Неизменный (ЛП)

Мэгги покачала головой, но все равно схватила маленькую черную книжечку деловых контактов, которую я оставила на прилавке. Сойеру она сказала:
— Было приятно познакомиться с вами, Сойер Смит. Я искренне надеюсь, что вам здесь понравится. Пожалуйста, сообщите моему менеджеру, Кэролайн, если вам что-нибудь понадобится. Она может быть очень полезной, когда не забывает вытащить палку из своей задницы.
Сойер удивленно закашлялся, в то же время я прошипела:
— О Боже, Мэгги!
— Увидимся позже, дорогая.
Она была абсолютно непримирима.
— Убедись, что ты проводишь Сойера в его апартаменты. Мы бы не хотели, чтобы он заблудился по дороге.
— Ага, я провожу Сойера до его апартаментов, — пробормотала, открывая страницу бронирования на своем компьютере. А потом я столкну его со склона горы.
— Я уверен, что и сам смогу найти дорогу, — предложил Сойер, когда Мэгги исчезла в своем кабинете. — Я знаю, как читать карту.
— Мне понадобится некоторая информация, прежде чем мы перейдем к этой части, — отрезала я вместо этого. — И твоя кредитка.
Он моргнул, глядя на меня.
— Я переведу деньги утром.
— Ты знаешь, как это работает, Сойер. Мне нужна карточка для анкеты. — Снова встретившись с ним взглядом, я искала правду или очевидную ложь, чтобы знать, что он пытается скрыть. — Если только у тебя нет карточки? Может быть, у тебя нет такой, которая будет соответствовать твоему удостоверению личности?
Он вытащил бумажник и вытащил карточку из прорези.
— У вас есть обслуживание номеров?
Я взяла у него кредитку, стараясь не прикасаться ни к какой его части. Мои глаза быстро пробежали по рельефному шрифту, на котором простыми буквами было написано «Сойер Смит».
Ну и что с того? Ему удалось получить новое удостоверение личности, и хороший кредит. Во всяком случае, это просто подтвердило мою первоначальную теорию — Сойер знал, как выжить.
— Нет. Но есть приложения для доставки, которые заберут что угодно в городе и доставят это в твой коттедж. Хотя мы находимся далеко от города. Они не всегда доставляют еду горячей. — Переключив передачу, я вернулась в рабочий режим. — Как долго ты здесь пробудешь? — спросила я, глядя в экран компьютера. Я не могла перейти на страницу регистрации, пока он не ответил. Я не вынюхивала. Ладно, может быть немного. — Мне нужно знать, чтобы занести данные в компьютер.
Он наклонился вперед, опираясь на предплечья.
— Для компьютера.
— Я пытаюсь зарегистрировать тебя, болван.
— Я и забыл, какая ты дерзкая, — сказал он своим рукам, склонив голову. — Какая безрассудная.
Я отодвинула кресло на колесиках.
— Ладно, завязывай с этой ерундой о таинственном человеке, Сойер. Выскажи свои угрозы, либо убей меня, либо сделай со мной то, что ты собираешься сделать. Но давай прекратим эту игру, в чём бы она не заключалась, потому что с меня хватит.
Его полуулыбка была жестокой, мстительной. Его взгляд не отрывался от моего, заставляя меня отвести глаза.
— Ты думаешь, это игра? Думаешь, что спустя пять лет я появляюсь здесь, чтобы… подразнить тебя?
Он произнёс эти слова без эмоций. В них была твердость, которая пронзила мое сердце, стена между нами была такой широкой, высокой и нерушимой, что на глаза навернулись горячие слезы. Я так не думала. Ни после того, как я с ним поступила. Но он так это произнёс… словно я была той пятнадцатилетней девчонкой, намекала и флиртовала с ним. Как будто ему снова было восемнадцать, он гонялся за мной по глухим переулкам Вашингтона и избивал всех других парней, которые пытались заговорить со мной.
Наполнив свой голос отвагой и дерзостью со льдом, я честно ответила:
— Нет. Нет, я не думаю, что это игра. Но ты здесь не просто так, Сойер. И поскольку я никак не могу догадаться, для чего ты здесь, тебе нужно просто сказать мне.
Из глубины его горла вырвался удивлённый звук.
