Ученик Рун (СИ)

— Встать! — тихо, но властно сказал Осиор, перебивая вора.
Ян Острец дважды моргнул, будто не понял, что произошло.
— Я сказал встать, когда ты обращаешься к истигатору Круга, чернь, — сквозь зубы повторил Осиор, доставая из петли шестопёр.
Тут до Остреца наконец–то дошло, что это — не визит просителя, а допрос, от чего вор слегка побледнел, после чего выполнил приказ мага.
— Кто разрешил нападать на моего ученика? — спросил Осиор, прохаживаясь по комнате.
— Господин гар… истигатор, вы видимо не совсем понимаете, как устроена жизнь в таком городе как…
Закончить Ян не успел. В грудь вора уперлась головка шестопёра.
— Еще раз не выполнишь мой приказ, и клянусь своим плащом, он, — Осиор бросил взгляд на оружие, — окажется в твоей глотке. Повторяю, кто разрешил напасть и ограбить Рея? Такие дела не проворачиваются просто так.
— Никто! Никто, господин истигатор! — Вора окончательно пробрало, и он до конца осознал, что живым из этой комнаты может и не выйти. — Даже и мысли не было!
— Странные дела, — покачал головой Осиор, убирая булаву от груди Остреца, — вот только его сегодня чуть не зарезали. Получается, ты не знаешь, кто это сделал?
— Знаю! Знаю! Я и хотел сказать, в начале, что наше сообщество крайне негодует и мы…
— Они у вас? Гран и второй, что бил ножом? — опять перебил вора Осиор.
Ян только мелко закивал.
— Скажи своим привести сюда. Живо!
На все про все ушло несколько минут. Ян опасливо высунул голову из–за двери, даже не думая делать лишних движений — ведь от магической стрелы, выпущенной магом плаща так просто не убежать — и приказал привести «тех двух идиотов». Осиор даже заскучать не успел, как в комнату втолкнули двоих. В первом, рыжем и лопоухом пареньке, маг узнал Грана — члена банды Рея, который после ухода парня к нему в ученики остался за старшего, а вот второго, рослого детину, он видел впервые.
— Вот, как только узнали, сразу же нашли и посадили под замок, зная, что вы интересоваться будете… — пробормотал Острец, внимательно наблюдая за выражением лица Осиора. — И еще, господин истигатор… Вот, забрали у них…
Вор пошарил за пазухой и через мгновение на одну из серебряных тарелок лег амулет–фляга, которым пользовался Рей.
Осиор посмотрел на амулет, потом — на двух горе–убийц, а Остреца вообще проигнорировал, сейчас не до него.
— Кто такой? — спросил он мелко трясущегося мужика, что стоял первым.
— Удунг, господин, Удунгом звать…
— Ты придумал прирезать и обокрасть моего ученика? — спокойно спросил Осиор.
— Ну, есть у меня пара знакомцев на рынке, которые, значит, за невольниками смотрят… — начал бандит, чуть осмелев, ведь разговор ведется в комнате старшего вора, а не в застенках форта, — ну он и рассказал про побрякушку. А, значит, мой подручный был вот с пацаном этим, что стоит тут, знаком, который этого вашего Рея знавал, вот и решил я, что можно его значит отвлечь, а потом…
— Ты ножом бил? — спросил маг.
— Ну, я, а че такова? Пацан–то выжил, вон, Острец сказал…
Закончить Осиор убийце не дал.
— Значит, нападение на ученика члена Круга, кража магического амулета… — начал Осиор, — думаю, прочих преступлений, совершенных не только против магов, но и против простых людей, тоже хватает. Приговор понятен.
А после, без замаха, снизу вверх, Осиор ударил душегуба шестопёром в висок, приводя только что вынесенный им приговор в действие. В момент касания булавы с плотью, в комнате полыхнуло оранжевым. Печати Ур, заключенные в каждой грани набалдашника, не позволили крови и осколкам костей коснуться железа, так что когда истигатор опустил булаву, а бандит с размозженным черепом рухнул на пол, ритуальное оружие осталось абсолютно чистым.
— Дальше, ты, — кивнул Осиор на Грана. — Решил поквитаться с бывшим главарем?
Казалось, мальчишка даже не слышал мага. Сейчас рыжий паренек, бледный, как полотно, вжимался в стену кабинета, не отводя взгляда от лежащего на деревянном полу сообщника, под которым уже стала натекать лужа крови.
— Почему ты решил так поступить с Реем? — перефразировал свой вопрос Осиор, буравя взглядом лопоухого.
 
