Гремучий Коктейль 5 (СИ)

— О, князь. Так быстро?
— Мне нужно подождать. Петр Васильевич… сигаретой не угостите?
— Прошу вас!
Вытянув из любезно предоставленного портсигара сигарету, я взял зажигалку со столика с закусками, а затем вышел в коридор, тут же открыв иллюминатор. Снаружи было видно береговую линию, вдоль которой шёл «Вестник». Пахло морем и смрадом, витающим около каждого порта в мире.
Настало время выбора.
Я закурил.
Тут же закашлялся, но вторую затяжку сделал еще жаднее, вколачивая в легкие дым, по которому так скучал благодаря Алистеру Эмберхарту.
Подержав, выдохнул, чтобы тут же повторить процедуру.
Давясь кашлем, достал разговорник, заставив магические буквы и цифры, изображенные на табло, налиться молочным светом.
Один звонок. Один короткий разговор. И можно плыть в Америку. Просто плыть. Не уверен, но почему-то мне кажется, что всё будет именно так. Один долг неведомой сущности, называющей себя божественным посланцем, поможет решить текущую ситуацию. Предотвратить то, что начнется, как только я вернусь к жене и Пиате. Риск. Боль. Кровь. Последствия.
Но… нет, говорю я себе, рассматривая слегка обожжённые закончившейся сигаретой пальцы. Нет — не только искушению пойти и потребовать вторую, а затем и третью. «Нет» я говорю новому долгу неведомой хрени, уже один раз отступившей с моего пути. Точки в истории надо ставить самостоятельно, тем более, когда звезды сходятся настолько хорошо.
В каюте с ванной вижу довольную жену, закутанную в полотенце. Она стоит на сухом в уголочке, и творит свою личную магию, держа в воздухе свои волосы, разделенные между собой так, что напоминают ежа-переростка. Каждый её сверхдлинный волос отдает цветом белого золота, что… очень красиво. Брови Кристины Дайхарда точно такого же цвета.
— Тебе ужасно идёт, — говорю я, улыбаясь. Она улыбается довольная, почти счастливая.
— Нет времени! Раздевайся и ложись в кресло! — командует распаренная и вспотевшая Пиата, повязавшая себе полотенце вокруг бедер. Это слегка примиряет меня с её полуголым состоянием, но команду выполняю быстро и точно. Времени действительно немного.
Сама процедура занимает мало времени. Эйне куда проще нанести химию на мою короткую прическу и брови с ресницами, чем мучиться с потрясающе длинными волосами княгини. Та, кстати, первым же делом сократила длину волос после покраски, чтобы убедиться, что краска останется. Она осталась. Еще одна загадка этих волос. У моих никаких загадок нет. Они просто теперь… рыжие.
— Не просто, а очень хорошо рыжие, достоверно, — закончившая сушить свои пряди Кристина сноровисто превратила их в… восемь узких и длинных кос, состоящих, как казалось, из чистого золота, — Я готова.
— Я тоже готов, — голова слегка зудела, но по уверениям эйны, это очень скоро должно было пройти.
— Тогда переодеваемся и идём. Надеюсь, Красовский не слишком напился.
Без него, этого питерского бандита, у нас вряд ли бы получилось всё так гладко. Всё-таки у нас обоих навыка управления небольшим катером нет совершенно, а тут еще и ориентироваться надо почти в полной тьме, лишь слегка освещаемой светом от уходящего из пролива «Стигийского вестника». Только кто-то опытный и тертый может в ночи увезти двух человек, направить небольшое суденышко туда, куда надо, а затем еще, по их возвращению, догнать межконтинентальный корабль.
Вот поэтому я и ценю друзей. Даже такого сомнительного толка.
— Как бы я не хотел повеселиться, интуиция мне подсказывает, что в этом раз лучше остаться в стороне, Дайхард, — ухмыляющийся питерский бандит, закурив, облокотился на борт катера, глядя, как я с Кристиной на руках впотьмах аккуратно бреду к берегу, — Вы не забыли, что катер уходит через шесть часов вне зависимости от того, вернетесь ли вы?
— Нет, Петр Васильевич, помним! — поставив супругу на сушу, я и сам шагнул на твердую почву, — Спасибо вам большое, очень выручили.
— Вас, может, и выручил, а кого-то другого совсем наоборот. Этим вы мне и нравитесь, Дайхард. Мы с вами рыбы, плавающие в одной субстанции!
 
