Если вам немножко за... (СИ)
— Ты сводишь меня с ума, — и я первой потянулась за поцелуем.
Потому что между нами были не просто чувства, а ураган бушующего пламени. Он особенный и каждый его вздох, каждое слово и касание — вызывали табун мурашек по коже. Хотелось остановить время и продлить этот момент, оставив в памяти сладкие следы от сильных пальцев и жестких поцелуем, которые алыми гроздьями расцветали на моей коже к утру. Тамиан резко притянул меня к себе, углубляя поцелуй и окончательно разрушая хлипкую стену моей злости, которую я так тщательно выстраивала последние несколько минут. Она пала под натиском его чувств и безумной нежности, которые затмевали все!
Его поцелуй был настойчивым, но в то же время мягким и успокаивающим. Горячий язык скользил по нижней губе, исследуя каждую трещинку, моих искусанных от волнения губ. Я сама в безумном порыве поддалась на такую провокацию с его стороны, обвивая мощную шею рыцаря своими руками. Проводя по бархатной коже острыми ноготочками, оставляла белые следы, которые так же, как и у меня, к утру нальются сочным и спелым цветом страсти и дикой ревности, пылающей в груди. Он крепко сжимал пальцами мою талию, углубляя поцелуй и нависая мной ней, подобно скале, которая с каждой секундой становилась все ближе и ближе.
Мне, грешным делом, показалось, что я просто помешалась на нем. Неистовое желание слиться воедино нарастало с каждым вдохом и выдохом, с каждым обжигающим кожу взглядом, с каждым новым поцелуем, запечатленным на губах и от которого хотелось еще сильнее и жестче. Герцог неохотно разорвал телесный контакт, и посмотрел на меня так, что я буквально физически ощутила, что пылала в его руках. Одурительные языки пламени лавиной прокатились по всему телу, выталкивая сознание за грань реальности и утягивая в омут страсти и возбуждения.
Контраст между внешней холодностью и пламенной натурой только сильнее разыгрывал возбуждение. Каждая мысль о том, что он теперь полностью мой, сворачивалась внизу живота, связывая узелки желания в одно целое и пробегая по всему телу подобно теплой волне. Руки мужчины мучительно медленно проходили по каждому изгибу моего подрагивающего стана, оставляя маленькие иголочки после каждого легкого касания, которые впивались под кожу, наполняя голову пустотой возбуждения. Хотелось сильнее и больше. Сгореть дотла и возродиться подобно мифической птице.
— Я не могу справиться со своими чувствами к тебе, — он доверчиво заглядывал мне в глаза. — Я не могу… Не могу представить, что ты можешь быть чьей-то еще. И сколько бы раз я не напоминал себе о том, что для тебя брак такая же работа, ревность затмевала все на своем пути. Я мечтал лишь об одном: о дне, когда я останусь последним для тебя.
Его слова прокатились по всему телу нежной волной и укутали в свои объятия. Каждая трепещущая клеточка моего естества буквально пела от радости и счастья. И это было так хорошо и правильно, что мне казалось, что я брежу. Просто сходила с ума под его прикосновениями. Не отдавала себе отчета ни в чем. И просто умирала при каждом вдохе. Его было катастрофически мало, хотелось еще сильнее, больше и до скончания веков. Чтобы этот короткий миг остановился, и мы рухнули в бездну сумасшествия.
— Твой запах… — он промычал, проводя носом по моей шее. — Он сводит с ума и будит в моей душе самые грязные порывы. Еще темнее тех, которые ты видела в борделе. Мне хочется тебя до боли в груди, до ломоты в пальцах и дикого голода во рту. Сожрать тебя целиком, чтобы ты навечно осталась только моей.
— Тогда я сожру тебя первой! — выдохнула я ему прямо в рот.
Глаза в глаза… Такой тяжелый и пламенный зрительный контакт, от которого мурашки мелкой россыпью покрыли каждый кусочек тела, проникая в самую глубину души и оставляя там дикое желание обладать. Возбуждающая эйфория протягивалась между нашими телами, передовая разряды электрического тока, которые импульсами отдавались в районе груди и оседали между ног. Мы горели пламенем друг друга. Сходили с ума и понимали, что это взаимно. Только мы в этой пустоте и жадности первобытной нечеловеческой страсти.
