, конечно, это был не Мэтт. Этот мужчина был намного старше, и он был очень злым. Он гонялся за ней и хотел убить. Он делал ей очень больно. А вокруг был черный туман. Куда бы она ни побежала, всюду был черный туман.
 
Как она устала от этих кошмаров. Как ей надоела эта темная зловещая дымка. И когда эти ведения оставят ее в покое? Только они одни омрачали теперь ее жизнь. И как хорошо, что от любого сна, даже самого страшного, всегда можно очнуться и понять, что это всего лишь сон.
Ей стало сниться что-то странное.
Она вроде бы лежала с открытыми глазами и не могла пошевелиться. Вокруг было очень темно, хоть глаз выколи, но она слышала чьи-то голоса. Бывало, они звучали совсем рядом, но она не могла разобрать, что они произносят. Потом темнота стала отступать. Она видела перед собой что-то белое, всматривалась, и думала, что это небо, только почему-то совсем белое и неподвижное, без облаков. Оно было совсем близко, прямо над головой, и она все время пыталась протянуть руку, чтобы до него достать и потрогать… и не могла. Ее тело ее не слушалось, не подчинялось. Это был очень страшный сон. Кэрол с нетерпением ждала, когда она проснется и снова сможет двигаться. Она рассказывала Эмми об этом ужасном сне, но та лишь отмахивалась и смеялась.