Второй синдром Геракла (СИ)

– От же взялись. Видела, что за дорогой деется? Разрыли, строят. Глядишь и там работа будет. На новом то месте всяко больше зарплаты должны быть.
– То, когда ещё будет, а дите вон уже, самокат осваивает.
– Про тракторный тоже лапоть звенел. Да и до диплома корпеть и корпеть.
– А попытать, подумать, тыква отсохнет?
– Ну теперь на всю неделю думать, ну что я Ивану скажу?
– А то и скажи, что в завод хочешь, что в техникуме не крайний, и диплом скоро начнешь чертить, а то и про трактора чего. Уж который год в мазуте ходишь, а толку?
– Не знаю я их трактор, у меня ж МТЗ.
– И чего? Колёсья у них квадратные или тарахтят на спирту?
– Хватила, на спирту только где-то в южных америках говорят такое есть, потому как бензину – керосину у них нехватка. Да там поди работяги вовсе не просыхают, хотя если денатурат добавляют, так особо и не опохмелиться.
– Кто про что, эх.
– Так, закончили песню. Выходной, выпить есть, а я ни в одном глазу, потому как с сыном самокат строим. Вот сейчас главный заказчик проснется и продолжим.
– А пока крайнюю грядку вскопай, чтобы не расслабляться.
– Слушаюсь, товарищ главный агроном.
– Иди уж, всех повеличал.
– Ну так я тут один рабочий класс.
Хорошо пошел разговор, нравится мне, хорошие ж у меня родители. Как подумаю, что у меня дети таких лет, а я тут. Хотя с детьми вроде ладил, думаю и с родителями как ни будь договоримся, тем более мама уже готова, а вдвоем, точнее втроем то мы его просветим. Это Бабе Любе он сын, может и повожать малость, тёща дело другое, да и характер у нее потвёрже.
  
1966 Поехали
 
К баЗине я ходить люблю, хоть и далековато пока, на закорках сил много не надо, а скоро и на своем транспорте буду добираться. Сад у них большой, пруд за воротами. А главное у дед Стёпы мастерская, каких только хитровывернутых стамесочек - ковырялочек нет. Корова конечно тоже приключение, но я еще совсем маленький, меня туда не пустят, да и страшновато, у ей одна башка с меня размером.
Главное в саду – яблоки, правда уже только поздние, антоновку так просто не разгрызешь, но я уже умею. Обстукиваешь понемногу об забор, они мягкие становятся. Прокусываешь шкурку и высасываешь потихоньку, куда там тем сокам и всякой всячине двадцать первого века.
Ага, отцы выбрались.
– Ну что нагрызся зеленки?
– Витамины, вкусно.
– А в машине посидеть, пока Николай обедает?
– А можно? Я щас подушку притащу. Дядь Вань, а покажи где там как.
– Не ты пока сам, вот Коля придет все и покажет, это его епархия, я-то после козлика и не рулил, а то еще на фронте было. Мы пока вот со Славой покурим.
– А в телевизоре говорили курить вредно и про лошадь убивает.
– Сколько ему?
– Три с месяцем, он по прошлому году в пруд сковырнулся и сам поплыл, а нынче какой самокат придумал, за ним вся улица бегает, покататься просит.
– Вундеркинд, – усмехается старший родич.
– Учить надо будет, а у нас то где. Вот бы на тракторный устроиться. В области то и школы другие, а то и в дом пионеров в кружок какой. Вишь как к технике тянется. Они с племяшом и в электричестве шарят, чего только не настроили.
– Так там трактористы не больно и нужны вроде, хотя и спрошу.
– Так я в цех хочу, токарем. И на сессию скоро, а там диплом, хоть и заушный, а всё техникум машиностроительный.
– Молодец, не ожидал.
– Да я еще с Урала думал, хотел там остаться, да что-то домой потянуло.
– и правильно, где родился, там и пригодился. А заводских поспрошаю, к праздникам как раз на исполкоме будут рапортовать. А и правда им же новый трактор с Харькова хотят передавать, будут значит и людей набирать.
– Ну что пострел, нравится?
– А то, вот только не поехать мне на такой красоте, или рули или педали дави, ручки, ножки коротки. Одно хорошо, что скорости на руле.
– Ну тут как сказать, на Победе мне больше нравилось, хотя тут диванчики по шире, а то другой раз пока командира ждёшь и покемарить можно.
– Да покемарить – дело хорошее, я уж понял.
 
