Великий поход хомяка и жабы. Часть 1 (СИ)

Первой перед выстроившейся для боя армией клана появилась не орда, а ее спутники: грохот разрывов от сбрасываемых с грифонов бомб и сами грифоны, постоянно пикировавшие вниз. Если бы не взрывы, то сама по себе орда издавала бы на удивление мало звуков — тролли со страшной скоростью бежали по траве и не рычали, производя столько же или даже меньше шума чем ветер, трепавший степной ковыль. Будь на месте троллей кто-то поумнее, этот кто-то уже догадался бы что его ждут, но тролли и особенно их степная разновидность как всегда не особо забивали голову мыслями, хотя и были разумны, и, наконец-то увидев доступного врага, поднажали, степным пожаром ринувшись вперед.
Маги клана не пожалели маны на заклятья и врезали от души, особенно отличился Дримм, продолжавший испытывать посох Мухамира, теперь фейри работал школой Огня. Чудовищные сгустки пламени с едва слышимым шипением срывались с трехпалого навершия и уничтожали по паре сотен троллей за раз: горящие фигуры катились по земле, воя в голос и на глазах рассыпаясь в пыль, вернее в гонимый ветром пепел — против этого порожденного древним артефактом огня не очень, верней совсем не помогал иммунитет к магии. А ведь работал не только Дримм и его посох — десятки и сотни копий и молний разных школ, огненных и ледяных шаров и других как сложных, так и простых, но мощных заклинаний буквально взрезали строй монстров, взрезали, но не остановили — степные тролли продолжали рваться вперед, не обращая внимания на потери, и стрелки второго эшелона, что вскоре присоединились к бойне, ничего не смогли изменить.
Неизвестно что ощущали заготовки или питомцы, но многих игроков накрыли воспоминания и ностальгия — точно также гоблины шли и шли по трупам своих уже погибших товарищей и остановить их можно было только перебив всех до одного. Хотя бывало и гоблины бежали прочь, но именно эта мысль мелькнула у всех игроков при взгляде на избиваемую, но упрямо прущую вперед степную орду из так непохожих на зеленых коротышек троллей.
Пришло время стражей и питомцев, те ринулись вперед: триста Кровавых Стражей Туллиндэ, созданных из воинов гоблинской расы, 4 с небольшим сотни петов, в основном обычных псов, гепардов, волков и медведей, но встречались и совсем особенные экземпляры, например, пет Рыжего Огонька — добытый в чертогах темного бога кентавр с телом рептилии вместо человеческой половины или огромный муравей — пет Миримона. Возглавляли рычащую толпу две фигуры в похожих черных доспехах: одна поменьше с двуручным волнистым мечом, другая с бастардом и жутким изломанно-изогнутым кинжалом.
Встреча двух масс, что состояли из не способных отступить или испугаться существ, была жесткой. Перед изготовившимися к бою рейдами игроков ворочалась чудовищная, рычащая и воющая на сотню голосов свалка, как котелок кипящей водой полная боли и смерти: питомцы и стражи побеждали, но и тролли не собирались уходить просто так — истыканные стрелами, избитые, замороженные, обожженные они продавали свои жизни по самой дорогой цене и яростно рвали своих врагов, даже и не думая бежать.
Дочка была на седьмом небе от счастья — наконец-то достойный враг, а не унылые и бледные в смысле эмоций водянцы-нежить. Каждый свой удар питомица наносила с яростным криком и смеялась, когда в небо подлетала голова или валились на траву дымящиеся кишки. В то же время она не забывала просьбу отца перед битвой и вполглаза присматривала за Послушным: собрат-пет дрался хорошо и не хуже ее пластал уродливые тела троллей, но опыта схваток в новой форме у него все же было мало, и вскоре кривой нож застрял в очередном теле и был вырван из руки, такая же судьба постигла и меч, так что следующего своего врага Послушный встретил голыми руками — завязалась борьба. Дочька всей душой болела за собрата, но не спешила ему помогать:
— Справится сам, — решила она. — Отец хотел, чтобы он учился драться в этой форме — хорошо, будет ему урок борьбы и удовольствие получит, и опыт приобретет, а заодно запомнит: оружием швыряться нельзя! А то разбросался — все подарки отца потерял! — Бросать Послушного на произвол судьбы она все же не стала: добила подранков с клинками в телах и проследила за тем, чтобы борцов никто не потревожил, ни свои, ни враги.
