Сноха
– Я не понимаю… – лепечу я, словно припадочная. – У меня нет никаких дел с Шевелевым. Я понятия не имею, что он хочет…
– И поэтому сбежала в Эдинбург? – криво усмехается Косогоров. – Не лечи мне мозги, девочка. Не знаю, какую игру ты затеяла, но советую остановиться. Взрослые дяди сожрут тебя с потрохами и даже костей не выплюнут. Поняла, девочка? – рычит он.
– Не-ет, – блею я. – Я не понимаю, что происходит!
– Ладно. Попробую тебе объяснить, – тяжело вздыхает Вадим и впивается мне в губы грубым требовательным поцелуем. Язык захватчиком проникает внутрь и уже диктует свои правила, а я пытаюсь вырваться из крепких лап Косогорова. Но куда уж мне против его бульдожьей хватки! Лучше расслабиться и получить удовольствие. Ведь у меня нет сил противостоять натиску Вадима. Да и тело не обманешь.
Косогоров с неохотой отлипает от меня и, чертыхнувшись, выходит из машины. Решительно шагает по аллейке к воде. То ли подумать, то ли прийти в себя. И проходя мимо группки подростков, просит у них сигаретку. Те что-то достают из пачки и даже дают прикурить. Я вижу склоненное лицо Вадима и отблеск пламени, мгновенно пробежавший по широкой ладони. Косогоров, усевшись на первую попавшуюся скамейку, курит красиво, небрежно смахивая пепел в сторону. А парни, отойдя чуть поодаль, останавливаются и с интересом наблюдают за богатым мужиком, сосредоточившимся на обычной белой сигарете. Я инстинктивно понимаю, что происходит что-то нехорошее, и выскакиваю из машины. Забираю из замка зажигания ключ и, щелкнув сигнализацией, решительно направляюсь к свекру.
– Чем это вас угостили, Вадим Петрович? – ехидно интересуюсь я, всматриваясь в чуть прибалдевшее лицо свекра. Плюхаюсь рядом на лавку. У ребяток неподалеку тускнеют морды и как-то сразу портится настроение.
– Мне кажется, или они за мной наблюдают? – отрывисто спрашивает Косогоров, ладонью вытирая вспотевший лоб и выкидывая наполовину выкуренную сигарету.
– Есть такое, – киваю я. – Видимо, вам подсунули какую-то самокрутку, дорогой товарищ доктор! И как же вы сразу не распознали?
– Я из хорошей семьи, Оля, – криво улыбается Вадим и смотрит на меня совершенно шалым взглядом. – В школе и в университете никогда эту дрянь не пробовал и даже не интересовался дурью. Можно сказать, вот это первый раз…
– Загадывайте желание, – фыркаю я и с ужасом замечаю, как взгляд свекра становится остекленевшим. – Как вы себя чувствуете? – интересуюсь, пытаясь оценить состояние потерпевшего.
– Я? – удивленно переспрашивает Вадим. – Отлично, Олюшка, – фыркает он. – Я сейчас в номере транзит-отеля одной южной страны. Где-то в России нелетная погода, а я…
– Ну, понятно, – тяжело вздыхаю я и звоню Гене, на всякий случай оставившему мне номер сотового. – Тут у Вадима Петровича сердце прихватило, – вру я как ни в чем не бывало. – Можешь с кем-нибудь подъехать? Нужно его в клинику отвезти.
– Нет, – бормочет Косогоров, – никуда не хочу. Мне и тут хорошо, Олюшка.
– Кто бы сомневался, – хмыкаю я и отхожу к небольшому ларьку с мороженым. Покупаю самый обычный пломбир и, вернувшись назад, замечаю, что парни, угостившие Косогорова дурью, далеко не ушли. Сидят на соседней лавке и делают вид, что рассматривают что-то в телефоне. Игуаны хреновы!
– Вот сейчас бы обнесли вас как липку, – бурчу я, протягивая мороженое Вадиму Петровичу. – Ешьте, должно полегчать. Молоко адсорбирует всю гадость.
– Вот откуда ты свалилась мне на голову такая… умная? – вздыхает он. – Где тебя только Кирилл откопал?
– Какая разница? – хмыкаю я. – В отличие от вас, я не употребляю запрещенные препараты и не торчу.
– Так я…
– И еще, – резко добавляю я, – мне и в голову не пришло выставить вас в дурном свете. Представляю, как бы народ порадовался, если бы стало известно о вашем пристрастии. Босс обкурился. Да кто, зная, что вас штырит, придет к вам морду ремонтировать?
