Против сердца (СИ)
Мы, конечно, не подруги. Но когда ушла мама, она постоянно была со мной. Ухаживала. Можно сказать, заменила маму. Но мы так и не стали близки. И откровенной с ней до конца я никогда не была. Но я ей благодарна за всё, и за то, что не сдала меня отцу.
А сейчас так хочется выговориться, а некому. Таня, хоть и близкий человек, но всё-таки работает на отца. Сейчас доверия нет никому.
Мне срочно что-то надо придумать. Сначала, надо хотя бы подняться с кровати и сходить в душ. Остудить голову. Чтобы туда начали приходить здоровые мысли, а потом уже и идеи.
Делаю над собой усилие и поднимаюсь. Окинув себя взглядом в зеркало, ужасаюсь. Кто это чудище, что смотрит на меня? Волосы перепутаны и скатаны на макушке в комок.
Мда… расчесывать и распутывать их теперь вечность.
А что? Я была в печали. И походу, я не расчесывалась несколько дней.
Под глазами мешки и синяки. Лицо серое. Щеки впали. Осунулась. Неделя стресса и переживаний дали о себе знать. Даже есть нормально не могу. Так и заболеть не долго.
Решаю всё-таки принять ванную. Набираю воду, погорячее. Хочу обмякнуть. Кидаю бомбочку с пеной. И ложусь. Расслабляюсь. На лицо накладываю освежающую масочку. Под глаза патчи. Меня почти выключает.
Вздрагиваю от криков. Отец вернулся. В душе смываю с себя все. Надеваю чистую одежду, сушу волосы.
Сегодня я буду ужинать со всеми. Точнее, с отцом. Я так решила. Хватит быть тряпкой. Надо показать характер.
Спускаюсь. За столом только отец, смотрит какие-то бумаги. Опять не в духе. Да, я ему кровь попортила своей выходкой. Как я поняла, он много денег потерял. Деньги, деньги… Только бы на сестре не отыгрался. Я, правда, хотела помочь. И не хотела навредить. А отец ее выгнал. А меня запер.
Сажусь за стол напротив него. Поднимает тяжелый уставший взгляд.
— Кто тебе разрешил выходить из комнаты? — безучастный голос. Как будто ему все равно.
— Я неделю не выхожу на улицу. По дому мне тоже передвигаться запрещено?
— Да.
— Я, что, пленница?
— Пока не выйдешь замуж, да, пленница… — не отрывая взгляда от бумаг.
— Значит, я пленница в этом доме до скончания веков, потому что замуж я никогда не выйду! — хлопнув ладонью по столу, резко встаю, стул полетел на пол, а я в комнату.
И всё? Вот и весь характер.
Сильно я долбанула по столу. Больно! Рука же ни в чем не виновата. Опять отец взбесил. Мамочки! Что же со мной творится? Я же тихая и спокойная. Была. Теперь, наверно, бешеной навсегда останусь.
Опять я легла спать голодная. Таня, как обычно, принесла мне ужин, но я к нему не притронулась. Меня от всего тошнит. Наверно, это стресс. Несмотря на голод и громкие урчания в животе, уснула я быстро. Только спала беспокойно. Мне снились кошмары. В основном Егор Павлович. И свадьба. Раньше я мечтала о свадьбе, особенно в детстве. А сейчас для меня, это один из моих страшных снов. Не хочу свадьбу. Вообще. Никогда.
Утром проснулась рано. От воплей. Что опять стряслось? Резко сажусь на кровати.
Голоса приближаются. С грохотом, отец врывается в мою комнату, за ним влетает Сандра! Ура! Сестра вернулась.
— Значит, так! Мне это всё надоело! Собираешься и сегодня вечером переезжаешь в дом к своему жениху! Всё! — и так же молниеносно покидает мою комнату.
Я ничего не успела сообразить. Когда до меня дошло осознание его слов, мне стало дурно.
Такое ощущение, что в помещении совсем не осталось воздуха. Я начала задыхаться. И руками пыталась поймать себе хоть каплю кислорода. Сестра подбежала ко мне, начала успокаивать. Она что‐то пыталась сделать. И говорила.
Всё как в замедленной съемке. Я не понимаю ни единого слова. В глазах всё поплыло. Темнота… Всего лишь на секунду.
Тут же, я почувствовала резкую боль в щеке. И еще. И еще. Щеки горели. Но я пришла в себя. И Таня уже пришла с успокоительным. Я выпиваю лекарство, воду. И почти сразу отключаюсь.
