Ведьма без магии (СИ)

Забавно.
Зная себя и свою любовь к неприятностям, я знала, что даже с нравоучительной сказкой от родителей, я бы все равно умудрилась столкнуться с Питером. Рано или поздно. Даже бабушка говорила мне, что встреча с Питером была пред начерчена судьбой, а потому назидательно советовала мне беречь дружбу. Не разрывать ее и не злить мальчишку.
Мне удалось увидеть Питера в ярости. В момент опасности, когда я почти не лишилась жизни из-за Врачевателей Смерти. Он напугал меня. Настолько, что я решила больше никогда не злить парня.
— Ревную. — Ответил Питер. В его голосе не было привычной мне задорности. И я не могла понять шутит он, или говорит вполне серьезно. — Не забывай, что скоро начнется Дикая Охота. Новая Кровавая Луна не принесет нам ничего, кроме разрушений.
Мы возобновили путешествие. Питер шел медленно. Словно он хотел задержаться со мной еще ненадолго, пока я не пропаду в стенах заведения, куда ему дорога была закрыта.
— Есть предположения, кого она может забрать в этом году?
— В Департаменте начинают делать ставки. — Недовольно ответил Питер. — Они все думали, что это будешь ты.
— Я?
— Да. У тебя одной в шестнадцать не проявилась магия. Именно поэтому все ставили на тебя, надеясь, что Дикая Охота будет довольна твоим уходом из Капельницы. Но, знаешь, я думаю, что они все ошибаются.
— Почему? — Равнодушно пожала я плечами. — Они правы, Питер. В возможном предположении. Даже матушка запаниковала, когда поняла, что в свой праздник я не могла использовать ни одного нормального заклинания. Нам просто надо признать тот факт, что Дикая Охота рано или поздно придет за мной. Прячась в Академии, я лишь ухожу от неизбежного. Я свыклась. И тебе тоже давно принять этот факт.
— Нет! — Выкрикнул Питер, заставив меня вздрогнуть. — Нет, Леля! Ты не принадлежишь Дикой Охоте! Они не смогут тебя забрать. Не сейчас, ни через пару лет, когда ты выпустишься из Академии.
— Питер, достаточно! Мы оба знаем, что я не смогу вечно бежать от кого бы то ни было.
— Академия — единственный вариант, когда твои силы могут проявиться. Просто не опускай руки и не впадай в неприятности, хорошо?
— Хорошо, но, вот только… Питер.
— Что?
— Матушка не спроста заговорила о свадьбе. Она думает, что, если я выйду замуж за сильного мага — не важно светлым он будет или темным — я смогу обезопасить себя от Дикой Охоты. Якобы буду под защитой семьи, которая не сможет меня им отдать.
Питер хмыкнул.
— Не вижу я тебя в роли матери.
— Не поняла?
— Сама посуди, Леля. Зачем матушка хочет выдать тебя замуж? Чтобы ты родила наследника. По контракту, который был подписан между Дикой Охотой и Департаментом, там явно прописан пункт, что, если предполагаемая слабая ведьма ждет или рожает ребенка от мага, Дикая Охота не может забрать потенциальную жертву в свои ряды.
— Впервые слышу этот бред.
Честно призналась я.
— Знаю. Потому я пытаюсь отгородить тебя от Департамента и Дикой Охоты. Но это не значит, что в подписанном контракте присутствуют обходные пути. Поэтому тебе стоит быть предельно осторожной, прежде чем нести несусветную чушь.
Забавно, но ни я, ни кто-либо из подростков не видели воочию Дикой Охоты. По преданиям от очевидцев Дикая Охота действовала под покровом ночи, стараясь особо не светиться на глазах у жителей Капельницы. Они приходили с незримым туманом, и уходили, словно боялись разбудить спящий народ. Только родители унесенного знали, что к ним приходила Дикая Охота. Охота давала возможность родителям горевать до утра. А с наступлением утра у родителей напрочь забирали память, давая им возможность жить длинную и счастливую жизнь. В качестве платы за содеянное, Дикая Охота даровала родителям чуть ли не вечную жизнь. Они исцеляли больных родственников. И даровали возможность иметь второго ребенка.
— Ты, — я кашлянула, — говорил, что Дерек приходил к моим родителям, когда меня не было дома.