– Оля, – противно тянет Косогоров, доедая мороженое, – я сейчас в транзит-отеле, и мне очень хорошо… Вылет опять задерживается… И со мной такая сладкая… маленькая…
– Возвращайтесь в реал, – обрываю я наркоманский бред. – Вон, уже Гена подъехал, – машу я рукой своему телохранителю. – Возьмитесь за сердце, что ли…
– Если только за твое, Олюшка, – бормочет Вадим Петрович. – А мне еще с Шевелевым сегодня встречаться, – стонет он и добавляет тоскливо. – Твою ж мать!
Гена приезжает не один, а с презентабельным красномордым мужиком, откликающимся на Вову.
– Сейчас за Робертом заедем, и домой, – бурчит, еле ворочая языком, Косогоров.
– Тебе бы в больницу, Вадим Петрович, – предлагает Вова. – Давай отвезу к нам в клинику, вызовем кардиолога…
– Пройдет, – отмахивается Косогоров. – Дома отлежусь… Оль, а ты с Геной за Робертом съездишь, да? Скажи ему, что собаку купим на выходные… – замечает он, поморщившись, потирая грудину.
– Конечно, – киваю я и всю дорогу на Оборонную, а потом и возвращаясь в Косогоровский особняк, думаю, что же привиделось Вадиму Петровичу в ядовитом дурмане.
«Транзит-отель, твою мать! – вздыхаю я, вспоминая собственные приключения. И ухватив горящие щеки обеими руками, гоню прочь надоедливые картинки, заботливо подкинутые моей памятью.
И только поздно вечером, уложив Роберта спать, понимаю, что больше не могу сдерживаться. Выхожу на балкон и, усевшись в ротанговое кресло, закрываю глаза. Пытаюсь унять дрожь, охватившую тело, и будто наяву вижу своего мимолетного любовника. Загорелый мужик с темными волосами до плеч и нахальной улыбкой аккуратно сводит меня по ступенькам вниз. Я чувствую, как моя ладошка надежно покоится в широкой ладони. Поправляю сумку, спадающую с плеча, убираю прядь волос за ухо и корю себя «Что же ты творишь, идиотка?».
Но что поделать, если этот самый мужик привлек мое внимание сразу?
«Когда еще, как не сейчас? – отмахиваюсь я от собственной совести. Никому ничего не должна. С Кириллом мы разводимся. – Сразу как приеду, подам документы. Детей у нас нет, значит, брак должны расторгнуть быстро!»
– Ты случайно не замужем? – хрипло интересуется мой новый знакомый. – А то для меня замужние бабы – табу.
– Уже нет, – улыбаюсь я, считая развод с Кириллом делом решеным. – А ты не женат?
– Развелся пару лет назад, – ухмыляется он и, подойдя к стойке регистрации, объясняет портье. – Нам с женой нужен номер. Я оплачу сутки, а если ситуация с вылетом не изменится, продлю.
– Конечно-конечно, – бормочет тот и, забрав наши паспорта и деньги, выдает маленький ключик.
– Прям как от коморки папы Карло, – смеется мой новый знакомый и, распахнув дверь, входит первым. Деловито осматривается по сторонам и зовет меня. – Добро пожаловать, кукленок!
Я делаю шаг в узкую темную комнату и чувствую, как последние силы покидают меня, осмотрительность тоже.
– Давай поваляемся, – предлагает мне мой новый приятель, – а потом поужинаем в итальянском ресторане, – бурчит, давно все решив. За себя. За меня. Он в полшага оказывается рядом и, зацепив пальцем за бретельку, осторожно спускает ее с моего плеча. Затем забирает у меня сумку и отбрасывает прочь. Тянет вниз вторую лямку, опуская топ все ниже и ниже, до самой талии. Совершенно спокойно расстегивает бюстгальтер и будто спелый плод взвешивает на ладонях каждую грудь.
– Какая же ты красотка, кукленок, – жарко шепчет мне на ухо и, наклонившись к моей груди, цепляет губами сосок. Слегка сжимает, не причиняя боли. И я чувствую, как меня пронзает электрический разряд. Красивые мужские пальцы скользят по груди, а язык облизывает сосок. И я снова чувствую себя растерянной и в то же самое время жду продолжения. Без лишних слов и эмоций. Просто секс с незнакомцем. Когда кроме физического наслаждения ничего не надо. Нет обязательств. Разговоров о любви и верности. Встретились и разошлись, навсегда запомнив моменты близости. Я запускаю пальцы в каштановые мягкие волосы и чувствую, как сильные руки приподнимают меня и укладывают на постель. Опытные пальцы поднимают вверх короткую джинсовую юбку и отодвигают в сторону белое кружево трусиков.