Ученик Рун (СИ)

Перед глазами стояла иссеченная плетьми спина рабыни, которую я привел в порядок.
Как только я вернулся домой, четыре полновесных, что отдал мне Канарат, перекочевали в небольшой схрон, что я устроил под угловой доской в своей комнате. Нет, не потому что я не доверял учителю или Ирману, а просто по привычке: любые деньги, что не нужны прямо сейчас, должны быть надежно спрятаны.
Но долго моя грусть не продлилась. Сначала я пообедал — на этот раз в одиночестве, потому что Ирман был где–то в городе, а учитель в форте — после чего поднялся к себе, чтобы заняться чтением. Треклятый Устав все не желал кончаться, а мой наставник уже начал терять терпение, потому что мне надо было переходить к более детальному изучению «Размышлений». Ну и самое главное — вечером я встречаюсь с Мартой.
В наше последнее свидание девушка попросила меня для следующей встречи одеться понаряднее, но для чего именно говорить наотрез отказалась. Сказала, тайна и сюрприз.
Сюрпризов мне никто никогда не делал, так что чем ближе был вечер, тем дальше отходили мои размышления и терзания о судьбе людей, что оказались в рабских бараках на невольничьем рынке Нипса. Сегодня важный день! Это я чувствовал отчетливо.
С поясным магом я столкнулся в самых дверях, когда уже был готов выходить на встречу с Мартой. Щегольскую рубашку я оставил на будущее, а вот жилет надел тот самый, что перекочевал в мою комнату из сундука учителя. Что не укрылось от глаз Осиора.
— Это куда ты такой собрался?
— С Мартой повидаться, — ответил я.
— Сегодня что–то особенное? — спросил маг, указывая ногтем на жилет.
— Она попросила одеться нарядно сегодня, — ответил я, отводя глаза.
В ответ учитель протянул только загадочное «а–а–а…», после чего отошел в сторону и я смог наконец–то выйти из дома.
Марта ждала меня, как и обычно, на границе района доков и верхнего города, недалеко от рыночной площади. Вот только на этот раз после скромного приветствия — вокруг, все же, были люди — девушка схватила меня за ладонь и потащила куда–то в сторону южной части Нипса.
— А мы куда идем?
— Узнаешь, — улыбаясь, ответила Марта.
Впрочем, сомневаться в ней у меня причин не было. Мне самому надоели прогулки по вечернему Нипсу или недолгие посиделки в трактирах, где было шумно и неуютно, так что я смело последовал за своей спутницей. В итоге мы вышли к самой окраине. Дальше городская застройка заканчивалась, начинались фермы. Марта выпустила мой локоть и уверенно подошла к одному из домов, после чего — постучала в дверь.
— Марта, так что тут… — я начал нервничать, потому что не понимал, что происходит.
— Дакас сегодня собирает танцы! Вот что! — с улыбкой ответила девушка, повернувшись ко мне.
— Танцы?.. Прямо здесь?..
— Ну не на улице же! — Марта недовольно надула губы, и я понял, что именно танцы и были ее сюрпризом, а я должен был очень сильно обрадоваться.
Вот только все мое нутро бродяги подсказывало, что это не лучшая затея.
Зачем она притащила меня сюда? Еще недавно я побирался на улицах Нипса и искал случайные приработки — и говорить со мной для других молодых людей считалось чем–то зазорным. А потом я стал учеником мага, но мой учитель буквально сжег гарнизонного колдуна в свете магического солнца, и, получается, со мной опять никто особо не хотел иметь дел… Так что я тут делаю?
Я было хотел сказать своей подруге, что это не лучшая затея и нам лучше куда–нибудь уйти, как дверь в дом распахнулась, а на пороге показался тот самый Дакас, хозяин мероприятия.
— Марта! — воскликнул рослый, широкоплечий парень, который как потом выяснилось, был подмастерьем сапожника. — Проходи! Тебя и ждем!
Но вот, из–за спины девушки показался я и здоровяк осекся.
— А что…
— А это Рей! Мой… друг! Мы вместе пришли! — воскликнула Марта, хватая меня под руку.
Жест этот был очень явный, так что Дакас лишь осекся, после чего отошел в сторону, пропуская нас в тесные сени.