Гран наконец–то понял, что сейчас будет решаться и его судьба, так что, не поднимая глаз, стал лепетать:
— Ну а что он… Ходил вечно такой важный, с жетоном этим… Сам жрал там у вас, пока мы вкалывали на рынке… Нечестно! Не бывает так! Не было в нем магии, он сам говорил! Он обманщик!..
— Тихо! — рявкнул Осиор.
Парень побледнел еще сильнее, Ян Острец втянул голову в плечи.
— Приговор понятен, — медленно протянул трибунальный истигатор и сжал покрепче рукоять ритуальной булавы.
* * *
Это была слишком долгая ночь. Осиор тяжело прошел в свой кабинет, где его ждали остатки дел истигатора Круга. Костюм лежал на кровати, смятый, как будто совершенно незначительный. Там же, у изголовья, стояла прислоненная к стене булава.
Маг подошел к кровати и сгреб серые одеяния с синим плащом в кучу. Ладонь больно укололо шпилькой фибулы с трезубцем и Осиор, будто зачарованный, стал наблюдать, как на коже набухает капля алой крови. Одежды маг затолкал в небольшой короб, не складывая. Следом на свое место отправился и шестопёр, который уже с большей аккуратностью Осиор обернул в тряпки и опустил на дно сундука, прикрыв одеждами. Последним был амулет–фляга, который колдун отправил в небольшую шкатулку на стеллаже.
Прикрыв глаза и сделав несколько глубоких вдохов, Осиор потянулся, будто сбрасывая с себя усталость, после чего крикнул:
— Ирман! Ставь чайник! Рей проснулся, говорит, коня бы съел! И давай живее! И булки неси с медом! Да, те самые, что взял утром, с маком! Давай! Живее! клянусь своим поясом, ты стал медлительным, как старая бабка!
Дверь в кабинет закрылась уже за поясным магом погоды, любителем выпечки, орехов и меда, учителем Осиором.
  
Глава 22. Амулеты
 
— Быстрее! Ты слишком медлителен!
И в следующий момент прямо мимо моего уха просвистело магическое лезвие, которое вгрызлось в защитный купол, установленный учителем.
— Рей! Ты еле шевелишься!
Я смахнул пот с глаз и приготовился к следующему раунду. Учитель же стоял, будто бы ни в чем не бывало. Казалось, что тренировка длилась уже не менее нескольких часов, хотя я понимал, что холодное зимнее солнце еле–еле сдвинулось с места.
А потом, почти не шевельнувшись, Осиор запустил в мою сторону целую связку из атакующих заклинаний.
Поднять щит Берк, чтобы отразить магическую стрелу Тир, почти на пределе скорости установить щит Ур и толкнуть его печатью Нид, чтобы отклонить в сторону вихрь лезвий второй печати Фео–Хаг, обрадоваться, что смог отбить сразу несколько заклинаний… После чего получить в грудь удар укрепленным воздушным кулаком Хаг–Ур, который буквально сбивает с ног и вышибает из легких воздух.
— Опять прозевал! — выкрикнул учитель, хотя я уже вскакивал на ноги.
Быстрее, сотворить печать Ис и буквально прыгнуть в нее грудью, пока кровоподтек не стал наливаться обширной гематомой. Поднять руки, приготовиться к следующему раунду. На этот раз атакую я. Коснуться учителя я не могу, как и нанести вреда поясному магу, это я усвоил четко. Задача — заставить Осиора хоть немного сдвинуться с места, резко поднять руку или сделать шаг в сторону. За последние две недели мне не удалось этого ни разу.
После нападения, как только я смог встать с кровати, учитель взял меня в крепкий оборот. Как сказал сам Осиор, причина, по которой я прошелся по самому краю — моя недостаточная подготовка в боевом плане. Нет, я бы мог претендовать на роль гражданского мага, но учитель и слышать не хотел о мирном характере моей будущей профессии погодника или целителя.
— Ты — молодой мужчина! И должен уметь постоять за себя, и точка! Даже девушки–маги в большинстве своем вполне сносно владеют боевыми техниками и связками и только самые ленивые не выходят на дуэльную площадку во время обучения! Или самые слабые! Ты не в их числе, Рей, так что даже если ты больше никогда не прикоснешься к красным печатям, я обязан вбить их в твою голову… время пришло.