Второй синдром Геракла (СИ)
Отца на неделю отправляют в Ковров по обмену опытом. Ну а так как идейный вождь таки я то и меня тоже. Шучу конечно. Нам собраться, только подпоясаться. Просто у мамы работы много и учеба. Я со многими делами спокойно управляюсь. Но есть нюансы. Выйдешь со двора общежития и начинается. Бабушки сердобольные, регулировщик на перекрестке. Хорошо в садике я не один такой, привыкли уже. Хотя пропуск на завод только у меня. Не книжечка — карточка в полиэтилен запаянная. на ремешке на шею одевается. У всего нашего цеха такие. Экспериментальные, химзавод обещает пластиковые, вот только фото у них пока газетного качества, но на следующий год нормальные должны сделать, вот тогда я им про штрихкоды идейку подкину. Хотя рано. Не зря же они с 50х годов существуют, а широко применятся стали только в 80х.
Лазеры твердотельные нужны и соответственно обрабатывающая информацию техника.
А вот штуки типа перцептрона и заводские КИПовцы собрать смогут. Как бы еще эту информацию рассортировать и на перфоленту или карты набить, чтобы сразу в расчет сдавать. Тут Наири с перфоратором требуется. Перфоратор, это не то чем стены дырявят, эта штука размером с чемодан бумажную ленточку пробивает, данные заносит. А эта типа персоналка. Все бы обрабатывала, потоком.
Потому, пока едем, на электричке в блокноте черкаюсь. Сначала закодировать подразделения, табельные номера есть.
Время до минут нужно фиксировать, много данных получается.
— О чем задумывался детинушка?
— Как табельщикам и расчетчикам работу облегчить. Бумагу опять же сэкономить. Человек же заработанное получать должен. Тут же учет и планирование. Генри Форд же не с кондачка 8 часовой рабочий день установил. Посчитали экономисты что производительность труда снижается и усталость накапливается. А квалифицированного рабочего враз не заменишь. А тут может и еще день сократить в литейке и на покраске. А то в мамкин отдел эти ведомости охапками носят.
— А если как Термен для Ворошилова телекамеры ставил.
Ишь какой у меня отец эрудированный, не только про футбол кроме своих тракторных игрушек читает.
— Не, тут систему распознавания лиц нужно, а для неё агрегат в нашу комнату выйдет. А у нас ещё на Феликсах считают. Можно Наири приспособить, но вряд ли, да и маловато их выпускают.
Это все потом. Главное люди. Это сейчас мы дошкольники и первоклашки, а всего через 30— 40 лет нам страну держать. И не танками и ракетами. Людьми, они покрепче будут, а ведь вышло наоборот. Ни танки, ни ракеты ни стены не удержали. А как хорошо всё идёт, вот и расслабились. А деды рады что живы и думают, что так и будет. Дети их, властной верхушки сидят на ключевых стульях и аксакалам в рот смотрят. А не «свои» и те, кто хочет нового хорошо если не замечаются, то и на контроле в конторе глубинного бурения или вон таких из партии. Те, кто воевал, отдельный разговор, другое понимание жизни, но и они по большей части за мир, дружбу и стабильность. Или родители, те кто войну увидели нашими ровесниками, голод, плен и эвакуацию пережили. Им теперешняя жизнь первая ступенька на лестнице в небо. Они рабочие руки и головы космической эры.
Развел пафосу не продохнуть. А у дедушки Суслова такое и в страшных снах не захаживало. Он нас уже по коробочкам рассадил.
Тьфу— тьфу как же этого избежать. Как к новому веку придти. Как счастливых ребенков вырастит яркими подростками и строителями того прекрасного будущего для следующих поколений. Не считающих бабло и не кичащихся особняками, членовозами и рванью с полночных стран. Ничего хорошего с заката не приходило.
Но как? Не лидер я ни разу. Ну по прошлому разу не был. Скорее серый кардинал или замполит как Володя Буре говорил. Да мыслей и идей достаточно, но вести, рукой водить, не моё. Пробовал, честно старался, но потолка быстро достиг. Или это в той жизни надоело изворачиваться. Подлизываться и прогибаться не хотел, да и не мог. Да и сейчас на деле без этого почти никак. На словах то молодым у нас дорога. Вот только чем мы свои дороги мостить будем?
