Великий поход хомяка и жабы. Часть 1 (СИ)

Задачей отряда, приведенного им к Гоблинским горам, являлась разведка как тактическая, так и стратегическая — его личные знания были явно недостаточны, особенно по внутренним, густонаселенным гоблинским территориям, да и в отношении рудника было много белых пятен и их следовало заполнить. Двойки рейнджеров в сопровождении союзных квелья собирали информацию обо всех возможных ведущих к горам путям, а так же удобным местам проникновения в горную систему, охране, укреплениях, популярности этих мест и исследовали предгорья — место жительства мелких гоблинских кланов, ютившихся на задворках. Перед ворами, среди которых не было ни одного ниже 50-ого уровня, стояла похожая задача, но уже внутри горной системы: ущелья, каньоны, долины, караванные пути, заставы, удобные для засад места, поселения, по возможности планы крепостей — в общем задач хватало и ворам придется поработать, но чем больше сведений будет собрано, тем четче будет план будущей операции и тем меньше вероятность провала. Себе Дримм оставил самое сложное — рудник и крепости четырех основных кланов, контролировавших его — несмотря на то что фейри не являлся вором, у него, благодаря его четырехмесячному опыту лазанья по этим горам в прошлом и магии квелья, было гораздо больше шансов выполнить задуманное, чем у любого другого, да и хотелось ему своими глазами посмотреть на места, где вскоре будут происходить основные события, оценить, так сказать, сцену будущего театра.
Закончив с картой, Дримм немного понаблюдал за происходящим снаружи и не увидев ничего для себя интересного, решил проведать''Холм'',быстро установил на оба чердачных входа и дверь внизу сигналки и привычно скользнул через вызванный мановением пальца портал. За прошедший год лаборатория приобрела гораздо более жилой вид: добавилось оборудования, принесенного уже самим фейри, на столах виднелись следы экспериментов, как удачных так и нет, а у одной из стен слабо дергался в оковах живой мертвяк — плод спорных, в смысле результата, опытов в области некромантии. Задерживаться здесь Дримм особо не стал и сразу же двинул в библиотеку, которая также несколько трансформировалась: количество книг и свитков в ней выросло многократно (хотя и не заполнило даже четверти объема), а вот количество непрочитанных книг стремилось к абсолютному нулю, но все же пара таких нашлась, и ими-то Дримм и собирался заняться, чтобы убить время.
— Игорь! — Перед Дриммом тут же сгустилось призрачное подобие человека. — Чай и легкие закуски сюда! — фигура склонилась и растаяла, чтобы через несколько минут появиться вновь уже со всем требуемым. Дримм, к этому времени уже снявший доспехи и сапоги и удобно устроившийся в кресле, кивком отпустил немедленно развеявшегося слугу и приступил к чтению. Столь небрежно вызванный и отпущенный слуга являлся купленной полгода назад заготовкой и был чем-то похож на слуг-духов фейрийской базы, что служила сейчас цитаделью клану, но гораздо слабее и с несколькими очень серьезными недостатками, из-за которых он и не пользовался особым спросом у игроков: как воин дух не представлял из себя чего-то особенного и к тому же, несмотря на неуязвимость к физическим атакам, имел фатальную слабость перекрывающую все — полную неспособность противостоять магии, даже самое слабое и даже не боевое, а, например, осветительное заклинание, направленное на него, могло ранить или даже убить беззащитного к абсолютно любому магическому воздействию духа. Но Дримму такой не имеющий собственной воли, не нуждающийся в пище и еде и способный выполнять простейшие хозяйственные работы, а также функцию принеси-подай слуга пришелся ко двору, верней к Холму, где Дримм его и поселил и где этот бесполезный в других местах дух-заготовка прекрасно справлялся, ну а уязвимость к магии здесь была совсем не важна — посылать его в бой никто не собирался.
Как всегда за чтением время пробежало незаметно, и пришла пора возвращаться, Дримм приказал Игорю (имя взятое из романа Мэри Шелли) убрать изрядно подчищенный поднос и одев доспехи открыл портал (он давно уже научился открывать его в любом месте ''Холма'', а не только в лаборатории как в самом начале), чтобы после проверки скользнуть на чердак.
 
Солнце почти уже закатилось, пятная вершины гор лишь отблесками уходящего дня, и вскоре можно было отправляться в путь, а тем временем внизу, в помещении с дровами, началось какое-то шевеление, что было странно, поскольку следящие заклятья, наложенные на дверь после ухода гоблинов, не были потревожены и значит снаружи никто не заходил. Дримм все же не удержался и свесившись из чердачного люка, уставился на источник этой не опознаваемой возни — недавно копанная земля и наваленные на нее чурбаки шевелились, как будто кто-то пытался выбраться на поверхность, а в помещении пахло кровью и гнилым мясом, вот по этому-то характерному признаку Дримм практически сразу же и опознал только что народившихся зомби, спешащих покинуть выступившую родильным чревом землю и утолить свою жажду живого мяса. Выяснив причину шума, фейри злорадно усмехнулся и поспешил покинуть строение, что обзавелось новыми жильцами — хозяина дровяного склада явно будет ждать сюрприз.
