Место под солнцем (СИ)

— Излагайте, Сезар.
Хозяин дома сохранил спокойное выражение лица.
— По моей вине сорвалась крупная сделка, которую ваши люди пытались организовать не один месяц.
— В чем заключается ваша вина?
— Вы шутите, Аднан? — не выдержал Сезар. — Я уверен, что вам доложили подробности!
— Я хочу услышать вашу версию, — ответил гость, принимаясь за шоколадный пирог.
— Ливий Хиббинс нашел клиента, который пожелал купить крупную партию героина. Мы не успели заменить сотрудников таможни нашими людьми, но он все равно повез товар через границу.
— Что значит «крупная партия»?
Сезар сделал глоток воды и посмотрел на лужицу под шариком ванильного мороженого, которым был украшен пирог.
— Десять килограмм.
— Итак, Ливий потащил через границу десять килограмм героина, зная, что шансы на успех фактически нулевые. До сих пор не понимаю, в чем заключается ваша вина.
— Я мог его отговорить.
Аднан медленно вернул ложечку на тарелку.
— Вы близко дружите с Ливием?
— Он гостеприимный хозяин и интересный собеседник. В остальном наше общение ограничивается деловой сферой.
— Расскажу вам, как мы познакомились. Нас представил друг другу Умар, мой старший брат. Они с Ливием встретились в тюрьме, когда тот отбывал свой первый срок. Приводит его Умар и говорит: «Смотри, какого мальца я для тебя нашел. Из него выйдет толк». Ливий тогда был совсем пацаном: худой, как щепка, одет в лохмотья, волосы до плеч, мордашка смазливая, как у девки. Я сперва подумал, что братец решил надо мной подшутить. И говорю Ливию: «Ну, малыш, кое-где шепчутся, что ты хочешь стать королем?». А он смотрит мне в глаза без тени улыбки и отвечает: «Нет. Я уже король». Брат расхохотался и уточнил: «Ты на востоке, приятель. Королей тут нет, только халифы». Ливий сказал, что этот титул его устроит. Через несколько недель так к нему обращались все. Сперва смеялись, но быстро поняли, что с парнем шутки плохи. Я на своем веку встречал упрямых ребят, но такого безумца Великая Тьма мне еще не посылала. Кто-то уклоняется от ударов судьбы или опускает голову, а Ливий бьет ее в ответ. Получает за это по лицу и бьет снова, в два раза сильнее. Вы думаете, у вас получилось бы его разубедить?
Под внимательным взглядом Сезара Аднан снова взял ложечку и вернулся к пирогу.
— Я слышал, вы хотите сделать его своим преемником.
— Возможно.
— Я не смогу вернуть вам потерянные деньги, но могу помочь ему выйти из тюрьмы. Моя сестра…
— … работает старшим надзирателем, мне это известно. Она готова рискнуть должностью и свободой, а, может статься, и жизнью ради спасения незнакомого мужчины, пусть и вашего друга?
— Это будет непросто, но она сделает все, что от нее зависит. И даже чуть больше.
— Вы благородный мужчина, Сезар. Когда-нибудь это сыграет против вас.
За столом воцарилось тягостное молчание. Аднан доел пирог, отставил тарелку и откинулся на спинку стула, допивая кофе.
— У меня двое сыновей, — заговорил он. — Изнеженные дети, которые вряд ли смогут зарабатывать на жизнь самостоятельно в ближайшем будущем — разве что если произойдет чудо. Они так послушны, так покорны моей воле, что порой меня тошнит. Ливий — мой третий сын, хотя между нами нет кровного родства. Тот сын, о котором я всегда мечтал — и которого так и не смог воспитать. Упрямый дерзкий мальчишка с дрянным характером, убежденный в том, что ему по праву рождения принадлежат оба мира, и каждую минуту думающий только о том, как поскорее обрести эту власть. — Аднан сделал последний глоток и с задумчивым видом заглянул в чашку. — Таких детей, Сезар, можно воспитать только одним способом. Как можно раньше научить их тому, что такое ответственность. За себя и за других. А ответственность, друг мой — это наказание, которое следует за проступком. Ливий сидит в тюрьме не впервые, и вряд ли этот срок будет последним в его жизни. Не мешайте ему получать необходимое воспитание.
— То есть… вы не хотите, чтобы Эоланта ему помогла?
— Она может испечь для него домашний пирог. Хотя, если верить слухам, Ливий вскоре сам испечет для нее пирог с почками Гасана Хабиба. Мальчик он самостоятельный и может защитить не только себя, но и других.
 