Будь ты хоть четырежды Ферма, в лучшем случае будешь третьим соавтором Гельфанда и Колмогорова. Лысенковщину тоже только на словах изжили. А что в технике твориться, того же Овсепяна взять. Калашников отдельная тема, да вообще, «авторитетность» и авторитарность страшное зло.
Но об этом я подумаю завтра. Не положено пятилетним так смышлять. Действительно физический возраст корректирует старое сознание. То из штанов выпрыгиваю от радости, то за языком не слежу. Хотя тут больше воспитание и характер вылазят.
1968 Декабрь
И вот нас позвали на Новый год в Москву. Хитро так позвали, Владимир Медведев, позвонил папкиному начальнику, ага с просьбой откомандировать Корольковых С.П и А.Н в Москву в распоряжение Минсельхозмаша на 20— 31 декабря 1968 года. От имени Замминистра.
Такая себе конспирация только вопросов вызвала кучу, но отбрехались понемногу и вот Двадцатого с последней электричкой катим в Первопрестольную. На Курском я сразу вычленяю знакомый плечистый силуэт. Взгляд— прицел чётко фиксирует новоприбывших и кивок головы над толпой направляет нас в сторону площади и характерной чёрной Волги. Поклажи у нас не много, мы уже бывалые путешественники. Пока отцы курят. Разглядываю вокзал. Прошлый раз летом я ещё не проснулся как мы в метро оказались. Вокзал я помню только тот, огромный, европейский. Москву я плохо знаю и обычно общественным транспортом пользовался, поэтому и в окна не смотрю, да и темнеет уже. А привезли нас догадайтесь куда?
Вот вот, на Кутузовский, но только поужинать и почаевничать.И я с внуком познакомился, он тут не частый гость, но видать представить надо было. Аморфный Андрей оказался внешне и не содержательно. А чего париться? Внук генсека, он это почти открытым текстом и выдал. Вот такое у первоклассника понятие. То— то он только штаны и просиживал всю жизнь. Рыпнулся правда свою партию зарегать и то не смог. Ну и бг с ним не интересно. Тетя Вика нас по полной заугощала. Отцы чего—то за политику ударили. Папашка Ильича про Прагу запытал слегка. Вот откуда у него способности к многофакторному анализу, умение читать между строк и раскладывать по полочкам то что его непосредственно и не касается? Ну что у нас про Венгрию писали, что чехов касаемо? Так ведь составил мнение и до генсека донес. А ведь там наружу совсем мало просочилось, и Брежнев очень активно разруливал ситуацию, не без светлых голов конечно. Как разгребли, кто как отличился? Хотя тут походу отцовские струнки затронуло и наш безотцовщина, и Ильич уже устал от своих ждать чего дельного. Ладно Галя, что с бабы взять, но сын как сел на отделе во внешторге и всё.
И с охраной генсека он вась — вась. Ну тут может и проще, ровесники, как тот же Медведев. Вообще тридцатых годов рождения основной резерв, хоть генсеков дети, хоть наш заводской активный слой. К слову сказать, Хрущёв Сергей Никитич довольно активно у Челомея на космос работает, но это скорее исключение. Ну об этом я подумаю завтра.
Потом нас в гостиницу устроили, неподалеку. Наутро Медведев отца куда-то повез. С охраной они вась—вась еще с Сочи. Ну тут может и проще, ровесники. Мы с мамой в редакцию ЮТа ездили. С ребятами из патентного бюро пообщались. Письмо мы им давно писали с предложением по работе. Я маленько загнул про Наири, про будущее персоналок. Типа как издательское дело можно продвинуть.
Сдал Овсепяна с потрохами, что он будет в столице и неплохо бы интервью взять. Вечером меня Ильич начал грузить по компу. Как встречу готовить, кого привлечь? Кому мой макет показать? Мне показываться или посидеть в сторонке? Я ему про беседу Китова с тогда еще не генеральным, а просто секретарем ЦК КПСС Л. И. Брежневым
И как кто больше обиделся?
— Ну немного да наврут, заразы. А так был разговор, крепкий полковник ничего не скажешь. А вот военные на него обиделись за критику и из партии исключили и по своему ведомству отлуп дали. И кто же у нас такой говорливый?