Отобрать для (у) князя, или Невеста из другого места (СИ)

— Собиралась! Просто попозже! Потому что тебе, чтоб этот перстенек получить, надо сперва отбор выиграть! — твердо изрекла бабуся.
— Что? Это еще зачем? — нахмурилась я в ответ и села на кровать, убирая за спину подушку и подтягивая норовящее сползти одеяло.
— А затем, что перстень этот Базальтовые князья всегда в сокровищнице хранят. Туда они никого не пускают. Совсем никого! — твердо выговорила бабуся. — Не войдешь в сокровищницу — не получишь артефакт! Для тебя, не являющейся представительницей княжеского рода, есть только один способ туда попасть — стать избранницей князя!
— Да на кой? — я интуитивно понимала, ччто сейчас будет какая-то подстава.
— А затем, что традиция есть у рода Базальтовых, — начав чинно проплывать туда-сюда передо мной, повествовала старушка. — За день до церемонии бракосочетания князь ведет свою невесту в сокровищницу рода и предлагает ей самой выбрать любую вещицу, что там хранится, как подарок на свадьбу. Это же для нас идеально!
— И что же тут идеального? — не разделила я бабусиного энтузиазма.
— Как что? — всплеснула руками призрачная. — Ты выиграешь отбор, придешь в сокровищницу, возьмешь перстень и домой! Пока испытания проходишь, я дела свои поделаю. Ты вернешься в свой мир, как того желала, так и не став женой Дарьяра. Его батюшка не воскреснет от ужаса, что сын женился на человечке! Все счастливы!
Я призадумалась. Все так гладко получается у бабушки этой мертвенькой, аж тошно…
— А сразу нельзя было все рассказать? — буркнула ей недовольно.
— Хотела, чтобы ты сперва парочку испытаний выиграла, в себя поверила, — выдохнула бабуля. — А то настрой у тебя не боевой совсем был!
Я закрыла глаза, потерла лоб ладонью, прикидывая, возможно ли вообще осуществить сказанное моей стогосветной соратницей. Эх, надо было вваливаться к князю с королем в чем мать родила и на колени падать, просить перстень. Но теперь-то что страдать, унес его Дарьяр уже в сокровищницу свою драконью, неприступную.
— Ладно, хорошо, — выпалила я, решив, что попытаться пройти отбор — это пока лучший вариант. Если вылечу, тогда буду думать, как иначе отобрать у князя перстень этот заветный, а пока идём так, по пути меньшего сопротивления. — Я согласна, буду стараться выиграть этот ваш отбор дурацкий. Но есть условие: больше никаких тайн!
— Хорошо, никаких тайн. Больше никаких! — с радостью согласилась старушка.
— Ну раз никаких тайн, то расскажите-ка мне, что там у вас за странности с чертом озерным и невестами князя, — тут же воспользовалась я ее согласием.
— Что? Ты где про такое услышала? — взвилась вдруг бабка, принимая весьма надутый и недовольный вид.
— Где услышала, там больше не говорят! — улыбка сама собой наползла на мое лицо.
Видимо, бабуся-то сама не поняла, что выдала мне своей песней всю эту информацию. Так ее от воспоминаний о бурной молодости распирало, что об осторожности она и не подумала. Может, это и хорошо. И на старуху бывает проруха. В данном случае, в прямом смысле.
— Ой, тут и говорить нечего, ерунда это все, забудь! — попыталась отмахнуться старая.
— Э, нет. Мы только договорились: больше никаких тайн! — настояла я на своем. — Давайте рассказывайте все: мифы эти ваши, легенды. Не важно! Я знать хочу! Надоело в дурочках ходить. Все вокруг знают больше меня! Раздражает!
— Да не надо оно тебе, это знание… — предприняла еще одну попытку отвертеться призрачная.
— Надо! — отрезала я. — Значит так: либо вы мне рассказываете про местных чертей и всё сопутствующее, либо я в этом вашем цирке отборочном не участвую! В столицу пойду, пешком! К королеве с королем! Они этот отбор устроить приказали, они пусть меня назад и отправляют!
Конечно, я понимала, что говорю чушь. Ну куда я могла пойти? Голая, не зная ни мира, ни традиций, не имея за душой ни одного местного гроша. Да никуда! Но вид приняла самый решительный.
— Ладно, ладно, невыносимая моя, — поднимая руки вверх и выражая тем самым, что сдается, заявила бабуся. — Раз так хочешь знать эти местные байки, так слушай…
   