— Вы не хотите навестить его? Я могу это устроить.
— Если вы поставили ребенка в угол и бегаете к нему каждые пятнадцать минут, в наказании нет никакого смысла.
— Вы правы. Еще кофе?
  
Глава пятая. Ливий. Настоящее
 
Весна 1977 года
Алжир
Остановив машину возле хлипкого забора, окружавшего дом Насира, Ливий достал ключи из зажигания и посмотрел на темные окна. Жилым маленькое одноэтажное строение не выглядело, но за десять лет здесь ничего не изменилось. Высохшая трава, разбросанный повсюду мусор и атмосфера полного опустошения. Большую часть времени Насир проводил либо в разъездах, либо в доме Халифа, и у себя почти не появлялся.
— Круто, мы приехали в дом с привидениями, — прокомментировала сидевшая по правую руку Тара. Она жевала орехи из бумажного пакета и смотрела в окно. — Надеюсь, это не твой королевский замок? В принципе, выглядит неплохо, если устроить генеральную уборку.
— Ты знаешь, где живет Фуад?
— Понятия не имею. И не уверена, что хочу это изменить, особенно после вашей сегодняшней встречи.
— Я пообещал, что с тобой ничего не случится. Ты мне доверяешь?
Эльфийка поперхнулась орехом и закашлялась.
— Ты серьезно? Нет, я просто хочу понять: ты шутишь или как? — спросила она, прочистив горло. — Я встретила тебя вчера вечером, мы приятно провели время и даже перекусили вместе, а ты уже напридумывал неизвестно что. Как я могу доверять незнакомому мужику, который, помимо всего прочего, отсидел десять лет за работорговлю? Судя по тому, как к тебе обращался Фуад, раньше ты был не самым последним парнем в этом городишке, но хорошие времена прошли. У тебя нет ни квартиры, ни машины, ни денег. Нет даже нормальной одежды. Не обижайся, но я бы не рискнула назвать тебя властелином своих эротических грез. Мы прокатились до пригорода, утром вернем тачку Хадидже и расстанемся так, будто друг друга не знаем, окей? Я верну деньги, мне они без надобности, сама заработаю.
— Можешь валить хоть сейчас. Я тебя не держу.
— В смысле, ты уже передумал насчет боевой подруги? Даже не попытаешься меня удержать? Кстати, кто такая Эоланта?
— Мамочка не объясняла тебе, что подслушивать нехорошо?
— Я хочу знать!
— Я тоже много чего хочу. Ну как, уходишь? Если хозяин этого дома не уехал, это твой последний шанс выпутаться из криминальной истории. Продолжишь прятать голову в песок, делая вид, что проблем не существует.
Эльфийка гордо вздернула подбородок.
— Вот уж нет. Я остаюсь!
— Тогда сиди здесь. Я сейчас приду.
Ливий вышел из машины, приблизился к калитке и тихо свистнул. Минутой позже в одном из окон вспыхнул тусклый свет, дверь распахнулась, и на пороге появился Насир с фонарем в руке. Он вышел на заваленную мелкими сучьями дорожку, чертыхаясь, проделал путь до забора и ахнул, увидев гостя.
— Халиф! Это ты? Это правда ты?!
Не дожидаясь ответа, хозяин дома отодвинул ржавый шпингалет, удерживающий калитку, и открыл ее, поморщившись от душераздирающего скрипа петель. Как и следовало ожидать, внешне он не изменился: юный темный эльф с длинными, почти до плеч, каштановыми волосами и обманчиво мягким и задумчивым взглядом черных глаз. Насир выключил фонарь и сунул его в задний карман джинсов.
— Боги, ты мне не снишься! Ты жив! Свободен! Наконец-то… я возносил молитвы каждую ночь, и они были услышаны!
— Что за сантименты, сынок? Мы виделись не так давно. Что такое десять лет при учете того, что Великая Тьма создала нас почти бессмертными?
Насир крепко обнял Халифа, похлопав по спине, а потом выпустил друга из объятий и отошел на пару шагов.
— Ты совсем исхудал. Хреново там кормят, да? Ну да неважно, все позади. Скажи, что тебе нужно? Деньги. Да. Первым делом тебе нужны деньги. А потом…