Неизменный (ЛП)

— Я так и думал. Это отличное место.
— Интересуетесь лошадьми, мистер Смит? — спросил Джесси с вполне оправданным подозрением.
— Не совсем. Но мы с Гасом провели исследование города. Мы знаем все входы и выходы. По крайней мере, на бумаге. Приятно иметь возможность взглянуть в лицо человека, об имени которого мы так много слышали.
Каждое из его слов имело двойной смысл, тайный замысел. Мое сердце колотилось в груди отчаянным барабанным боем, который угрожал вырваться прямо из моего тела, через кости, сухожилия и плоть.
Джесси улыбнулся.
— Сплетни маленького городка?
Сойер кивнул.
Улыбка Джесси исчезла.
— Хотя это забавно. О вас двоих мы ничего не слышали до сегодняшнего вечера.
Стальной взгляд пустых голубых глаз Сойера не изменился.
— Мы знаем, как держаться в тени, — затем он рассмеялся, как будто это был самый естественный разговор в мире. — Хотя после сегодняшнего вечера будет, о чем посплетничать. Я уверен.
Я с трудом сглотнула. Это была угроза?
Гас снова сосредоточился на мне.
— А как насчет тебя, Каро? Чем ты теперь занимаешься?
Последовало долгое неловкое молчание, пока я боролась с происходящим. Если бы они расспрашивали обо мне и людях, с которыми я общалась, как, к примеру, о Джесси, они также знали бы о Джульетте? Знали ли они, что она дочь Сойера?
Как много они знали?
О скольком я могла солгать?
Я прочистила горло и стряхнула с себя оцепенение, которое делало меня похожей на зомби. Ставки были выше, чем моя жизнь. У меня была дочь, которую я должна была защитить.
И я бы сделала все, чтобы спасти её от этой жизни.
Сойер олицетворял всё, от чего я отчаянно пыталась оградить Джульетту. Я бы никогда не вернулась.
Я бы никогда не позволила Джульетте втянуться в этот мерзкий мир.
Я была неосмотрительна. Но я помнила основы. Организованная преступность и мошенничество когда-то были моим образом жизни.
Я могла бы встать в один ряд с лучшими из них.
И когда на кону так много всего, я бы, черт возьми, солгала. Лгала бы до тех пор, пока сама бы не поверила словам, слетающим с моих губ, и прекрасной иллюзии, которую я создала. Сойер, в конце концов, может убить меня. Сойер мог бы пытать меня, затащить обратно в Вашингтон и позволить Роману убить меня. Но я бы никогда не отдала им Джульетту.
И если все остальное потерпит крах, и я не вернусь домой, Фрэнки будет знать, что делать.
— Я менеджер на одном из местных курортов, — объяснила я. — Это совсем не похоже на то, чем я занималась дома. Темп здесь спокойный, а моя работа гораздо менее… ограниченна. Но мне это нравится. Мне нравится смена стиля жизни.
Челюсть Сойера дрогнула, и моя улыбка стала более уверенной. Он был взбешен. Ему не понравилось, что я изменилась. Или что я, без сомнения, подтвердила всё, что он накопал на меня.
Я проигнорировала приятное чувство, что все ещё могу читать его даже спустя столько времени.
— Это здорово, — сказал он, его улыбка стала вымученной. — Звучит здорово.
Я выдержала его взгляд, признавая правду.
— Так и есть. Мне нравится моя жизнь здесь. — Джесси обнял меня за плечи и сжал их. Я не была уверена, чувствовал ли он мою потребность в утешении или чувствовал ответственность за мое счастье, но его теплое прикосновение успокаивало.
Челюсть Сойера снова дрогнула, и его голубые глаза впервые вспыхнули, как раньше. Они потемнели и, в тоже время, посветлели. Я втянула воздух от того, что старые чувства, над захоронением которых я неустанно работала, отчаянно пытались всплыть на поверхность, продирая их могилу.
Он опасен, говорила я сама себе. Он один из них.
Он здесь, чтобы убить меня.
Он здесь, чтобы всё забрать.
Это Сойер, прошипели мои чувства в ответ; они зависели от его голоса, отчаянно нуждались в его прикосновениях, и рыдали от разлуки.
— Как начёт экскурсии? — спросил Гас, его громкий голос прорезал внезапное напряжение. — Тебе нужна экскурсия.
