Великий поход хомяка и жабы. Часть 1 (СИ)

Мощная земляная насыпь, на которую пошла вся земля, вынутая из немаленьких рвов, венчала собой каждую из фортификаций и представляла из себя четвертую линию обороны — последний рубеж, на котором и размещалась живая сила укрепления в виде стрелков, магов, а так же позаимствованных у гоблинов баллист, операторами которых выступали действующие не совсем в своей привычной роли универсалы-ремесленники из заготовок. Сам вал имел невысокий частокол и удобные платформы из ровно подогнанных досок, подъемные пандусы из них же, а так же дополнительные башенки-вышки для лучших стрелков (игроки-рейнджеры) и магов.
— Ну сколько же можно?! — Халлон возмущенно и в то же время обрадованно поприветствовал Дримма. Фейри соскочил с маунта и без слов махнул рукой на муравейник за своей спиной. Впрочем ответа и не требовалось, и Дримм поспешил за ним к группе ожидающих только его магов. Про себя же фейри подумал: —
— Как же верны бывают иногда старинные присказки — ведь действительно сколь угодно долго можно смотреть на горящий огонь, текущую воду и работу других людей. Хотя, — фейри вновь бросил мимолетный взгляд назад, — в этом конкретном случае заместо людей прекрасно сошли и зомби с заготовками. —
Заклинание эпического класса, в котором Дримм должен был сыграть одну из главных ролей, не было таким уж сложным, но зато очень требовательным к составу и количеству участников: 6 магов, по максимуму овладевших магией Порядка, и не меньше таких же магов Жизни, и поскольку это должны быть разные маги, то значит уже 12, а ведь это было далеко не все, и заклинание нуждалось еще в 10-и магах Жизни и 10-и Порядка (3-4-й уровень), а так же в еще одном, но весьма особенном — адепте как можно большего количества магических школ и заодно обладателе изрядного резерва маны, способного быстро его пополнять — в общем фейри Дримм подходил идеально, гораздо лучше чем любой другой член клана. Впрочем в самом заклинании фейри участвовал постольку-поскольку, и его участие заключалось лишь в том, чтобы голышом влезть в здоровенный бронзовый котел, наполненный кровью всех магов и друидов клана. Сам котел был поставлен на символический и не дающий тепла магический огонь. В общем-то на этом было и все, и целую четверть часа Дримм просто мерз, елозя голой жопой по металлическим стенкам наполненного кровью котла и мечтал, чтобы огонь под ним был хоть чуточку пожарче, а маги, что водили хороводы и читали разнообразные заклинания школ Жизни и Порядка, делали это пошустрее.
В конце концов Дримм нашел чем себя занять и с удовольствием понаблюдал за другим гораздо более приятным глазу и вызывающим интерес обрядом. Проводила тот обряд Людмила, ради такого случая облаченная в белые с золотом одежды жреца Трооатэны и благодаря чуть просвечивающей в свете магических светилок ткани, пробудившая в ''принимавшем ванну'' Дримме (да и не только в нем одном) весьма фривольные мысли — под мантией у Людмилы не было ничего. Стояла жрица бога войны на специально сколоченной для такого случая повозке, пределом которой было проехать 3–4 километра и развалиться, а вот огромный впряженный в неказистую повозку белый бык действительно впечатлял и сверкал на всю долину золочеными рогами и золотым же украшенным крупными рубинами кольцом в носу.
Бык был недавним и весьма ценным приобретением клана. История приобретения этого священного животного была весьма интересна и поучительна, но еще более интересна, местами даже слишком, была история его доставки от портала до поверхности рудника. Как бы то ни было и сколько бы мата не слышали священные уши священного животного, бык все же был сейчас здесь, и жрица Трооатэны могла совершить нужный клану обряд. Несмотря на свою простоту этот обряд нравился Дримму больше чем тот, в котором он принимал участие, во многом и из-за того, что не предусматривал его купания голышом на глазах у всей долины. Как уже говорилось ранее, в обряде участвовала Людмила, повозка и впряженный в нее белый бык. Паладинша-жрица стояла на той самой повозке рядом со средних размеров открытой бочкой воды, в бочке мокли 10 мечей, каждый из которых отнял жизни как минимум 100 человек (эльфов, гномов и кого угодно — бог войны не имел расовых предрассудков и его устраивали все). Сам обряд заключался в том, что идущий впереди быка воин с факелом в правой руке, взяв бычару за кольцо в носу, заставлял его идти вперед и везти повозку, а расположившаяся на ней жрица читала молитвы и брызгала водой из бочки на специально подготовленную полосу земли, по которой неторопливо и скрипя всеми своими частями двигалась повозка.
