Великий поход хомяка и жабы. Часть 1 (СИ)
Обеспечивающее такую связь заклинание было простым и доступным уже на втором уровне овладения магией Порядка, но имело два странных условия, из-за которых не пользовалось популярностью среди адептов магических школ, предпочитавших что-то попроще, зато не такое головоломное. Первое отвращавшее от подобной магии условие — невозможность сотворить это заклинание одному, нужен был второй маг, который творил бы заклинание одновременно с вызывавшим, именно между этими двумя и образовывался магический канал, что позволял осуществить задуманное. Так что желающим приходилось чуть ли не с секундомером в руках (что было особенно затруднительно при отсутствии в Серединном мире секундомеров) высчитывать время, ошибешься и все — связи не будет. Вторым условием была жадность и скорость, с которой магический канал высасывал ману из инициатора разговора — слишком маленький лимит доступной маны отсекал многих потенциально способных использовать это заклинание магов. Для Дримма впрочем эти два условия не были, как для многих, непреодолимой преградой или даже легким неудобством, и он предпочитал этот очень качественный в смысле передачи изображения и звука способ другим более простым и менее затратным: благодаря солидному запасу маны, он мог поддерживать канал не меньше часа, а благодаря высокой скорости восстановления маны у фейри — еще больше. Что касается синхронизации, то с этим помогала мысленная связь с Василисой, которая давала сигнал магу на другой стороне.
Небольшая капля, похожая на каплю росы, возникла перед читающим заклинание Дриммом, постепенно капля росла, вытягивалась и в конце концов превратилась в висящее в воздухе без опоры зеркало, по которому гуляли разноцветные всполохи, что постепенно слились в единый радужный водоворот, заменивший зеркалу отражение окружающего мира. Через секунду радужная чехарда пропала, а вместо нее появилось четкое и невероятно подробное изображение одной из комнат в цитадели клана.
— Светлана, Синьагил, Исилиэль, Вар, — Дримм поприветствовал как трех видимых ему соратников, так и невидимую, но также присутствующую в комнате Исилиэль — мага школы Порядка, что обеспечивала связь с той стороной (именно ей дала отмашку получившая приказ от Дримма Василиса).
— Здорово, Глава, ну как там? — сходу поинтересовался результатами миссии Вар, хотя по идее именно Дримм, как Глава клана, должен был требовать отчета, девушки же просто поздоровались.
— Все по плану: через 3–4 дня ждите Лаирасула с бумагами, в том числе и моими, — Дримм не стал особо чиниться и прежде чем завладеть инициативой, коротко ответил на поставленный вопрос. — Как с буками? — теперь пришла очередь отвечать Пьяному Тигру, впрочем по расплывшемуся в довольной улыбке лицу полуорка все сразу стало понятно еще до того, как он облек свое довольство в слова:
— С буками все на мази, с королем болотников, — Вар прицокнул языком, — прикинь у них целый король, а не хухры-мухры — тоже, он согласился на встречу. Старый развратник Хррумкаслип будет сам самолично гарантировать безопасность переговоров, место уже согласовано с болотными шаманами. Через три дня выходим осмотреться на природу — думаю дня за два управимся. Остальное зависит от тебя, но лучше не заставлять величество долго ждать — прокиснет. —
— Ясно, — Дримм пару секунд подумал, а потом выдал надуманные Ц.У. — Возьмешь с собой сотню воинов из клана, сотню спецназовцев и магов, всех что будут в цитадели. Если к этому времени подойдет Лаирасул, берешь его и его рейнджеров, если нет — стрелков-эльфов и всех оставшихся в цитадели рейнджеров. Мы должны показать силу на встрече с королем, иначе, насколько я знаю гоблинов, разговор может и не состояться. —
— Понял, — кивнул головой Вар, мысленно уже прикидывая насколько можно выгрести цитадель, чтобы не оставить ее совсем уж без защиты.
— Переговоры назначай дней через шесть. Я сперва схожу в Эрмилан, решу дела, а оттуда по тропам мне всего сутки добираться до болот, времени хватит с избытком. —
— Точно успеешь? — усомнился в словах своего главы Вар. — Если мы назначим встречу королю и он придет, а мы нет, то о каких-либо делах с болотниками придется забыть, да и Хрумка мне лично и всему нашему клану этой подставы никогда не простит. -
— Успею: два дня до Эрмилана, может быть получится и побыстрей, два дня там… -
- ''Любовь нечаянно нагрянет…'' — тихонько замурлыкала песенку Светлана, намекая на что-то, но Дримм предпочел этого не заметить и продолжил раскладывать по полочкам свой маршрут:
— …день до болот и все. Остается целый день для всяких НЕПРЕДВИДЕННЫХ проблем — Дримм выделил ''непредвиденных'' голосом, глядя на сделавшую удивленное и вроде как ничего непонимающее лицо Светлану.
— Ну тогда ладно, — кивнул головой успокоенный Вар, — все будет как ты сказал: назначим встречу и пустим пыль в глаза. -
— Теперь о найме, — Дримм перевел взгляд на девушек, — Светлана, Синьагил? -
— Все окей! Желающих оказалось даже больше, чем мы думали — 3000 будет точно, может даже больше — лишь бы денег на авансы хватило. -
— Хорошо. Что по наемникам и, кстати, где Морнэмир? -
— Морнэмир в отъезде — у них с Анариэль возникла идея, как увеличить нашу прибыль, вроде толково придумано и почти ничего нам не будет стоить, — вновь подключился к разговору Вар и в нескольких коротких предложениях озвучил то, что предлагали отсутствующие.