– Соображаешь, кем быть хочешь?
– Да не знаю, всё охота и порулить и в космос слетать, только сперва в школу.
– И что в школу охота?
– Нынче то не возьмут, парты большие, я не дотянусь, да и устаю быстро.
– Дак лезай на зад и дрыхни.
– Не, Дядь Коля расскажи где тут что, на папкин Беларусь не похоже, да и поаккуратнее.
– Ну сравнил, это брат машина тонкая, но сильная. Заведем? Не страшно?
– Скажешь, я что дитё?
– Ну давай, крути ключ, я стартер давану, – усмехается шофер. – Пошла родимая.
– Живёт.
– Ишь ты понимаешь, ну давай прокатимся, пускай меня за руль, да лезай на колени, тут и видно все и баранку подержишь, а уж я на педали жать буду.
Едем. Двадцать первая это что– то, особенно когда тебе три и тебя понимают, как равного.
– А еще кружок?
– Не устал еще?
– Сидеть– глядеть? Не.
– ну давай поболе круг закинем.
Что-то по-другому пошло, в том детстве мне на этой машинке только года через два удалось посидеть, а на руле висели мелкие родичи, да я уже к тому времени много всякой техники потрогал - посмотрел. Видать прав Коэльо, надо сделать шаг к цели, и вся вселенная начинает тебе помогать.
Подрулили к воротам, прыгаю на землю и к маме, на ручки.
Какая же она молодая, я же её практически и не помню такой.
– Накатался?
– Здорово, а у нас такая будет?
– Зачем?
– Папке на работу ездить.
– Так не переломится и пешком дойти, а когда и трактор с вечера у дома стоит.
– Не, я про другую работу, про большой завод.
– Не загадывай, поживем увидим, малышок.
И мы пошли за стол. Народу прилично, но будет намного больше, но попозже, не все ещё родились, Кокшаровы еще не ездят, это старшая двоюродная тетка, а младшая вроде и не замужем еще, про Валю и лапоть звенел, только в школу пошла, тоже пока на руках сидит.
Но все равно гомону много. О, новость, нас на Волге довезут, все равно по пути. Буду наше детище презентовать областному партначальству.
– Не ну ты скажи, мы то только обручи с бочек гоняли, а тут техника. Ну давай водитель, показывай.
Прыгаю в седло, дерматином вчера обшитое, толкаю землю назад и айда пошел, да в гору, на разворот и к дому на всех парах, ноги на подножках. Да как вжал тормоз и прямо у калитки встал.
– Ну орёл, ничего не скажешь, освоил технику. Но такое конечно серьезной комиссии не покажешь, надо поработать. Подогнать, отшкурить, чтобы без заноз и покрасить конечно, а то погодные условия разные бывают. Удивили родичи, слов нет. Хоть и игрушка, а подход серьёзный. Тут есть, о чем подумать. Так что принимайте задание на доработку, а недельки через две, нет, наверное, три, я к родителям снова подъеду и еще переговорим. Слышал, что план дадут на товары народного потребления, а заводы то всё больше серьёзные, не до того им. Хотя на Дегтярёвском мотоциклы начали выпускать. Вот и закину крючочек на тракторный.
Помахали отъезжающим, а тут давай соседи подгребать. Тётки маму пытают, мужики вокруг отца смолят, пацанва на самокат нацелилась. Рейтинг подрос, за забор зашкаливает. Ни к кому еще на Волгах не приезжали и до дому не развозили. Верх автотехники Почитаевский горбатый, ну и пьянь на Козлике в вытрезвитель доставляют.
– Олега, эт кто был? Раздается из кучки подростков.
– м\Мамкин брат двоюродный, запинаюсь нарочи, мал я такие речи толкать, домой поехали во Владимир.
– А баранку крутил, Борзов младший подкатывает?
– Ясно дело, на коленках у шофера по двору кругов нарезали.
– Зыканско, а они еще приедут? Нас покатают, гомонят уже все.
– Неча им делать, дядь Ваня чай в области на службе, занятой работник.
– А тебя чЁ, можно?
– Так племяш, тебя ж Леха Рудик на мотороллере катает.
– Тю, тарахтелка, – обижается сосед справа.
– Ну у кого какая, – отвечаю.