Спрыгнув с крыши и осторожно оглядевшись по сторонам, Дримм продолжил свой путь, тьма совершенно ему не мешала, и он видел все, а вот заметить самого фейри было очень не просто — маскирующий плащ-балахон поверх доспехов отводил как посторонние глаза, так и заклинания, так что даже без чар сокрытия, наложенных уже Дриммом, эта фейрийская найденная в одном из походов вещь обеспечивала очень хорошую маскировку, а вместе с заклинаниями надетый плащ делал фейри просто тенью тени, так что увидеть его, особенно в густой ночной тьме, было практически невозможно. А вот насчет того что жизнь здесь прекращается на ночь, Дримм все же несколько ошибся — гоблинов и вправду стало меньше, и дорога, ведущая к главной крепости Кровавых Топоров, действительно опустела, но тот, кто подумал бы что жизнь вокруг замерла, был бы не прав, очень сильно не прав. Подобно бесплодному духу, фейри скользил вперед, все видя, но не во что не вмешиваясь и наблюдая ночную жизнь земель клана Кровавых Топоров во всей ее красе: пара десятков гоблинов с тяжелыми мешками за спиной и не снимаемыми с рукояток поясных ножей руками, воровато оглядываясь по сторонам, перебежали дорогу; из небольшой приспособленной под дом пещеры слышались женский и детский плач, а так же звуки, с которыми сталь входит в плоть; под мостом через реку несколько гоблинских мальчишек шумно и весело под хруст выбиваемых кулаком зубов делили краденную овцу; у дерева, растущего рядом со входом в одно из поселений, целовалась и обжималась парочка, игнорирующая решившую посрать неподалеку посаженную на цепь боевую гиену; какая-то пахнущая ацетоном тварь с тремя желтыми горящими глазами несмотря на всю маскировку увидела таки фейри и оскалилась на него, но наткнувшись на ответный оскал и взгляд черных и не сулящих ей ничего хорошего глаз, предпочла поискать добычу полегче и шустро упрыгала по крышам прочь. Наконец довольно познавательное путешествие Дримма закончилось, и перед ним предстало местообитания клана Кровавых Топоров — небольшая горная долина, целиком превращенная в крепость с входом в виде короткой, но высокой стены и единственных серьезно выглядевших ворот. Острые горные пики, оканчивающиеся на немыслимой высоте, заменяли крепости остальные стены.
15-ти метровая стена, сложенная из крупных валунов и представлявшая собой скорее очень крутой вал, чем хрестоматийную стену, обшитые бронзой ворота с метровыми шипами, торчащими из створок, ров, скорее всего выдолбленный с помощью магии (долбить кирками сплошной камень пришлось бы ОЧЕНЬ долго), и бдительная усиленная по ночному времени стража (гоблины расстарались и возвели очень солидную фортификацию, как им казалось супер-надежно отгородившись от не пылавшего к ним любовью окружающего мира, и чувствовали себя в полной безопасности).
— Кто так строит? Ну кто так строит?! — Дримм повторял про себя слова героя старого советского фильма, заблудившегося в странном здании без дверей, но вкладывал в них несколько другой смысл — стена, столь впечатляюще выглядевшая издалека, оказалась мечтой альпиниста или даже просто ловкого человека, а уж фейри взлетел по многочисленным трещинам как по лестнице и без проблем затаился у самого парапета, внимательно прислушиваясь к тому, что происходит наверху. А на стене вовсю филонили гоблины-караульные, почему-то абсолютно уверенные в непреступности своей твердыни и поэтому относившиеся к службе как к обременительной рутине, которую не грех скрасить игрой в кости. Игра шла довольно напряженная, ставки росли, и один из отчаянных игроков, видимо проигравший все деньги, поставил на кон свой зуб (хорошо хоть не жопу!) и тут же его проиграл. Отыграться ему уже не дали, и пока товарищи жертвы азарта держали его за руки и за ноги, а победитель не очень аккуратно ковырялся во рту мычащего от боли игромана нечищеным сроду кинжалом, фейри использовал подвернувшуюся возможность и единым движением преодолел открытый участок, чтобы снова как по лестнице спуститься уже внутрь только что потерявшей девственность крепости — первый раз за всю ее богатую на события историю в нее смог проникнуть вражеский лазутчик (по крайней мере таким способом).