Как отдраконить ректора, или Зелье ведьме не игрушка (СИ)

Хлоп!
Это надсмотрщик лопнул, выпустив из себя слепящий поток дикой магии.
«Маленький Игнатус, казалось бы, а столько силы в себе держал, ужас!» — подумалось мне.
Черными столпами поднялась земля, направляясь в нашу сторону, блеснули молнии, завыл ветер…
Я только краем глаза успела увидеть эту жуть, когда Лейв посредством заклинания запер склеп и наложил защитную печать.
Бум!
Удар был такой силы, что пол под нашими ногами заходил ходуном.
Я зажгла магический огонек на ладони и огляделась.
Вот говорила мне бабушка, что любопытство ни к чему хорошему не приводит, права была! Кроме паутины и плотного слоя пыли, на полках были черепа. Явно не животного происхождения.
Мне даже показалось, будто в их черных глазницах зажглись угрожающие огоньки.
— Лейв… — затряслась я, пятясь к дракону.
Ненавистный, да, но рядом с ним все равно ведь не одна уже. Если появятся монстры, то отдам Ранна им на съедение.
Этот план родился спонтанно, но сразу же мне понравился.
— Наверное, не стоило сомневаться в его таланте, да? — пискнула я.
Лейв мне ничего не ответил, он сосредоточенно пытался сдвинуть крышку с каменного гроба. Лучше бы кричал и изрыгал проклятия, так бы я смогла отвлечься и меньше бояться.
— Ты что это творишь? — нахмурилась я, пытаясь достучаться до него. — Вошел во вкус и решил до конца испортить тут все? Правду Мальтикус говорил, варвар ты, драконище!
— Спасаю твою ведьминскую зад…
— Лейв! — выпучила глаза я.
Мужчина помог себе магией, и крышка с натужным скрипом поддалась.
— Позже поговорим, Искорка, — пообещал мне дракон. — Особенно о том, как исправить твой страшно испортившийся характер.
— Себя сначала исправь, рогатый! — фыркнула я. — А на меня никто еще не жаловался.
Бум!
Теперь затряслись стены. И даже пошли трещинами.
Ой-ой!
— Да они просто не успевают этого сделать, — подмигнул мне Лейв и повалился в гроб, утягивая меня за собой. — Ты им головы откусываешь на раз. Казнить, нельзя помиловать, да, Ива?
Еще и крышку за нами магией сдвинул!
— Чудовище, — пропыхтела я, пытаясь вывернуться из объятий Ранна, но здесь было настолько тесно, душно и… — Ужас какой! Мы на покойнике?
Горло свело, и мой голос теперь больше походил на каркающий шепот.
— Ему уже безразличны эти условности, — заверил меня дракон.
Его наглая ладонь стала продвигаться со спины на мои булочки.
— Не лапай меня, рогатый! — прошипела я. — Не буди в ведьме зверя!
— А ты так уверена, что это я? — послышалось ехидное от Ранна, отчего кровь в моих жилах застыла.
— А-а-а!
— Не дергайся, — сжал меня Лейв, пережидая приступ моей паники. — Хотя нет, знаешь, продолжай. Мне даже хорошо. О-о-о!
— Идиот, — фыркнула я, заехав ему локтем в солнечное сплетение. — И чувства юмора у тебя совсем нет. Доставай нас отсюда давай!
— Это самое безопасное место сейчас.
— Ха! — не поверила ему, и тут раздался удар такой силы, что я от страха едва под кожу Лейву не влезла.
А потом воцарилась тишина. Мертвая.
Ведьминская чуйка мне подсказывала, что склепа над нами уже не было…
— Вы там живы? — через какое-то время раздался голос Игнатуса.
— У тебя запала не хватит, чтобы нас добить! Сколько ни пыжься, — фыркнула я, и Лейв тут же зажал мне рот ладонью. — М-м-м!
— Гениальность творца начинают ценить после его смерти, говорили мне, — пробормотал призрак. — Сплошные враки! Даже здесь мне приходится иметь дело с невеждами и дикарями. О боги, и чем я это заслужил?
У меня было несколько вариантов «чем», судя по нраву Мальтикуса, но озвучить их я не успела.
— Не провоцируй его, Искорка, — прошептал дракон.
Я хотела поспорить, кто здесь самый главный провокатор, но все равно вышло возмущенное:
— М-м-м!
— Чем вы там занимаетесь?! — воскликнул Игнатус. — Только не говорите мне, что вы еще и осквернители гробниц!
— М-м-м!
— Сейчас я сниму ладонь, а ты будешь вести себя как порядочная дева и перестанешь огрызаться и искать на свою прелестную поп… — дракон кашлянул, — голову неприятностей. Хорошо?
 