— Действительно толково, — задумался Дримм, — ладно, по пути обдумаю. Что все же у Таурохтара? — По занимавшемуся наймом рейнджеру ответила молчавшая до этого Синьагил:
— Час назад пришло сообщение: договор с наемниками подписан, получилось дешевле чем рассчитывали, но придется нанимать корабли для перевозки. Таурохтар сообщил, что ведет по этому случаю переговоры с Гильдией Контрабандистов — так дешевле. —
— Таурохтар? С контрабандистами? — удивился Дримм.
— С ним Анариэль, так что скорей всего переговоры ведет она, — пояснила Синьагил.
— Значит они возвращаются? -
— Пока нет — Таурохтар хочет проконтролировать погрузку, а уже потом вернуться порталом и здесь встретить корабли с наемниками. Будет через 3 дня, а через неделю наемники. —
— С этим все, — Дримм убедился, что все идет как надо и теперь его интересовали несвязанные непосредственно с операцией дела. — Что с Альдароном и как отнеслись кланы к такому масштабному найму? -
— Нормально отнеслись, как мы и рассчитывали. Хотя был инцидент с Горными Барсами, но пока ничего серьезного, терпит до твоего возвращения, — Светлана недовольно поморщилась, поскольку не считала нужным упоминать про эту, как она думала, глупую ситуацию, но у Синьагил и Октарона было другое мнение, и они оба, каждый на своем уровне, принимали меры.
— Хорошо, сразу как вернусь доложишь. Что с Альдороном? -
— Все нормально: ходил в реал, привел двух новичков, сейчас опять в реале, новички на проверке, — Синьагил говорила короткими фразами, не изобилующими подробностями, поскольку присутствующая при разговоре Исилиэль пока что не входила в круг посвященных.
— Тогда все, — закруглился Дримм, — продолжайте действовать по плану. Когда я вернусь и будут известны результаты переговоров с королем, подведем промежуточные итоги. Конец связи. — И Дримм легким движением руки развеял зеркало.
***Три дня спустя.
Эрмилан, город Западный Камень, замок Стража Западной Границы.
Дримм, облокотившись локтями на мраморные перила балкона, рассматривал город под ногами и Великий лес за ним. По крайней мере такое впечатление создалось бы у стороннего наблюдателя, увидевшего как неподвижно и внимательно, не отводя взгляда фейри уставился на открывавшуюся ему великолепную панораму эльфийского города в обрамлении не менее красивого и оттеняющего творение эльфов леса. На самом же деле мысли Дримма были далеки от находящегося прямо перед глазами зрелища и витали совсем в других мирах и временах…
— Правильно ли я сделал, что согласился воплощать в жизнь безумный план не менее безумного ученого? — мысли Дримма метались по одному замкнутому кругу и постоянно повторялись, преследуя его даже во сне. Может быть именно поэтому с момента первого разговора и ночи за ним он старался быть постоянно в движении — лишь сиюминутные дела, чем сложней тем лучше, давали возможность отдохнуть кипящему разуму и мечущейся как загнанный зверь душе. — С другой стороны, разве может быть хуже — даже если мы потерпим неудачу, попытка может изменить мир не в худшую или лучшую сторону, а так чтобы он выжил. Все-таки небольшой, но шанс — если же не делать ничего, результат известен. — Дримм глубоко вздохнул и впервые за несколько последних минут обратил внимание на окружающий мир, с наслаждением ощущая потоки свежего и прохладного на такой высоте воздуха, обдувающего разгоряченное недавней бурной ночью тело и не менее горячую от тяжелых мыслей голову. — Даже если все получится и установка сработает как надо, никто не поднял тему: а что будет там в 17–16 ли веке, неважно. Как мы будем взаимодействовать с окружающим миром? И как он воспримет нас? Все говорили об этом как о само-собой разумеющемся, а ведь ничего не понятно — что там будет? И то что никто толком не обсудил этот вопрос, и говорит о том, как мы ко всему готовы, а точнее не готовы. Я вот сам распинался о предложении Светланы перенести население России, говорил, что сразу же война, а ведь даже если придем мы в гораздо меньшем числе, война все равно будет — мир всегда очень отрицательно относился к чужакам, и идея Альдарона, высказанная им на второй день после первого совещания, не поможет — что бы мы ни делали и как бы ни выглядели, пусть даже как обычные люди, мы все равно будем чужаками с кучей добра и какими-то странными идеями и пророчествами. История просто кишит примерами как мир в лице религий, государств или просто озверевших толп избавляется от носителей подобных идей и противоречащих господствующему мировоззрению пророчеств. Так что эти тела, — Дримм опустил глаза и посмотрел на сжатый до хруста кулак своей руки, — помогут нам выжить, когда нас придут убивать, а то что придут, я уверен, весь жизненный опыт говорит об этом. — Дримм еще некоторое время стоял и размышлял, споря сам с собой, пытаясь играть в провидца и представить что будет после, понять и оценить свои силы и не думать о судьбе хроноаборигенов, которых придется ломать через коленку и не со зла, а потому что иначе сломают их, и о своей судьбе, если их предприятие окончиться неудачей, вследствие, например, ошибки при прохождении импульса, а так же сотен и тысяч других причин. Неизвестно сколько бы он стоял и переливал из пустого в порожнее, строя выводы и предположения при недостатке информации, но неожиданно его отвлекли весьма приятным образом: на плечи ему легли две женские ручки, скользнувшие вперед и обнявшие его за шею, а под лопатки как дула пистолетов уперлись соски роскошной и хорошо знакомой ему груди.