— Да, Эллейн открыла ему дверь. Она взяла его за локоть и, обернувшись, словно зная, что за ней подглядывают, впустила Дерека домой.
 
— Она обнаружила тебя?
— Нет. Мне помогла магия. Она скрыла меня пологом. Вовремя.
— Ты подслушивал их разговор?
— Не удалось. Эллейн опустила заклинание неразглашения. Я ничего не слышал.
— Это странно.
— Почему?
— В последний раз, когда Дерек приезжал в Капельницу на каникулы, он не разу не обмолвился со мной. Не искал встречи. А когда я поймала его взгляд в толпе поклонниц, решивших попытать счастья, он просто отвернулся, словно мы не были знакомы и не дружили в детстве.
— Ты его ревнуешь?
— Нет. Но в тот момент мне стало обидно. Я знала, что мы должны ненавидеть друг друга… — Я тяжело вздохнула. — Но, с каждым его возвращением, мне начинает казаться, что он невольно отстраняется от меня, давая всем видом понять, что не нуждается в моей компании.
— Скучаешь по нему?
— Иногда. Местами. Каждый чертов вечер.
— Может тебе стоит с ним встретится и поговорить?
— Нет.
— Почему?
— Это плохая идея Питер. — Честно призналась я.
— Ты боишься. — Вдруг констатировал он.
— Чего? — Слегка опешила я.
— Он может узнать Ходячее Бедствие с другой стороны, стоит вам лишь поговорить о происходящем наедине.
Питер словно издевался надо мной. Ему нравилось подшучивать тем, что я пыталась забыть. И Ходячее Бедствие было одним из признаков такой сентиментальности, произошедшей в моей жизни.
В маленьком поселке, где ты знаешь чуть ли не каждого жителя, прозвища всплывают достаточно часто. Иногда они с легкостью могут заменить имена, и, тогда, ты понимаешь, что угодила в некогда кем-то построенную каверзную ловушку.
У Дерека тоже было прозвище. Клоун. Глупый Клоун. Однако стоило ему получить сильные темные силы, прозвище катапультировалось, растворилось в пучине забвения. Словно его никогда и не существовало.
Иногда мне казалось, что только я помнила его. Пытаясь подрожать девушкам, которым нравился Дерек, я замолкала, не позволяя себе его произнести.
Мое прозвище я получила от Дерека. Ходячее Бедствие. Он прозвал меня так, когда мне было десять лет. Тогда я впервые попала в неприятность, из которой я не могла выбраться самостоятельно, Дерек пришел мне на помощь. Он спас меня, но при этом Ходячее Бедствие намертво закрепилось среди подростков, с которыми я либо дружила, либо пересекалась, либо хотела подружиться.
Ему понравилось мои волосы. Именно волосы. Волосы меняли свой цвет в зависимости от моего настроения. Если я злилась, или же находилась в ярости, волосы становились ядрено рыжими. Когда я была в хорошем настроении духа, волосы становились русыми. А если я грустила, они превращались в желтый.
Дерек был единственным, кто осмелился поинтересоваться трансформацией изменения цвета волос. Он искренне считал, что я применила магическое заклинание, чтобы они самостоятельно меняли цвет. Я бы действительно это сделала, если бы могла колдовать. Я бы с радостью поменяла желтый цвет волос на более натуральный. На фиолетовый, к примеру. Или на зеленый. Или же я просто сделала один цвет волос, который не менялся с моим настроением.
— Ходячее Бедствие в прошлом, Питер. В Капильнице меня уже никто так не зовет.
— Кроме Дерека. — Хмыкнул Питер. — Да, я в курсе. С появлением Врачевателей Страха ты стала прилежней, но все равно продолжаешь попадать в неприятности.
— Они сами меня находят. — Пожала я плечами. — И Дерек знает о Врачевателях.
Как бы невзначай оборонила я. Я знала, что мне не стоило это говорить. Когда я подписывала договор с Питером, я поклялась, что не стану искать Врачевателей в одиночку. А если я найду себе компанию, то непременно расскажу об этом мальчишке.
— С каких пор?
— Вот уже как год.
— И ты молчала? Почему я об этом узнаю только сейчас, Леля?
— Потому что ты редко появлялся в городе. У меня было несколько вылазок к подросткам. Если бы не Дерек, я бы сейчас была одной из них. Или мертвой. Выбирай, что тебе больше по душе.