Я охотно кивнула. Лейв повелся.
— Ах ты рогатый гад! — тут же выдала ему в лицо я. — Решил воспользоваться положением и…
Повторная попытка Ранна заткнуть мне рот не увенчалась успехом. Я вовремя среагировала и хорошенько укусила его за руку.
— Ш-ш-ш! — зашипел мужчина.
— А вот и не суй ведьмам в рот что попало! — злорадно выдала я.
— Что попало? — хрюкнул Ранн.
— То пропало! Мама в детстве не учила? В следующий раз откушу голову, понял? — вызверилась я.
— Зубастая Искорка, — хмыкнул Лейв. — Горячая и опасная штучка.
Прозвучало это как-то даже восхищенно, отчего внимание у меня притупилось, и Лейву удалось отвлечь меня от ругательств. На этот раз поцелуем.
— М-м-м, — возмутилась я, но тут же писк сменился стоном блаженства.
И мне стало резко все равно, где мы находились, когда, и вообще…
Вот обладал Ранн волшебной способностью одним движением языка дурманить мне голову. Стоило не мелочиться и сразу откусывать его под корень, а сейчас было поздно.
Я опять забыла, что ласки принадлежат предателю, а сладкие поцелуи на самом деле ядовиты. Они приближали меня к полной зависимости от рогатого дракона и будили в душе такие желания, которых я никогда не ведала.
И сердце, предательское ведьминское сердце трепетало в груди, горело и посылало неистовый жар по всему моему телу.
— Эй! А ну, прекратить предаваться разврату! — пытался достучаться до нас Мальтикус.
— Захлопнись или исчезни давай по своим делам, — приказал Лейв, на мгновение отрываясь от моих губ, а потом горячечно прошептал прямо в них: — Не отвлекайся, Искорка.
— Фу, гадость какая! — завизжал прямо над нами призрак. Он просунул голову через крышку гроба и сейчас брезгливо кривился. — Вы хоть знаете, на ком разлеглись, неуважаемые?
— Нам надсмотрщик не нужен, — прорычал Ранн. — Я как-то неясно выразился? Лети отсюда, Игнатус.
— Э-э-э… — многозначительно выдала я, пытаясь поскорее прийти в себя и призвать на помощь всю свою ненависть.
— Рорик Праткин — известный контрабандист, многоженец, убийца, садист, — не собирался слушать Лейва призрак. — Я знал его при жизни, той еще убогой тварью был, от картин моих нос воротил.
— Если маг не оценил твоего таланта, так это не делает его тварью, — заметила я.
— Скончался в муках от зеленой пупырчатки, — добавил Мальтикус, злорадно посмеиваясь. — Очень заразной хвори.
— Фу, гадость какая! — воскликнула я, заражаясь настроением Игнатуса. — Лейв, вытащи нас отсюда побыстрее!
— Не дергайся, — пробурчал дракон, которому новая информация, похоже, никак не помешала.
Ну конечно, у него, в отличие от меня, какая-то непробиваемая шкурка. Может, еще и заразоустойчивая?
— Быстрее давай! — напала на меня нервная почесуха.
Я все никак не могла перестать дрыгаться, словно могла сдвинуть эту тяжеленную плиту над нами, и представлять себя страдающей от зеленой пупырчатки.
— Не копошись, ты мешаешь мне сосредоточиться, — предупредил меня дракон.
— Не я, а эта дубинка, что упирается мне прямо в…
Лейв закашлялся. Видимо, еще не привык к моей прямоте.
— Пожалуй, я готов признать свою неправоту и забрать предыдущие стенания назад, — выдал призрак, откровенно веселясь. — За вами интересно наблюдать, как к жизни вернулся. Продолжайте-продолжайте, я молчок — мешать не буду. А зарисовать вас можно?
— А? — опешила я.
— Зарисую, напишу книгу, издам и стану самым известным писателем в посмертии! — загорелся идеей он. — Прославлюсь! Гений я или как?
— Канай уже отсюда, пока мы вместе с кладбищем не избавились и от его надсмотрщика, — взбесился Лейв.
 
— Ох, какая это будет история! — предвкушал Игнатус, не обращая внимания на злость дракона. — «Искусители гробниц», «Ректор и его горячая ведьма».