— Ты бросила меня, Шестёрка. Исчезла. Испарилась. Не было ни записки, ни телефонного звонка. Гас даже не знал, что, черт возьми, произошло. Однажды ты навестила меня и сказала: «Я люблю тебя, Сойер. Я сделаю для тебя все, что угодно, Сойер. Я буду ждать тебя вечно, Сойер». А потом пуф. — Он хлопнул по стойке, заставив меня подпрыгнуть от неожиданного звука. — Никто не может найти драгоценную Кэролайн, мать её, Валеро. Даже её отец. И что я могу с этим поделать? Моей девушки больше нет. Она, чёрт возьми, свалила. И я ни черта не могу с этим поделать.
 
— Ты…
У него не было времени на мои оправдания.
— Ты знаешь, как это расстраивает, Шестёрка? Как это бесит? Единственный человек, которого ты когда-либо любил, исчезает ни с того ни с сего, а ты застрял в тюрьме, как беспомощный придурок. Совершенно беспомощный. Я, бл*ть, сошел с ума, думая, что с тобой случилось худшее. Я свихнулся. Эта тьма… — он снова опустил голову, пряча воспоминания, отразившиеся в его глазах. — Ты не можешь понять глубину этой тьмы, Кэролайн. Тебе никогда этого не понять.
Я превратилась в медленно бьющееся сердце, которое изо всех сил боролось за то, чтобы не издать ни единого звука, не двигаться и никак не выдать своего существования.
— Сойер, — я произнесла его имя шёпотом, который был похож на мольбу о прощении.
Он вскинул голову, как будто только что вспомнил, что я здесь.
— Потом я появляюсь в этом богом забытом городе, и натыкаюсь на тебя. Ты не умерла. Не похищена итальянцами, или ирландцами, или, черт возьми, сумасшедшим серийным убийцей, который хотел добраться до меня. Ты просто здесь. Работаешь, живёшь и с кем-то встречаешься. С тобой всё нормально. Ты счастлива. И, мать твоя, приспособленная к этой жизни. Я здесь не для того, чтобы играть с тобой в игры, Каро. Я здесь, чтобы осуществить мечту, которую я когда-то разделил с девушкой, которую любил. — Он наклонился вперед, удерживая мой взгляд, поворачивая его, сжимая, сокрушая. — То, что я здесь, не имеет к тебе никакого отношения, потому что не все завязано на тебе, Кэролайн. И после всего что произошло, ты здесь абсолютно не при чем.
Я хотела сказать что-нибудь остроумное в ответ; режущее, разрывающее душу наизнанку. Но из моего рта не вылетело ни единого слова. Ни один жестокий ответ не пришел мне в голову. Я ничего не могла поделать, только таращиться на него, как рыба, которую вытащили из воды и оставили задыхаться. Я пыталась утешить себя, уверить, что он это заслужил. Я старалась. Но он был прав. Я ушла от него, не сказав ни единого слова о том, куда я иду или что со мной все будет в порядке.
Он понятия не имел, что что-то не так. Что мне нужно уехать. Что я должна была это сделать.
И что, несмотря на то, что он теперь думал обо мне, я поступила правильно.
Но я никогда не могла сказать ему об этом.
— Шесть недель, — сказал он.
Я просто продолжала смотреть на него, с трудом возвращая своим конечностям способность двигаться.
— Ч-что?
— Зарегистрируй меня на шесть недель. Для начала.
Вспомнив, что я делала, и почему он был здесь, и что у меня была работа, которую я должна была выполнить, я ввела это в компьютер.
— Домик не сдаётся на шесть недель. Я могу заселить тебя только… до следующего четверга.
Он постучал костяшками пальцев по стойке.
— Облегчи себе задачу, Шестёрка, и разберись с этим.
Уставившись на компьютер и прикусив нижнюю губу, до тех пор, пока не почувствовала привкус крови, я возилась с компьютером.
— Шесть недель? Ладно, это будет стоить двадцать тысяч триста восемьдесят долларов.
Он не дрогнул.
— Не забудь скидку за фаллоимитатор.
Потребовались все мои силы, чтобы не закричать.
— Я верну тебе разницу после того, как придет мастер.
Он откинулся назад и выпрямился. Его плечи расслабились, и его лицо тоже что-то сделало, но оно точно не стало расслабленным. Оно было… Я не знала, как это объяснить.
— Убедись, что ты выдашь детализированную квитанцию, когда будешь это делать.
С тех пор как Сойер снова появился в моей жизни, я боялась, что он собирается убить меня. Чего я не учла, так это того, что сама убила его. Это должно беспокоить всех.