С большим трудом разлепляю веки. Голова тяжелая. Во рту сухо. Сколько прошло времени? Что это со мной? Я отключилась? После слов отца? Не помню. Делаю несколько глотков из бутылки, стоявшей на тумбочке.
Так, голова немного начала соображать. Что отец сказал? Я переезжаю? Нет! Пожалуйста. Только не это.
Слезы. Опять. Давно их не было. Вытираю.
Может, это сон? Это не сон. Очнись уже. Дура. Да, дура. Отец ни за что не передумает. Даже не надейся.
Что мне делать?
Дверь распахивается. Сандра входит с чемоданом. Моим.
— Проснулась? Вставай, одевайся. За тобой приехали.
— Что? — трясущимся голосом. — Санда, пожалуйста, не надо… — умоляю я.
Она как будто не слышит меня. Слезы продолжают течь. Я прошу сестру, хотя бы послушать меня. Вместо этого, она хватает меня за руку и выдергивает с кровати. И тащит вниз прямо в пижаме.
— Хватит! — рявкает. — Это для твоего же блага.
Она уже вытащила меня во двор. Босиком. Охранник открывает перед нами калитку. Там стоит большой тонированный внедорожник. Дверца открывается. Сначала она запихивает чемодан, а потом меня. У меня нет сил сопротивляться.
— Сестренка, пожалуйста, не надо…
Смотрю ей в глаза и вижу там улыбку. За что она так? Дверца хлопает. Ее сразу же блокирует водитель. Мне остается только прислониться лбом к холодному стеклу. Смотрю на сестру. И когда машина трогается она мне подмигивает. Это еще что?
— Эй, малая… — до боли знакомый голос. И мое сердце, кажется, сейчас остановится. — Это похищение! И вынужден тебя расстроить, свадьба отменяется.
Поворачиваю голову на водителя, он снимает кепку, разворачивается ко мне и подмигивает.
Я начинаю в голос плакать. Эмоции находят выход в этот момент. За все последние дни. Этот рев сменяется жутким смехом. У меня, наверное, истерика.
Марк! Это же Марк!
Глава 11. Загадочные существа
Вот что я здесь делаю? Риторический вопрос.
Сижу в машине перед домом Сандры. Нервно барабаню пальцами по рулю. Главное, чтобы ничего не сорвалось.
Сандра решила спасти сестру от их папаши. Попросила помощи.
И я сам вписался. Потому что, девчонку жалко.
И что-то очкую. И не потому, что я рискую. Это, вроде, как похищение. А потому, что у нас может нифига не получится и девочку отдадут этому престарелому извращенцу. Вот, как можно заставить молодую девчонку выйти замуж за мужика, который ей в отцы годится? Это даже звучит отвратительно.
Сандра решилась ещё в Краснодаре. Вообще, она отца боялась всегда. А тут, что-то в ней переклинило. Может отомстить хочет. Не вдавался в подробности.
Отец запретил ей появляться дома в течение недели. И мы, конечно, не теряли времени даром. Через пару дней более-менее рука зажила, и надо было продолжать работать.
У Сандры связи. Она договорилась с конкурирующим клубом о моем бое, и выступила в роли моего менеджера. Отец ей запретил со мной работать. И она решила идти к конкурентам. И отцу насолила, и нам хорошо. А мне не принципиально. Да, и Сандре, я доверяю.
Контракт не ахти какой. Но и противник ни то ни сё. Сделал его в четвертом раунде. Рановато, конечно. Но он сам сдулся. Новичок.
Но денег нам хватило закрыть долги. И еще купил партию лекарств для матери. Правда, хватит только на две недели. С уже имеющимся запасом, почти месяц. А это уже что-то. У меня есть время, чтобы заработать. Еще на два месяца надо. Потом реабилитация. И как дальше будет, только бог знает. Пятьдесят на пятьдесят. Буду надеяться на лучшее.
Дальше, по плану было уговорить Александра Викторовича передумать насчет свадьбы. По-хорошему. Но не случилось. Он взбесился. И решил сбугрить дочку этому пенсионеру. Еще до свадьбы. Пока не сбежала. Снять с себя ответственность, так сказать. Если сбежит, то не его проблема уже.
Нам надо было вывести Линду из дома без палева. А как это сделать, когда дом и двор под круглосуточной охраной? Разыграть спектакль, конечно. Когда отец уедет, сделать вид перед охраной, что сестра отправляет Линду к жениху, по сути выполняя приказ отца.