Дом был старый, двухэтажный, но крепкий. Внутри оказалось натоплено, почти жарко, а со стороны большой комнаты, что служила одновременно и кухней, и столовой, и залом, доносился гул голосов. Видимо, внутри людей уже хватало.
 
— Скоро Манс придет вместе с инструментом и начнем… — сообщил Дакас, ведя нас вглубь дома.
Впрочем, судя по тому, как уверенно Марта пересекла сени и прошла по небольшому коридорчику в главную комнату первого этажа, я понял, что она была тут уже не в первый раз.
Танцы… Главное развлечение нипской, да и любой другой молодежи долгими осенними и зимними вечерами. Деревенские собирались в каком–нибудь одном доме, когда старшие уходили к своякам или другой родне в гости, городским же было чуть сложнее. И получить приглашение от хозяина танцев было непросто, даже я, беспризорник, знал это.
В самой комнате на лавках вдоль стен расположилось полтора десятка гостей Дакаса. Все старше меня, на вид, лет от шестнадцати и до восемнадцати, если говорить о ребятах. Хотя девушек–ровесниц тоже особо не наблюдалась.
— Марта пришла! — крикнул хозяин дома, полностью проигнорировав мое существование.
Несколько ребят скользнули по мне взглядом, но, впрочем, я довольно быстро занял место на самом краю лавки, где было свободно, так что лишнего внимания удалось избежать. По левую руку от меня оказалась стена, а справа села Марта и сразу же принялась что–то обсуждать с девушкой, сидящей рядом. Обо мне, вроде как, все забыли.
Я же пытался понять, почему мне так неуютно в компании молодых людей. Разве не об этом я когда–то мечтал? Стать частью общества, человеком, от которого не воротят нос? И вот, я попадаю на вечерние танцы, но даже не смею ни с кем заговорить, хотя и являюсь учеником мага…
Довольно быстро в дверях появилось еще двое парней — тот самый Манс с товарищем. Молодые люди принесли какую–то старую лютню и видавшую виды флейту, после чего вся компания пришла в сильное возбуждение. Вот–вот начнем. По рядам пошла большая бутыль с крепким домашним вином, к которой все прикладывались по очереди, я тоже глотнул, поморщившись от резкой кислоты напитка. Молодой сидр мне нравился намного больше.
Манс умело ударил по струнам, его спутник — прижал к губам флейту, после чего все стали подниматься со своих мест.
— Давай! Пойдем! — позвала меня Марта, поднимая с лавки.
Девушка заметила, что я чувствую себя не на своем месте, но вместо поддержки и одобрения я ощущал исходящую от нее волну осуждения. Марте было важно, какое впечатление я произведу на ее знакомых и друзей, я же сидел себе тихо в углу, особо не отсвечивая.
Впрочем, довольно быстро мы оказались в центре внимания. Каждая парочка, что выкидывала сейчас коленца посреди комнаты, нет–нет, да и бросала косые взгляды на неумеху–недомерка и заливающуюся пунцовой краской рослую дочь кухарки, что неловко дергались у самого края стихийно сформированного круга. Я видел и чувствовал, что Марта отлично знает, как танцевать, я же не имел об этом развлечения и малейшего представления, так что контраст между нами становился только сильнее.
Но вот, мой позор закончился: Манс сообщил, что ему нужно промочить горло и после этого он готов спеть, после чего по лавкам опять пошла бутыль с вином.
Следующие два круга я справился лучше, чем в первый раз. Поймал и темп, и ритм мелодии, которую играл Манс, да и как двигаться мне украдкой объяснила Марта. Так что даже когда ребята стали водить парами хоровод — кружась в замысловатом танце — я просто доверился Марте и повторял за впереди идущим парнем.
Но уже скоро я понял, что все плохо. В голове неприятно гудело, от духоты мне вообще казалось, что что–то легло на грудь. Давали о себе знать и утренние нагрузки в плане магической практики: шесть печатей Ис это немало, а была еще и очистка воды в бочках… Комната стала двигаться сама собой, а вот градус мероприятия только поднимался — крики и смех становился громче, удары по струнам и свист флейты — сильнее. У меня же было только одно желание — вырваться на улицу и выпить чистой, холодной воды.