Глава 22
 
Старушка еще пару раз прошлась, а точнее, пролетела туда-сюда вдоль комнаты, будто с мыслями собиралась.
— Ну что тут скажешь, есть у нас в Градалете легенда. Старая, можно сказать, древняя, — начала она наконец. — Мол, живет в озере чудовище, озерный черт. Белый, как мел, способный обличия менять, но не цвет. В сборнике сказаний написано, что впервые его увидели, когда князь, первый из рода Базальтовых, получил надел от короля. Вот тот самый, что теперь зовется десятым княжеством Градалетским. Осваивать его стал, в озеро вышел на ладье, чтоб красоты осмотреть. Тут вроде бы черт на него и напал. Ладью потопил, но князь выплыл, как и все его люди. А невеста, которую он взял с собой на эту прогулку, нет.
— То есть, правильно я поняла, что этот монстр ваш местный невестами княжескими питается, да? — выпалила я, перебивая старушку.
— Да какой там! Небось кто-то из завистников решил прибить прародителя Дарьяра, чтоб себе земли отхапать. Напал на одинокую ладью, а свалили все на монстра! — раздраженно ответила бабуся. — А то, что невеста потонула, так на ней, поди, украшений было немерено, вот они ее на дно и утянули, да и платье — не брюки, в нем попробуй-ка поплавай! Нечего байкам верить! Логически надо рассуждать! А то придумали тут: князья Градалета прокляты, их невесты гибнут! Тьфу!
— И все? И вот с тех незапамятных времен легенда в ходу? Или князья ее сами повторяли да подпитывали, чтоб невест надоедливых отпугивать? — поинтересовалась я.
Бабка губы поджала, руки на груди сложила, явно не желая отвечать на мой вопрос. По крайней мере правду говорить.
— По лицу вашему вижу, что были еще жертвы… — прищурившись, выговорила я. — Рассказывайте.
Призрачная отвернулась, насупилась, потом глянула на меня исподлобья.
— Ну были еще. Несколько, — произнесла неохотно.
— Сколько? — тут же спросила я.
Две погибшие невесты, может быть, и совпадение, еще одну накинем за давность лет. Всякое же бывает… Максимум трех погибших невест я была готова списать на случайность, стечение обстоятельств и злой рок немагического происхождения.
— Не знаю, — фыркнула бабуля. — Когда я отбор проходила, ничего не было такого. В отбор моей свекрови, правда, погибла одна невестушка, утонула вроде. Так нечего ночью в озеро лезть купаться! Никто же не сожрал ее, значит и нет никакого чудища.
— Утонула? — уточнила я. — Ночью в озере?
— Ну да, как и еще одна на предыдущем отборе, — закивала бабуся и тут же добавила:
— Ой!
Видать увидела, как я в лице меняюсь.
— Да ты не верь этим сказкам! Нет никакого проклятья. Они просто обе фаворитками отбора были. А значит и завистниц имелось полно. Вот кто-то из них, наверняка и постарался! — попыталась сгладить впечатление от сказанного бабуся.
— Час от часу не легче! Теперь получается, что у вас тут претендентки на этих ваших отборах еще и убивают друг друга, топят в местном водоемчике, и концы, матерь божья, в воду! — выпалила я.
А у самой мурашки по коже так и бегали. Меня же тоже, по словам Дарьяра, прокляли. Там, в гроте, я чувствовала, как холодеет и немеет тело, как отказываются слушаться конечности. А если бы я не с обрыва слетела, а просто искупаться пошла? Пригласила бы меня, скажем, какая-нибудь девушка, которая “подружиться” решила, что бы тогда? Да утонула бы я, вот что!
— Да почему сразу невесты?! У них родственников полно! Девушка, может быть, честно отбор выиграть хочет, а родственники — любым путем ей дорожку желают к алтарю расчистить! Она разве виновата в таком? — новая попытка бабки сказать что-то, что меня успокоит, успехом не увенчалась. Стало только хуже!
— Серьезно? То есть вы хотите, чтобы я пыталась выбиться в фаворитки отбора, чтобы его выиграла при таких-то вводных?! — задохнулась я возмущением. — Уж не знаю, что тут у вас — родовое проклятье, черт, любящий невест, сумасшедшие девушки или их оманьячившиеся родственники, но я в этом участвовать не собираюсь! Я жить хочу!