Как закалялась сталь - 2057. Том 3 (СИ)
Кольт, Магнум и Глок непроизвольно кивнули.
— Мне потребуется этот, как его… ваш беглец в царство тюльпанов, товарищ Максим, — выдохнул озадаченный Сенсей. — И средства просто неимоверные. О каких суммах может идти речь?
— Миллиарды, товарищ Сенсей, миллиарды, — ласково произнесла Юта.
— Если не десятки миллиардов, — подала голос Магнолия. — Причем долларов.
— Да вы издеваетесь, — выдохнул Илья.
— У нас сейчас будут просто неимоверные поступления, — сказал Марат. — Если раньше, сто лет назад, средства в наличной форме необходимо было напрямую экспроприировать, то сейчас все проще. И сложней одновременно. Из России было за последние двадцать пять лет вывезено несколько триллионов долларов. Вру, несколько десятков триллионов долларов, и огромная часть средств просто осела за рубежом, мы сейчас как раз начали заниматься их возвратом. Суммы поступают просто гигантские. Если первые средства мы добывали с огромным трудом и риском — сейчас все гораздо проще, достаточно найти, и убедить носителя ресурсов отдать их нам, одним росчерком пера и парой тычков по клавишам.
— Убедить? — ухмыльнулся Глок.
— Да, убедить. Мы иногда бываем очень убедительными, — жестко сказал Маузер.
— Да я так то в курсе, — хмыкнул Алексей.
— Кроме того все должны быть в курсе, что идет самая настоящая, полномасштабная финансовая война, между социалистическим и капиталистическим миром, — продолжал Марат. — Пушки там не стреляют, и солдатики с криками "банзай" на амбразуры не бросаются. Но там средства… из области научной фантастики… и потери на уровне и порядка чисел с семью нулями никто даже не считает. И даже не учитывает, при таких то масштабах, ни с той, ни с другой стороны. Само содержание Красной армии со всеми спортзалами, штурмгруппами и штурмбригадами, и их тапочками, и даже дополнительно в виртуальном пространстве — копейки, несколько сотен миллионов рублей в год. Рублей, а не долларов. То есть любой завалящий долларовый миллиардер спокойно может содержать не одну, а парочку Красных армий, включая десяток виртуальных. Но мы, слава тебе великий бог Вицлипуцли, сами по себе, и ни в чьих средствах не нуждаемся. А когда нуждаемся — берем сколько надо, никого не спрашивая.
Марат повернулся к Сенсею:
— Это тебе так. Информация для размышления. Инструкций не будет, придется самому, и с множеством импровизаций…
— Так, у меня все, — подвел итог Марат. — Завтра, в это же время, снова собираемся здесь, для более детального обсуждения. И… Магнум, задержись… Все остальные свободны.
Разговор с Магнумом получился недолгим. В принципе, все оказалось гораздо проще, чем казалось на первый взгляд. Андрей как мальчишка влюбился в Иру-Овод. И, похоже, взаимно. Такое бывает часто, если каждый день — на адреналине. После того, как Марат пояснил, что буквально через несколько дней они с Ютой и половиной штаба тоже отбывают в столицу, и большие дела не за горами — Андрей стразу успокоился.
— Ты думаешь почему я наших лучших бойцов, Кольта и Глока — освободил от метаний по городам, и работы с ячейками? Да потому что они тоже с нами поедут.
— Вот так бы сразу и сказал, — проворчал Магнум. — Темнишь постоянно…
— Просто количество возможных вариантов всегда возрастает, как начинаешь объяснять всем сразу. Лучше всем поставить задачу, кто начнет артачится, как ты — с тем индивидуальный разговор. Времени так меньше уходит, — пояснил Марат.
— Темнило ты татарское, — только и махнул рукой круглолицый богатырь.
Сразу же после разговора с Магнумом Марат практически с места перенесся в славный город Челябинск. В здание местного центрального ОВД. Разузнав обстановку, он сразу метнулся в камеры предварительного заключения. Сегодня здесь взяли практически всех бойцов Красной армии, скопом, и, как обычно — на митинге. Некоторых — прямо с площади. Некоторых — по дороге домой.
— Ого! — невольно удивился Марат, приобретая человеческий облик прямо в камере. Нечасто увидишь, чтобы в КПЗ сидели вместе девочки и мальчики. В "собачниках" сидят, а на предвариловке обычно нет. Это значит что вы, ребята, кого-то очень сильно заинтересовали. И кто же у нас такой любопытный, интересно мне знать…
Все «предварительно заключенные» в изумлении наблюдали, молчали, и ждали дальнейшего развития ситуации. Их молчание означало многое. Это были уже не гражданские лица. Это — уже бойцы Революции, их телепортированием не очень то и удивишь, тем более что многие знали, что им помогают силы, превышающие возможности человеческой цивилизации. Из уст других это казалось сказкой, но теперь сказка обрастала реальностью.