— Мы это обсудим по возвращению!
— Ни пуха вам, ни пера.
Молча идём в ближайший подлесок. Немного торопимся. Ладошка моей бывшей брюнетки, а нынче шикарной блондинки, лежит у меня в руке, как холодная рыбка. Недолго. Идти по дикой местности в темноте удовольствие маленькое, но нам далеко и не нужно, лишь туда, где можно будет без особой опаски открыть портал на Гарамон.
Холл просторного гоблинского музея, склонившиеся в поклонах китаянки, сухие штаны, носки и обувь.
Два стенда с ожидающей на ней силовой броней в полном вооружении. «Черная осень». Три стенда с оружием и патронташами. Ящик с гранатами. Столик с картой, на которой видны пометки Пиаты и предположительный маршрут к цели.
Всё давно уже готово и ждёт.
Мы переглядываемся.
Ну что? Поехали?
  
Глава 23
 
«Черная осень». История появления этой модели была очень забавной. Особняк Терновых. Я и сыны семейства по уши заняты в мастерских, осваивая, усваивая и ковыряясь в механизмах. Предложения, споры, критика. Учеба. Кристина, бродящая вокруг недовольной кошкой, фыркающая и морщащая носик. Так проходят недели. Потом она, жутко смущаясь и неизвестно чего боясь, показывает мне чертеж. Переработанную единолично схему усилителей и энерговодов, ту самую начинку экзоскелета, спрятанную под броней.
Совершенно, конечно, неподходящую для силового доспеха. Её Тернейшество не устраивало, как собиралась тазобедренная область, поэтому она придумала независимую подвеску, позволяющую двигаться в броне гораздо свободнее. Не подумала о экономичности, о износе… да, неважно. Схема была нерабочей, но только с точки зрения основных линеек этих костюмов. Найди мы сплавы металлов крепкие и легкие, достаточные, чтобы компенсировать избыточность двигательных механизмов…
Мы нашли. На Ларинене.
Сейчас две «черные осени» несли нас сквозь темноту петербуржской ночи прямиком к одному удаленному подворью, к которому вывел ранее Пиату сильно обиженный мной и обстоятельствами князь Крутов. Там и находилась так нужная нам императрица. Грешно же будет просто уплыть, пролюбив такое замечательное алиби?
Броня работала штатно, широкие стопы, оснащенные рессорами и упругими подошвами, не проваливались в почву, при этом достаточно уверенно вминая в неё небольшие камешки, иногда попадавшиеся под ногу. Грамотно закрепленное на корпусе оружие нигде не перевешивало, позволяя двигаться едва ли не также свободно, как и без брони. Встроенный в визор волшебный осветлитель, довольно дорогая и жрущая энергию игрушка, помогал нам видеть в темноте.
— Ты план помнишь? — говорить на бегу было сложно, это было полноценное передвижение, а не автоматический марш брони, но не удостовериться я не мог. Не каждый день ты берешь с собой на дело жену, как единственного носителя силового доспеха, которому можно доверять в таком деле.
— Помню, — Кристина слегка запыхалась, — У тебя довольно простой… план.
Более чем. Прямой штурм. Зачистка под ноль. Я иду первым, всё вспомогательное ложится на Кристину. Добить, проверить, прикрыть. Стремительный напор и ничего больше. Иного, учитывая, что есть такая вещь как разговорники, а на нас силовая броня (даже без уточнения модели), можно было бы и не придумывать. Хотя вопрос с дистанционной связью решается. Всё слабомагическое отлично помирает от Резонанса.
Дошли мы быстро. Сложно ошибиться, когда в нужном направлении идёт всего одна дорога. Дичающий лесопарк, живописный пруд, скромное двухэтажное имение с причалом, обнесенное высоким забором, сторожка на дороге, в которой сидят двое с оружием.
Тишь, гладь, да благодать.
Мы остановились в ста метра метрах от сторожки на фоне здоровенного куста. Матовые черные доспехи с такого расстоянии были совершенно неразличимы. Повернувшись к сторожке спиной, я поднял забрало шлема, чтобы вдохнуть свежего ночного воздуха. Супруга рядом поступила также. Чуть повернувшись, я всмотрелся в её бледное лицо.