Доверься мне (ЛП)

Я беспокойно металась в постели, вытаскивая боль от каждого кровоподтека.
― Где он? ― прошептала я снова.
― Он уехал на встречу с поставщиками. Попытается утихомирить их, ― Тайлер сделал паузу. ― Мы вытащили парня. Ты сделала это, ― в конце его голос надломился.
― Господи, ― произнес он больше всхлипом, чем словом. ― Я думал… я никогда не думал, что он так поступит. Почему, Мия? Почему ты осталась?
― И куда бы я пошла?
Это был риторический вопрос, дерзкий, но больше всего приближенный к истине. Моргнув, я узнала рейковый потолок склада, который я называла домом, открытые стропила и трубы, покрытые пылью, как мох на дереве. Простыни не были скользкими в отличие от шелка Карлоса или наоборот грубыми, как потрепанное белье в моей кровати. Эти мягкие, как в сказке про "Трех медведей", то что нужно. Я предположила, что мы в комнате Тайлера в пристройке, хотя как он вытащил меня из подвала, я понятия не имела.
― Но… черт, Мия. Я думал, он мог трахнуть тебя. Или может даже ударить, если начать размышлять. Но не это. Твоя спина… ― в его глазах застыл ужас от того, что со мной сделали, умоляя понять, поэтому я искала больше конкретики во взгляде.
Я приняла все по-своему.
― Карлос не так уж и плох, ― наконец сказала я.
Взгляд Тайлера скользнул вниз к моим кровоподтекам, а затем вернулся к лицу в безмолвном несогласии.
Я вздохнула.
― Он подобрал меня, когда я умирала с голоду, и мне больше некуда было пойти.
― Когда это было? ― напряженно спросил Тайлер.
Я поняла, что обязана рассказать ему историю, потому что перед ним в долгу. Или, может, это лишь предлог, чтобы избавиться от тяжкого груза. Я могла поделиться своей историей, при условии, что опущу некоторые подробности о своем отце. Я видела вину, которая терзала его от произошедшего сегодня со мной, и понимала, на подсознательном уровне, что узнай он о всей ситуации, в которой меня оставил, то это чувство съест его изнутри. Он мне ничего не должен, ведь Тайлер не мог знать, но считал иначе.
― Мой отец… ну, он много пил. А когда он напивается, то становится буйным.
Я проигнорировала резкий вдох Тайлера. Не думала, что вспышки гнева моего отца абсолютно неизвестны человеку, живущему поблизости от меня, но он был не в курсе. И никогда не будет, только если я не сообщу.
Я уже видела, как у него образуются вопросы. По типу: «Когда началось насилие? Я был там, когда тебе было больно?» Ему бы не понравились на них ответы, если бы я была честна, поэтому быстро продолжила.
― Мне это надоело, и я сбежала, ― произнесла я. ― Жила на улице, умирала от изнеможения. Голодная и сломленная. Не думаю, что мне оставалось жить больше, чем пару дней, когда Карлос нашел меня в переулке.
Я невесело улыбнулась Тайлеру.
― Он бил какого-то парня, невесть за что. Я стояла за ящиками, но, должно быть, издала шум. Он выволок меня, и я была уверенна, что убьет. Но вместо этого он забрал меня домой. Привел в порядок, кормил и заботился все время.
Челюсть Тайлера крепко сжалась, лишь на виске вздулась вена, а ноздри незначительно задрожали. Его взор обратился на меня, разделив боль откровением.
― Он воспользовался тобой.
Я тихо рассмеялась.
― Там и пользоваться было нечем, одни кожа да кости. Ему пришлось ухаживать за мной. И после, да, он рассчитывал на благодарность, что вполне справедливо.
Со времен своей юности я расплачивалась за еду, одежду и крышу над головой своим телом. За всю жизнь это не менялось. Это было моим бременем.
Тайлер поднялся и отошел от меня, только напряженная поза выдавала его настроение. Все было бы в порядке, если бы он просто был немного взволнован или чуточку обескуражен. Кроме того, его состояние выходило за рамки беспокойства, граничащая с гневом.
Должно быть, он заметил мое состояние, небольшим отступлением, пораженно развернувшись.
Смягчив свои слова, я произнесла:
― Все хорошо. Все было нормально. Не так уж плохо. Но несколько месяцев назад… появилась одна девушка. Точнее, я же не единственная, кто здесь когда-либо был, но она была другой. Карлос по-настоящему усложнил ей жизнь, больше обычного, можно сказать, ― я сомневалась, что смогла бы объяснить затравленное выражение глаз, которое замечала в зеркале. ― Можно сказать, что ей пришлось нелегко. Все было довольно критично, но, когда он попытался убить ее, я не смогла позволить этому произойти.
 