 
Противники стоили друг друга: здоровенный даже для своей расы тролль, которому не очень мешали десятки обломанных в теле стрел, и почти такой же здоровый оборотень в черных измазанных кровью латах. Некоторое время в схватке царил паритет больше похожий на пат: тролль не мог прокусить или процарапать доспехи когтями, а Послушный сколько не бил кулаками, локтями и коленями, сколько не ломал своего не чувствующего боли противника разными приемами, не мог достичь нужного результата.
Все же Послушный оказался не намного, но сильней, плюс заложенные во время трансформации навыки борьбы — оборотень выиграл спину и прижал своего противника к земле, взяв шею в жесткий замок, начал его душить, потом, ничего не добившись, попытался сломать позвоночник. Как будто гуттаперчевый тролль изогнулся чуть ли не под прямым углом и выскользнул из захвата, при этом хлестанув оборотня когтистой лапой по забралу — снова началась почти равная борьба.
Послушный устал, но упрямо не просил помощи у Василисы, а искал слабое место врага. Василиса же за то время, что пес-оборотень трепал и не мог одолеть всего одного противника, успела прикончить троих троллей и отогнать несколько стражей и питомцев, что из лучших побуждений желали Послушному помочь. Все же со временем пет нашел нужный способ, подтвердив тем самым старую истину, что когда имеется переизбыток сил, ум может и постоять в стороне (сила есть ума не надо), и почти случайно, отломив в колене, оторвал троллю одну из ног. Затем уже более целеустремленно взял своего противника на прием и вырвал левую руку из плеча, потом врезав отчаянно вопящему от боли троллю (проняло!) по зубам, взялся уже за другую ногу и, переломив ее в бедре, открутил-оторвал.
Дочка едва удержалась от желания наклониться и прямо в ухо собрату-тугодуму проорать ЧТО нужно делать, но все же удержалась и терпеливо дождалась пока Послушный наконец-то САМ сообразит и в два движения скрутит троллю башку.
Дримм пожалел своих бойцов, особенно не способных возродиться после смерти стражей и махнул рукой — рейды двинулись вперед и вступили в схватку. Дело пошло веселей, а потери среди питомцев и стражей сразу упали — теперь каждый тролль сражался как минимум против двух врагов, и почти всегда каждый из этих врагов был сильней его даже в одиночку, не говоря уж о том, что хорошо сбитый рейд это гораздо больше, чем просто сумма составлявших его бойцов. Как бы то ни было, троллей вскоре добили и войско-колонна, некоторое время потоптавшись на костях (добыча), вновь тронулась вперед и меньше чем через час достигла еще одной реки, выйдя точно к указанной летунами переправе.
Летуны рассказали о переправе и кое-что еще, и потому колонна вновь встала, а к переправе направился только пришпоривший маунта Дримм с другим своим маунтом на плече и в сопровождении верных питомцев. Весь остальной клан приготовился смотреть, как их Глава надирает жопу, ну или как вариант, как надирают жопу ему.
Малый водяной дракон — вот кто ожидал фейри у переправы — серьезный враг, еще одна возможность испытать посох и целая гора очков, так необходимая крохотному дракончику для развития. Дримм был спокоен и полностью готов к схватке, Дар (маунт-дракон) в силу возраста мало что понимал и восторженно познавал-рассматривал мир вокруг, Ворошилову было все равно если это не жрачка, Дочка рвалась в бой, желательно в самое пекло, а вернувшийся в облик пса (истекло время) Послушный как всегда был готов исполнить любой приказ.
— Добыча-мясо. Много, — мысли разумного, но не слишком напрягавшего мозг дракона были довольно просты и не блистали разнообразием. Впрочем ему хватало, и давно облюбовавший переправу как место охоты дракон всегда был сыт. — Идут-идут — хорошо. Подойдут — нападу. Затаиться. — Умевший охотиться не только в воде дракон решил подождать и дать добыче возможность подойти поближе — легче будет ее ловить и меньше придется тащить до облюбованного под логово глубокого бочага неподалеку. Похожий на помесь варана и крокодила дракон замер и в то же время приготовился к рывку, слегка забеспокоился, когда колонна остановилась, но тут же успокоился вновь — к реке медленно двигался зверь лишь в два раза меньше его (Ворошилов). — Хорошая добыча — надолго хватит, — довольно облизнулся дракон и, не очень обращая внимание на сопровождавшую намеченную жертву мелочь, приготовился к броску.