— О, нет, — поспешила я отказаться. — Все в порядке. Мы вообще-то собирались уходить.
— Каро, да ладно тебе, — подтолкнул Гас. — Мы не виделись пять лет, и ты торопишься смыться от нас? Что это за глупости?
 
— Я… нет, ты так занят, и мы не хотим навязываться.
— Ну это уже происходит, — настаивал Гас. — Давай осмотримся. Я не приму отказа. — Он обернулся, такой же оживленный, каким я его помнила. — Это галерея. Наша текущая установка, как вы можете видеть, просто потрясающая. Наш художник — настоящий талант. Молодой, красивый, истинный гений своего дела.
Джесси бросил на меня растерянный взгляд.
— Разве не ты автор картин?
Гас усмехнулся.
— О, точно. Наверное, будет лучше, если мы пойдем дальше. Можете поглазеть на мои работы позже. — Он направился к бару. — Я даже дам тебе скидку для друзей и семьи, Каро. Шестипроцентную.
Я проигнорировала его подкол.
— Вот это да, Гас. Не знаю, как справиться с твоей щедростью.
— Серьёзно? Так все говорят.
Мы последовали за Гасом, пока он указывал на самое глупое дерьмо на свете. Вот там столик. А это один из наших стульев. Взгляните на светильники над баром. Всё это время Сойер следовал за нами по пятам. Я ненавидела то, что не могла оторвать от него глаз. Я ненавидела то, что у него было преимущество, перспектива и все то, чего я хотела. В попытке выбраться из сегодняшней ночи живой, мне пришлось разыграть аферу, которую они начали без моего разрешения. А это означало, что я не могла посвятить Джесси во все это.
Я могла бы выбежать из здания с криком, как будто оно горело, но Сойер и Гас нашли бы меня. Они не собирались отпускать, сдаваться или уходить. По крайней мере, не без борьбы. Так что все, что могло произойти привело бы их прямиком к Джульетте.
Но наряду с тем, чтобы играть свою роль в игре, правил которой я не знала, я должна была также обеспечить безопасность Джесси. Он не мог знать ничего из этого. Он не мог заподозрить ничего плохого.
Джесси был хорошим парнем, и он сделал бы то, что делают все хорошие парни, — он попытался бы мне помочь.
Но его помощь только навредила бы. И, возможно, убила бы нас обоих.
Когда Гас начал огибать заднюю часть галереи рядом с кухней, мы завернули за угол, и я воспользовалась возможностью оглянуться на Сойера. Его взгляд уже был прикован ко мне.
— Ты в порядке, Шестёрка? — спросил он, и жестокая, отстраненная ухмылка, искривила его рот.
Нет. Я была не в порядке. Я отвернулась.
— Больше искусства, — сказал Гас. — Это кухня. — Мы подошли к дверному проему. Гас вошел в него, и, когда мы последовали за ним, оказались в темном коридоре, который вёл к лестнице, ведущей в подвал. — Ладно, хватит этой скучной ерунды. Давайте перейдем к самой крутой части.
Я застыла, от чего Джесси врезался в меня.
— Что там внизу, Гас?
Он был уже на полпути к нижнему этажу. Его ухмылка кота, который съел канарейку, ничуть не успокоила мои нервы.
— Это сюрприз.
Покачав головой, я сделала шаг назад. Сойер был прямо за мной. Его мускулистая грудь коснулась моей спины.
— Я не люблю сюрпризов, — сказала я им.
Рука Сойера легла мне на бедро. Его пальцы обхватили мою тазовую кость, крепко сжимая, интимно поглаживая.
— Этот тебе понравится, Каро. Я обещаю.
Я больше не могла скрывать свой страх. С мольбой в глазах я обратилась к более разумному из двух мужчин.
— Что там внизу, Гас?
— О, да брось, подруга, ты зашла слишком далеко. Не трусь сейчас, — подначивал он.
Это было прямое указание на то, что я бежала из Вашингтона.
Я знала, что никогда не должна была соглашаться на это свидание с Джесси. Я могла бы вывернуть все и сказать, что это была его вина. Его идея. Только вот я добровольно с этим согласилась. Как глупый лемминг. Или овца-самоубийца. Мне просто нужно было кого-то обвинить. Сопротивляясь желанию стукнуться головой о кирпичную стену, я проигнорировала наказывающее прикосновение Сойера и последовала за Гасом. Хотя бы для того, чтобы избежать близости Сойера.