Он не дал мне и слова сказать, лишь резко развернул спиной к себе, прижимаясь своим сильным телом к моей вмиг напрягшейся тушке. В его огромных руках я была слишком маленькой и беззащитной. Но не сейчас… Когда мозги просто вышибало от переизбытка ощущений. Не сегодня… Кружево легкого бюстье бесшумно упало на пол, оставляя меня в одних полупрозрачных трусиках, которые прикрывали на столько, чтобы это казалось развратнее полной наготы. Тамиан сильнее прижал меня к себе, проводя пальцами по пересохшим в миг губам.
— Оближи, — зарычал он мне на ухо, проталкивая пальцы в мой рот.
Я покорно выполнила его приказ и получила в награду укус в район плеча. Его зубы метили меня, пальцы сжимали до боли. Но я могла лишь стонать и выгибаться навстречу его прикосновениям. Бредить и сходить с ума от тех чувств, которые бурлили в груди. Он немного отодвинулся от меня, убрал в сторону тонкую полоску ткани и неспешно двигаясь прочертил влажными подушечками дорожку по моему позвоночнику, останавливаясь на истекающем лоне, в которое медленно погрузил пару пальцев.
С моих губ слетал хриплый стон наслаждения, которые потонул в шуме яркой и удушливой столице за окном. Повернув голову ему навстречу, я хотела вымолить большего, но он тут же проник своим языком в мой гостеприимно распахнутый ротик, оставляя легкие ранки на губах. Его пальцы проскользнули еще глубже, умело двигаясь вдоль влажных стенок, которые тот раздвигал на манер ножниц и от чего волны возбуждения лишь сильнее бежали по телу. Я выдавила из себя его имя, которое зажгло в моем любимом мужчине пламя, сжигая дотла, без остатка. Он чувствовал тоже самое, что и я. И осознание этого, заводило еще сильнее!
Пожар между ног разжигался все сильнее, пока герцог нарочито медленно растягивал прелюдию, сам наслаждаясь моими томящимися вздохами и мольбами, слетающими с припухших от страсти губ. Он покрывает мою выгибающуюся спину поцелуями, не оставляя ни одного свободного пространства, сминал жесткими ладонями ягодицы. Награждал громкими шлепками и багровыми следы на нежной коже. Когда же мне казалось, что я умру от нехватки его в организме, он резко, слишком резко, но до потери пульса приятно, ворвался внутрь.
Он двигался настолько быстро и резко, насколько это было возможным. Ритм безжалостный и беспощадный сносил к чертям все мыслимые ограничители и заставлял пальцы на ногах поджиматься от наслаждения. Стремительные толчки и мягкие прикосновения, громкие стоны и сладкие поцелуи все смешивалось в гремучий коктейль дикой страсти. Тамиан доводил меня до исступления своим непостоянством и диким рвением выбить из моего тела любые мысли. А потом возродить из остатков пепла, заставляя голову наполняться удивительными мыслями о нежности.
Я лишь тихо мычала ему в одобрительном упоение, сплетая свои слова в неразборчивую гамму звуков, которые утопали в череде несдержанных движений. Герцог буквально вдалбливал мое тело в мягкий матрац, заставляя кровать пронзительно и натужно скрипеть под нашим весом. Его умелые пальцы быстро двигались по клитору, надавливая на ту самую чувствительную точку, приближая волну наслаждения, которая с каждой секундой готова была обрушиться оглушающим шквалом. Он овладел мной полностью, бесцеремонно и без стеснения… Настоящий господин… Жесткий и такой манящий…
Нет, нет, это не игра, сейчас не она. Мы просто были теми, кто готов умереть за другого. Чувства, обнаженные до предела, сейчас взрывались эйфорией полета и помешательства. Это такой неразбавленный вид чистого наслаждения, от которого тормоза рвало на месте. Сначала разжигающий ненависть коктейль взаимных упреков, которая через несколько томительно диких поцелуев перерастал в необузданную животную страсть. Властный и в то же время покорный, грубый и в то же время мягкий… Тамиан — безумный, невыносимый, до чертиков сексуальный и только мой!
Резко схватив меня за горло, он крепко сжал его и перекрыл поток тяжелого воздуха в легкие, которые и так горели огнем от бешеного темпа. Перед глазами все плыло, застилая плывущую картинку мира и размазывая все в одну сплошную серую кляксу, которая пестрила разными оттенками: от пастельных до неоново ярких. Сумасшедших… Неправильных… Нужных… Я могла лишь загнанно поддаваться ему и отзываться на каждую ласку, мечтая, навсегда раствориться в этом головокружительном чувстве.