Я пожала плечами.
― Я спасла ее. Ее и Закари. Позже Зак рассказал мне о торговле людьми и завербовал меня в качестве информатора. И… знаешь, по крайней мере, здесь я могу сделать что-то хорошее.
Тайлер опустил голову.
― Черт, Мия. Знаю, ты говорила, что не девушка Карлоса, но, по крайней мере, была ею. И полагаю, что в какой-то степени так есть и сейчас, но это… я никогда не думал, что он с тобой такое сотворит. Я считал, что ты как и другие подружки криминального авторитета: либо тебе наплевать, что он делает, либо слишком любишь деньги, чтобы замечать.
― Ну… ― произнесла я, положив руку ему на плечо. ― В значительной мере это правда. Долгое время мне было плевать на ужасные вещи, которые он творил.
― Ты была ребенком! ― вспылил Тайлер.
Я поморщилась от громкости его слов.
― Мне жаль, ― сказал он осипшим голосом, будто кричал несколько часов, а не пару минут. ― Прости. Просто я не могу… не могу до конца понять это. Мне нужно больше времени.
Он поднял на меня взгляд, в котором сверкнула серьезность. Еще никогда он не был так похож на того юного золотого парня как сейчас.
― Мне так стыдно. Я не знал, что ты сделала это от отчаяния. Я понимал, что тебе здесь плохо, но считал, ты сама выбрала этот путь.
― Так и было.
Но мы оба понимали, что было бы со мной, посмей я уйти. Уже долгое время я знала, что единственный выход из холодных объятий Карлоса ― это шесть футов под землей. А после увиденного результата наказания Карлоса, казалось, Тайлер тоже осознал этот факт. То, что смерть была малопривлекательна, не делало ее менее подходящим выбором, и настанет день, когда я уступлю ей. Но не сегодня.
― Я хочу, чтобы ты ушла.
Я закатила глаза.
― Ты говоришь это всем девушкам? Потому что не могу представить, будто ты пользуешься популярностью.
― Я серьезно, ― настаивал Тайлер. ― Я и раньше тебе говорил. Ты можешь обратиться в службу защиты свидетелей. Я могу обеспечить твою безопасность.
С таким же успехом, он мог предложить мне отправиться в колонию на Марсе, ведь все-таки безопасная жизнь значила для меня нечто реальное.
― И что будет с девушками, которых готовят на продажу? ― напомнила я ему. ― Карлоса уже трясет от новости о предателе. Если я исчезну, то он поймет, что что-то происходит. И вероятнее всего заподозрит, что мне тоже помогли сбежать. Вся операция насмарку. А этих девочек, в конечном итоге, продадут в другом месте, и вы их никогда не найдете.
Тайлер ничего не ответил, зная, что я права.
― Поэтому я остаюсь, ― тихо сказала я.
В этом заявлении прозвучала значимость и окончательность, которую я чувствовала всем своим существом. Последний удар, который я нанесу Карлосу. Успешно или неудачно ― в любом случае, все закончится. И после я, возможно, обрету покой, даже если в сосновом гробу.
― Я прикрою тебя, ― категорично заявил Тайлер.
Я горько улыбнулась.
― Ты мне даже доверять не можешь. Не говоря уже о том, чтобы прикрывать меня.
― Я обещаю, ― настаивал Тайлер. ― Я доверяю тебе. Прости меня. Мне хотелось бы искупить свою вину, но для начала я надеюсь, ты примешь защиту и надежность.
― Хорошо, ― снисходительно согласилась.
 
― Все будет хорошо, ― сказал Тайлер, хотя, я не знала, кого он больше пытался убедить. ― Когда все закончится, я устрою тебя в безопасном месте. Где ты сможешь начать новую жизнь, подальше от этого места.
Я и с этим согласилась. Времени было достаточно, чтобы позже выяснить правду.
Глава 6