Русь-XXI. Повесть о ненастоящем человеке (СИ)

О том, что я могу просто не найти толкача, стараюсь не думать: в этом случае к утру я буду голодный, уставший, сонный, без денег и убежища. И тогда мои дела станут совсем плохи.
Проходя мимо ларька с жареными пирожками, я скользнул глазами по вывешенному ценнику. Пирожок с горохом — рубль двадцать, пирожок с повидлом — полтора рубля, пирожок с капустой…
Стоп, что?! Рубль двадцать?!
Две минуты спустя я, счастливо улыбаясь, отошел от прилавка с пакетом, источающим замечательный запах. Четыре пирожка с котлетой, два рубля штука.
Но улыбаюсь я не от предвкушения трапезы: у меня пятьсот рублей в кармане. Это не на раз покушать, как я думал: судя по цене на пирожки, речь идет о маленькой месячной зарплате или вроде того.
Уминая пирожки — котлеты, внезапно, оказались очень даже неплохими — я снова ощутил знакомый когнитивный диссонанс. Почему я удивляюсь, что пирожки такие дешевые? Я мог просто не знать цены из-за амнезии, но нет, я пребывал в уверенности, что пятьсот рублей — это максимум четыре дня на кефире и хлебе. Почему? Я мог полностью забыть покупательную способность денег — но я не просто забыл, у меня откуда-то возникло ошибочное мнение на этот счет.
Черт возьми, почему все, что осталось в моей голове после амнезии, так сильно не соответствует действительности?!
Доедая четвертый пирожок, я внезапно сообразил одну вещь. Я просто проходил мимо ларька, всего лишь скользнув взглядом по листу с прейскурантом. И этого хватило мне, чтобы запомнить все позиции — восемь видов пирожков и три вида беляшей — и цены. Просто за один взгляд максимум на две секунды.
Но моя фотографическая память — это приятная сторона медали, а есть и оборотная. Каждое такое «приятное» открытие на самом деле увеличивает вероятность того, что я и вправду не человек.
Четыре пирожка легли в желудок легко и непринужденно, тем самым исправив ситуацию с питанием. Выбросив пустой бумажный пакет в урну, я сообразил, что малость туплю: у меня в бумажнике в кармашке для мелочи лежат полтинники и четвертаки, я должен был раньше сообразить, что раз в ходу мелочь — то логично предполагать наличие цен вроде «полтора рубля». Потому что если бы пирожок стоил в районе пятидесяти рублей — человек, владеющий фешенебельным доходным домом, не заморачивался бы с копейками, имеющими околонулевую ценность.
Итак, у меня в кармане пятьсот рублей. Это значит, что я, в теории, могу попытаться снять квартиру на месяц или две недели. Мне сгодится любая, лишь бы иметь временное пристанище, чтобы залечь на дно.
Нужна газета с объявлениями.
Но тут меня поджидал облом: в киоске с прессой я обнаружил только глянец. Глянец, глянец, везде один глянец: для мужчин, для женщин, для джентльменов[3], для бухгалтеров, для программистов, для домохозяек, даже может, даже для черта лысого тут есть издание — а газеты нет. Просто, твою ж мать, нет. Киоск с прессой без единой газеты — каково?
— А где мне найти городские объявления, не подскажете? — спросил я у продавщицы.
— Так в Сети же, на городской «борде».
— Точно. Спасибо.
Сетевое кафе я отыскал в соседнем квартале, просто спросив прохожего парня. Вывеска интересная: «Кафе „У паучка“». Сеть — символ интернета — имеется, но не проще ли было бы назвать заведение просто и понятно — «интернет-кафе»?
Вхожу, сразу попадаю на кассу с админом. Час — три пятьдесят.
— Как мне найти городские объявления?
— Второй значок слева в первом же ряду иконок, — сказал админ.
— Спасибо.
Иду к своему месту, удивляясь чистоте и шику. Посетителей немного, половина компов свободна. Сажусь за арендованную машину — стол чистый, клава не затертая до дыр, мышка тоже новая. Экран тонкий, большой, системного блока не видно вообще, спрятан внутри стола.
Так, вторая иконка — вот она. Так и подписана: «доска объявлений».
Уже собравшись кликнуть, обращаю внимание, что первая выглядит как стилизованная паутина и подписана «Сеть».
