Страж для невезучей леди

Внезапно мне захотелось проверить: такой же он горячий в реальности, как во сне?
Шаг за шагом. Нерешительно. Медленно. Костеря саму себя на чем свет стоит. Пожалею же. Нельзя же трогать незнамо кого, да ещё в лечебнице. Да ещё едва живого.
Но я всего лишь удостоверюсь, что в моем сновидении не было ни грамма настоящего, что всё это – фантазия. Вымысел.
Дрожащие пальцы тронули окаменевшее плечо. Легонько, одними подушечками.
Да он же полыхает! Это горячка. Жар. Болезнь какая-то.
И лекарь заверяет меня, что всё в порядке?!
Я хотела отстраниться и позвать целителя, но внезапно… твердая ладонь стиснула моё запястье. Одним движением. Резко. Быстро.
Я охнула от неожиданности, но не отдернулась. Так и застыла, не веря своим глазам.
Мужчина поднял на меня взгляд. В его глазах из-за густой тьмы выглядывало что-то осознанное. Он не двигался, не пытался атаковать меня. Мои пальцы лежали на плече, сжимаемые тяжелой рукой.
– Ты всё-таки меня убьешь? – спросила с горькой иронией.
Всё, белочка, допрыгалась. Довела человека, напомнила ему, что он безумен и в прошлый раз не довершил начатое. Сейчас тебя переломят напополам и усядутся обратно, как ни в чем не бывало.
В ответ – молчание.
– Выпустишь? – осторожно. – Я позову лекаря. Он должен осмотреть тебя. Ты двигаешься. Это замечательно. Мы вытащим тебя отсюда!
Ничего не сказал, но рука разжалась и безвольно опустилась вниз по туловищу.
– Жди, не сдавайся, – приказала я и рванула за дверь, забыв запереть ту на замок.
 
Глава 5
 
Когда мы вернулись с «моим» целителем, мужчина всё так же сидел на месте. Даже не шелохнулся, хотя мог бы открыть дверь и убежать куда подальше.
Сбежать было бы ожидаемо. Нормально, что ли. Так поступают люди, перед которыми маячит расправа. А вот сидеть… на полу… без движения…
Это точно неспроста. Не может человек по своему желанию так себя вести.
– Он шевелился! – убеждала я лекаря, пока тот водил руками над мужчиной, ощупывая его ауру. – Смотрел на меня. Клянусь, всё так и было.
– Вы что-то сделали или сказали?
Я густо покраснела. Вот и как признаться, что захотела пощупать, чтобы сравнить ощущения? Дескать, ко мне этот человек безымянный уже какую ночь ходит как к себе домой, я вот совсем ополоумела, что взялась ощупывать его.
Н-да. Тогда на соседнюю койку уложат меня саму.
– Нечаянно коснулась, – слукавила, отведя взгляд. – Случайно получилось. А он схватил меня и не отпускал.
– Ничего нового не вижу, – огорчался лекарь, выплетая сканирующие чары. – Всё как обычно, в пределах нормы. Ни единого колебания, к сожалению. Может быть, вам показалось?
Ага, показалось. До сих пор запястье болит так, будто его в тиски зажало.
– В смысле, как обычно?! Он же горячий! – возмутилась я. – Раскаленный прямо. Потрогайте сами!
Я в порыве коснулась лба мужчины, и тот отреагировал: откинул голову назад, не позволяя тронуть его вновь. Глаза мальчика-лекаря удивленно расширились.
– Он на вас реагирует, – заключил тот с изумлением. – Его же по надобностям водят, обтирают. По несколько раз в день то сажают, то укладывают, а никакой реакции. А вы… попробуйте еще раз.
– Что попробовать?
– Ну, схватите его или ещё что-то такое телесное, – объяснил лекарь, в нетерпении облизнув губы. – Давайте же.
Я сосредоточенно осматривала свою ладонь. Что за бред? Как такое может быть?
Ладно, демон вас побери.
Рукой провела по максимально не интимному месту – предплечью. Пальцы мужчины дрогнули, сцепились в кулак под восхищенное оханье молодого целителя. Взгляд сфокусировался на мне. Кажется, мужчина был недоволен. По крайней мере, губы его исказились, и глаза недобро сузились.
– Лучше отойдите, пока он не среагировал ещё как-нибудь, – посоветовал целитель, и я послушно отступила назад. – Невозможно! Вот это да! Вероятно, между вами связь какая-то образовалась. У него вся аура ходуном пошла, стоило вам прикоснуться. Он только с вами и выходит из своего состояния! Я должен срочно рассказать остальным!
 