— Вы кто? — спросил один из парней.
— Я — товарищ Маузер.
— Ага, — с недоверием произнес парень. — А я — Фидель Кастро. Если ты Маузер, то должен знать, где мы в первый раз встретились с товарищем Кольтом.
Марат вытащил телефон, набрал номер и спросил в трубку.
— Кольт? Ты с Фиделем Кастро первый раз где встречался?
— Торговый центр Магнит, — через пару секунд сказал Марат, глядя прямо в глаза парню. — В кафе. Заказали чай и чебуреки.
— Ничего себе…Вот это да… Прямо настоящий товарищ Маузер?
— Настоящий, — подтвердил Марат. — Давайте без обнимашек. Я вам проясню ситуацию. На пальцах. В общем так, ребята. Раз уж вы здесь сидите, то теперь у вас три выхода. Первый… слушаем внимательно… Вы уходите в полулегальное положение. Причем будете жить уже не здесь, а на базе, в Москве.
Марат обвел взглядом присутствующих:
— Все понимают что я говорю? Или кому то надо время для осознания реальности происходящего?
— Все нормально, — сказал Фидель. — Мы слушаем.
— Всем кто заинтересуется скажете, что пригласили на хорошую зарплату, она действительно будет хорошей. Бросаете здесь свою работу, учебу. Если у кого есть девушка, либо молодой человек — прекрасно, берем с собой, то есть делаем вызов, из Москвы. В общем — всё, оторвались и уехали. Второй выход — мне нужны несколько человек, желательно крепких, пусть не физически, но душевно, и психически устойчивые, готовые взяться за очень нестандартную, и, сразу говорю, опасную работу. Не в Москве. Ну и есть третий вариант, для тех, кто не согласится на любой из первых двух.
— Какой? — спросил один из парнишек, когда пауза чересчур затянулась.
— Внезапная остановка сердца, — сказал Марат. — Вот прямо взяло, и остановилось. Прямо сейчас. Обещаю — больно почти не будет. Меня лично интересуют первые два варианта. У нас крайне, просто катастрофически не хватает настоящих бойцов, способных…, - Марат на мгновение задумался. — …на многое, в общем, способных.
— Вер-ба? — сказал он с изумлением через секунду. — Вер-ба, это ты? Или я сплю? Какими судьбами?
— Верба у нас достопримечательность, она стрельбой занимается, а сейчас так и вообще все нормативы сдала, на олимпийскую сборную замахнулась. Мне ее тренер сказал — она вообще перестала промахиваться…
— Верба, ты Тауртирита помнишь?
Девушка склонила голову, как будто вслушиваясь внутрь себя.
— Что то очень знакомое, — сказала она своим обычным, ровным голосом, который, однако, выдавал огромное внутреннее напряжение. — Нет, не помню конкретно, но что-то очень-очень знакомое.
— Тауртирит — командир пограничного отряда лесных эльфов, — пояснил Марат, замечая недоумение не только в ее глазах. Но слава Митре, сейчас ролевые игры и переодевания не только в эльфов но и гоблинов с присвоением соотвествующих имен — событие ординарное.
— Дыбенко. Штанга. Поход к порталу, вспоминай, — попытался настоять Марат.
— А вы кто такой, молодой человек? — вдруг спросил кто-то со шконки. — Какой такой нах Маузер, и чем подтвердите свой статус? Вы, насколько понимаю в сговоре в местными органами — я вижу, доступ в камеры вам свободный, круглосуточный, — торжествующе произнес пожилой человек, который в отличии от "красноармейцев" оставался лежать под одеялом.
— А вы, — произнес Марат, выделяя именно местоимение "вы". — Вы, так понимаю, первая из здешних подсадных уток. Смотрите, ребята, и учитесь. Вас выгнали на улицу, чтобы вы все попали на камеры — ваши лица, ваша повседневная одежда, походка, жесты. Срисовали всех, особенно убежденных, готовых к действию. То есть теперь большинству из вас поручать в этом городе какие-либо серьезные дела уже нельзя. Теперь, когда вы здесь, в одной куче, в одном помещении — смотрят на вас, оценивают — кто из вас реальный лидер, кто просто так, случайно зашел. Но это еще не все. Работа с вами в полном разгаре. Вы сидите, скучаете, ничего не подозреваете, а среди вас уже есть подсадная утка. Вот он, — Марат указал на лежащего под тонким одеялом. — Но и это даже еще не все. Во всем мире, в любом уголке и любой камере уже работает схема с двумя подсадными. Один обычно брюзга, либо грубый, его можно легко вычислить, и никто с ним ничем делится не будет. Но прикрывает его второй, разговорчивый, добрый, опытный. Они могут даже ссорится, и очень сильно, и симпатии сокамерников переходят обычно к проигравшему. Сегодня кто ссорился с этим господином, не припомните?