И тут у меня появилось смутное подозрение.
Кликаю на «Сеть» — открывается браузер со строкой поисковых запросов.
 
«Интернет». Ввод.
«Ничего не найдено. Может, вы имели в виду „интерн“?»
Э-э-э… Блджад, в смысле?!
«Internet». Ввод.
«Ничего не найдено. Может, вы искали „интерн“ на английском языке?».
У меня, кажется, дрожат пальцы. Когда я отнял у Марины револьвер, из которого она пыталась прострелить мою голову, руки не дрожали, а теперь мелко трясутся. Облизываю пересохшие губы, осознавая, насколько все плохо: особое слово, которым называют всемирную компьютерную сеть, получается, существует только в моей голове. Потому что всему остальному миру название «интернет» неизвестно.
И тут сразу же вопрос: а почему вдруг я уверен, что глобальная компьютерная сеть называется интернетом? Откуда это слово взялось в моей черепушке?
***
Квартиру я нашел, причем настолько дешево, что просто удивительно: сто восемьдесят рублей в месяц. Правда, в особой рубрике — «миниквартиры». Владелец объявления указал, что сдает сразу шесть миниквартир, отличающихся друг от друга, и если я вижу это объявление — то хотя бы одна сейчас свободна.
Телефонный номер я записывать не стал: просто посмотрел и запомнил. Не заучивал, просто зырк и готово. Затем отыскал еще несколько объявлений того же типа, но подороже — такого дешевого второго не нашлось — и тоже запомнил номера.
Теперь мне нужен телефон, да подешевле.
Магазин бэушной электроники я нашел за пять минут, причем в нескольких кварталах отсюда. Запомнил маршрут и пошел, уйдя на двадцать минут раньше, чем кончилось мое время.
Вот вывеска и подвальчик. Спускаюсь по ступенькам, толкаю дверь. Типичная барахолка, да. Продавец — такой же типичный компьютерщик, в очках и с залысинами.
— Драсте, у вас телефоны есть?
— Вам какой нужен? Есть целый ассортимент бэушных и уцененных из топовых линеек, вдвое дешевле новых.
— Да мне бы чего попроще, лишь бы звонил, — говорю я и начинаю сочинять на ходу. — Я свой уронил в воду, теперь вот в сервис отнес, а там очередь, починят только через три дня. Мне на три дня телефон нужен на замену, так что давайте самое дешевое, что у вас есть, главное чтобы исправный.
— Ну есть у меня один совсем дешевый, — сказал продавец. — Так-то из среднего сегмента, но его умудрились так приложить, что треснуло защитное стекло и при этом пошла тончайшая поверхностная трещина по экрану. Отклеить защитку нельзя, не доконав экран, а менять весь экран смысла нет, потому что он составляет две трети стоимости нового. Телефон же полностью рабочий, экран в порядке.
И он мне его продал за двадцать рублей — оказалось, что это смартфон. Когда я спросил, нет ли у него простого кнопочного — продавец посмотрел на меня как на чудака.
— Вы бы еще абак у меня купить попытались, — хохотнул он.
Так я стал обладателем полностью рабочего смартфона с заметной трещиной в защитном покрытии. С камерой, фонариком и приличным объемом памяти. За двадцатку, однако. Десять пирожков с котлетой — ну нормально, живем.
Сим-карта мне не понадобилась: в телефоне уже есть симка, предыдущий владелец ее не вынул. При этом на счету двенадцать часов разговорного времени. Однако. Видимо, телефон краденый или потерянный.
Вызвонил автора объявления, договорился, что подойду, приложение «Навигатор» проложило мне маршрут по улице. Расстояние — четыре километра. Ладно, пойду пешком. Просто ради того, чтобы осмотреться.
Я двинулся по улице, свернул на оживленную авеню, потом через подземный переход, еще раз свернуть и через подземку, затем налево, пройти вдоль стены этого здания…
Смотрю туда, вдоль стены — однако, а это трындец какое длинное здание. Здание полностью занимает всю длину квартала, ниче так…
И тут черт дернул меня задрать голову. Надо мной — уходящая ввысь широченная стена из стекла и стали. Задираю голову еще выше — стекло и сталь. Много этажей, а неба-то нету.