– Может быть, нужно сделать что-то ещё?
Парень вновь поводил рукой и заключил:
– Давайте не будем торопиться. Мало ли переусердствуем. Мы совместно с другими лекарями решим, как быть, и постараемся привести его в чувство. Пожалуйста, приходите завтра.
Я позволила себе сдержанную улыбку. Обязательно приду. Это хорошо. Что-то поменяется. Если придется, я готова дневать и ночевать в лечебнице, только бы привести этого человека в чувство.
У него же семья должна быть. Родители.
Кто-то, наверное, ждет его дома, не находя себе места от незнания, пока он тут… совсем один…
Пусть его судят за попытку прибить одну недалекую девицу, но я постараюсь оправдать. Скажу, что это была попытка защититься. Про заклинание на диадеме расскажу. На реакцию, которая за этим последовала и чуть не утопила нас обоих в стихийной пляске.
Мелочи, если вдуматься. Главное – выживет.
У меня даже настроение поднялось впервые за долгое время. Я наивно поверила в чудо, в возможность помочь. Спасти его. Ведь если не верить, то и жить незачем.
Меня часто ругали за легкомыслие. За то, как запросто мне дается вера в лучшее.
Уж какая уродилась. Не могу везде видеть врагов. Даже в убийце своем стараюсь рассмотреть хорошее. Неспроста же он реагирует на мои касания.
Всё имеет какой-то смысл.
В качестве извинения я купила Греггу набор ягодных пирожных. Не надо было на него срываться. Он мне ничего плохого не сделал, наоборот – поддерживал по мере возможностей.
– Привет, – постучалась в дверь его спальни, аккуратно заглянула внутрь.
Грегг сидел за рабочим столом. На стене был прилеплен мой набросок диадемы, с которым парень периодически сверялся и что-то помечал на нем карандашом. Зарывшись с головой в какой-то справочник, он потерялся для мира живых. Даже не услышал, как я вошла.
– Эй! – потормошила его за плечо. – Ты вообще на работу ходил?
– Ходил… кажется… – неуверенно отозвался Грегг. – А какой сегодня день?
– М-да, а ещё что-то про моё голодание говорит, – цокнула я языком и присела на край кровати. – Что-нибудь нашел про диадему?
Он неоднозначно качнул плечами.
– Что-то похожее носила молодая правительница Ориелла несколько столетий назад. Упоминаний о ней почти не сохранилось, как, впрочем, и государства. Маленькая островная страна полностью сгорела из-за чумы. В одночасье исчезла. Чума косила людей, но не она уничтожила государство. Пишут, что извне приехали воины, подожгли остров. Никого не выпускали, следили, чтобы огонь вылизал земли дочиста. Вот, читаю обрывки исследований. В них по крупинке собрана информация. Тебе бы с поисковым отрядом туда отправиться. Думаю, многое бы накопала!
Я поежилась. Звучало жутко. Неужели нельзя было воспользоваться магией? Помочь людям? Дать им шанс?
Просто сожгли за ненадобностью…
– Вот её портрет, – Грегг протянул мне тяжелую книгу, открытую на середине. – Похоже?
На меня смотрела молоденькая, совсем юная ещё девушка. Едва ли старше меня самой. Вдумчивая, серьезная. Светлоликая, какая-то невесомая. Голову её венчала схожая диадема. Та же россыпь камней по краю. То же магическое сияние.
Что-то различалось, но незначительно.
Да только не могла диадема из далекой страны оказаться в Забытых шахтах. Кто бы её туда притащил? Каким течением занесло?
– Я ещё покопаюсь, надо понять, какая магия использовалась, – в глазах Грегга горело желание разузнать побольше.
– Ты неисправим.
– А ты не обедала, – отбрил он.
***
– Ну и зачем тебе это? Зачем спасать незнамо кого, ходить сюда, тратить время? – спросил знакомый незнакомец, сидящий на полу, с аппетитом поедающий яблоко. – Побеспокойся о себе лучше. 
Я огляделась, понимая, что лечебница изменилась. На стенах проступили разводы от дождей, и крыша проломилась посередине комнаты. Через огромную – с мою голову – дыру виднелось звездное небо. Здание словно рассохлось, постарело за ночь.