 
Дримма отвлекли, и он неохотно оторвал глаза от весьма соблазнительного зрелища (у Людмилы было на что посмотреть) и некоторое время общался с вышедшей на связь Василисой: выслушал хвастливый, но судя по полученным очкам правдивый без преувеличений рассказ о ее достижениях, похвалил довольную собой Василису и узнал что оба питомца уже на руднике и скоро порадуют его своим личным присутствием.
Тем временем ритуал, голым и замерзшим участником которого был сидевший в котле фейри, подошел таки к концу — Дримм почувствовал головокружение и боль в сердце, кровь вокруг него закипела, но тут же остыла, чуть ли не покрывшись корочкой льда, вновь закипела и вновь остыла, и так несколько раз подряд, то поджаривая, то морозя чувствовавшего себя не лучшим образом фейри. Но это было еще не все и в довершение, после контрастного душа (скорее ванны) последовала отмашка и подчиняясь ей фейри погрузился в котел с головой, минута — и Дримм вылез из рассыпающегося на глазах котла, а в руках у него лежал черный и пульсирующий как огромное сердце камень. Обряд был завершен, и каждый пожертвовавший свою кровь маг и друид получил одинаковое сообщение:
Завершено заклинание эпического класса ''Тысяча очагов'':
Все магические классы (участники заклинания) +200 % к общему резерву маны.
Все магические классы (участники заклинания) + 200 % к скорости восстановления маны.
Все магические классы (участники заклинания) +50 % к силе заклинаний школ: Общая, Огонь, Вода, Земля, Воздух, Порядок, Хаос, Жизнь, Смерть, Свет, Тьма, Природа, Расовая магия фейри, Расовая магия квелья, Расовая магия иллайнов.
Ограничения:
Действие 24 часа.
Подвергшиеся заклинанию магические классы не должны удаляться от ''Сердца Жизни Тысячи Очагов''дальше чем на 17000 метров.
Не должен погибнуть маг ''Стержень Порядка''.
Не должно быть уничтожено ''Сердце Жизни Тысячи Очагов''.
Нельзя удалять ''Сердце Жизни Тысячи Очагов'' дальше 100 метров от места проведения заклинания.
Дримм ткнул ногой еще не рассыпавшийся кусок котла и тем самым окончательно затушил уже ненужный магический огонь, а затем осторожно передал находящийся у него в руках артефакт Иримэ, что приняла его как величайшую драгоценность. Сам фейри поспешил поскорей натянуть штаны и закончить наконец слишком уж затянувшийся ''сеанс стриптиза''. Неожиданно он остановился и смущенно огляделся вокруг, а затем облегченно вздохнул — никому не было дела до его сильно и голодно заурчавшего живота: Иримэ и пара магов возились с так называемым сердцем, а Халлон поскорей распределял не нужных больше здесь магов по все еще многочисленным и требовавшим магической поддержки работам. Сильный и неожиданный как удар финки из-за угла голод хорошо подстегнул фейри, и одевшийся в рекордные сроки Дримм достал и вгрызся в здоровенный кусок копченого мяса, одновременно приступив к проверке интерфейса, пытаясь понять какие еще проблемы принес ему полученный по результатам эпик-заклинания статус ''Стержня Порядка''.
Дримм был осведомлен о последствиях заклинания, но все же ему было не очень приятно увидеть и осознать свой практически пустой (чуть меньше четверти) резерв маны и дергавшийся как паралитик индикатор ее пополнения, в обычные времена взлетавший вверх как ракета. Для привыкшего к изобилию энергии фейри наступили интересные времена — времена жесткой экономии маны, и пусть эти времена продлятся лишь сутки, все равно приятного в этом мало. На этом фоне сообщения об увеличении резерва маны и скорости ее пополнения, что он получил вместе с другими участниками заклинания, выглядели как форменное издевательство, и лишь осознание того, что это невеликая цена за общую изрядно увеличившуюся силу клана, уберегло Дримма от впадения в меланхолию. Впрочем если бы на месте фейри оказался чистый маг, ему пришлось бы много хуже, не говоря уж о том что любой маг клана на месте Дримма вообще ушел бы в минус и вынужден был бы пить зелья не для того чтобы колдовать, а только для того чтобы не терять вместе с упавшей ниже низшего предела маной и жизнь, да и по второму классу фейри был воином, и даже без магии ученик Первого вполне мог постоять за себя. Так что Дримм был в не таком уж и плохом положении, в положении обычных магов-новичков, вынужденных рачительно считать каждый пункт потраченной и приобретенной магической энергии и в бою постоянно''прикладываться к бутылочке'', пополняя стремительно тающий резерв. Для не привыкшего экономить или считать пункты фейри — непривычное и давно забытое состояние, но Дримм рассчитывал справиться, в том числе и за счет способного делиться полного до краев Крохобора.