Эндшпиль (СИ)

Но пока все с изумлением глазели на результат воздушной бомбежки или пытались стрелять вслед улетающему русскому цеппелину, над поверхностью моря появился никем не замеченный перископ. Вспенили волны поднявшиеся воздушные пузыри и к цесарским крейсерам потянулась ровная цепочка таких же, но мелких. На «Асперне» наблюдатель успел заметить и даже доложить о минной атаке. Но было уже поздно.
Подводная лодка новейшей российской постройкис названием «Морж», под командованием капитан-лейтенанта Ивана Ризнича[9], выпустив все четыре торпеды залпом, ушла в глубину и сейчас уносила винты на максимальном подводном ходу от возможных неприятностей. В результате же идущий вторым броненосный крейсер получил аж три попадания. Но взорвалась всего одна торпеда, остальные просто ударили в борт. «Кайзер Карл VI» одной торпедой уничтожить не получилось. Но пробоина на борту, попавшая внутрь вода и нарастающий крен заставили австрийцев быстро убираться в ближайший порт. Где, приткнувшись к берегу, крейсер простоял целый день под охраной австрийских же эсминцев. А позднее был со всеми предосторожностями отбуксирован в Константинополь.
Остальной антантовский флот, выйдя на морской простор, успел еще полюбоваться на тающие за горизонтом дымки русских кораблей и нагло кружащийся в небе дирижабль. После чего вернулся на стоянку. Результат для союзных адмиралов оказался весьма неприятным – потеря четырех боевых кораблей, повреждение еще одного, и бесполезно сожженный дефицитный уголь. Кроме того, появились сомнения, сможет ли флот Антанты, к которому через стуки присоединились еще и французы, высадить, как планировалось, десант и обеспечить его снабжение? Учитывая дерзкие и экстравагантные, но очень профессиональные действия русского флота, его командования… и особенно новая неожиданная угроза из-под воды.
Южная Африка. г. Блумфонтейн, октябрь 1909 г. 
Это поместье на окраине Блумфонтейна, раньше принадлежавшее какому-то чиновнику городского управления, а потом купленное кем-то из русских добровольцев, было известно одно время как «Вилла Рус». Однако с тех пор, как англичане стали хозяйничать в бывших бурских республиках, об этом названии обычно не вспоминали и в городе поместье называли «Дом генерала». Что было весьма логично, учитывая личность очередного владельца – бывшего фельдгенерала бурского ополчения Джеймса Герцога. В городе многие завидовали Герцогу, сумевшему столь выгодно перекупить неплохую недвижимость у русского владельца, спешившего покинуть ставшую для него негостеприимной Южную Африку. Надо признать, что зависть была оправданной. На территории поместья, огороженной высоким деревянным забором, располагались двухэтажный дом в голландском стиле с пристроенной конюшней, красивый сад из фруктовых деревьев, беседка, хозяйственные постройки и домик для проживания прислуги.
Именно в беседке, расположенная среди поляны, сегодня и расположились нынешний хозяин виллы и два его гостя.
- Господа, я пригласил вас сюда, чтобы сообщить пренеприятнейшее известие, - убедившись, что слуги, как и приказано, ушли в дом, начал разговор один из гостей, Кристиан Бейерс. Ставший четыре года назад бурской одним из руководителей главного комитета партии «Het Volk». А после создания два года назад правительства колонии выбранный на должность спикера нижней палаты, он считался третьим по влиянию политиком в Трансваале. И несмотря на то, что был английским подданным, переехавшим в республику, воевал на стороне буров и сейчас придерживался антибританских взглядов. – Сэр Уолтер[10] получил указание собрать местные силы для борьбы с германцами. И Бота со Смэтсом согласны поддержать его и призвать добровольцев. Агитировали меня, даже зная мою позицию, но я пока ничего не ответил, без согласования с вами.
- Предатели, покарай их Господь - с негодованием заметил второй гость, генерал Девет.
- Вы правы, минхеер Девет. Я убежден, что свобода и сама упадёт нам в руки, как только Англия окажется втянута в войну против европейской державы. И тогда мы наконец создадим свою страну в виде Южно-Африканской республики, - высказался Герцог. – И в такой момент помогать собственным угнетателям могут только предатели… Поэтому мы с вами должны твердо выступить против и начать подготовку к выступлению против английского владычества.
 
- Только при таком способе действий мы все быстро окажемся в британских застенках, - возразил хозяину Девет.
- Вы против борьбы, минхеер Девет? – удивился Бейерс.
- Никоим образом, - спокойно ответил Кристиан. – Просто у меня есть план, причем согласованный с нашим другом Манье.
- О, минхеер Мариц тоже в деле? Это хорошо, - улыбнулся Герцог.
- Мы с ним обменялись посланиями как раз накануне нашей встречи. Как мне написал Мариц, британцы планируют перебросить большую часть гарнизонов из колоний в Европу. Там им приходится сдерживать натиск сразу и германцев, и русских. Союзники, как пишет Манье, без поддержки не справляются, а индийскую армию англичане ослабить не решаются. Опасаются вторжения русских, афганцев и персов. Поэтому и собирают все, что только можно…
- Теперь понятно, - перебил его Джеймс. – Предлагаете дождаться, пока британцы ослабнут и тогда нанести удар.
- Не только, - ответил Девет, - ослабление противника, конечно, тоже важно. Но самое главное, если мы сейчас не будем обнародовать свои истинные цели, а займемся сбором добровольцев. Причем англичане даже будут помогать нам в этом, рассчитывая получить войска для вторжения в Германскую Юго-Западную Африку[11].
- Получат же отряды наших бойцов, готовых выкинуть их в море, если будет на то воля Господа, - резюмировал Бейерс.
- Да, но нам не хватит оружия для новых формирований. Не думаю, что англичане так сразу вооружат наших… хм… волонтеров. Полагаю, сначала под видом обучения проверят лояльность, потом заставят принять присягу на Библии, - озабоченно заметил Герцог.
- А вот с этим как раз никаких проблем, - парировал Девет. – Мариц с помощью русских денежных вливаний закупил достаточное количество тех самых маузеровских винтовок, что столь хорошо зарекомендовали себя в войну. И запас патронов. И пулеметы Максима немецкого производства, плюс датские Мадсены. Три тысячи винтовок и сто пулеметов, полмиллиона патронов. Все это ждет нас на складах неподалеку от границы. Необходимо только продумать возможности доставки их через границу к местам сбора войск.
- А для этого мы используем «мальчиков» Кемпа, - предложил Герцог.
Обсуждение возможных действий и путей перевозки оружия началось… и сразу же остановилось, потому что на поляне появился домоправитель генерала. Получив сигнал – разрешение приблизится от хозяина, он рысцой подбежал к беседке и, остановившись у входа, почтительно доложил:
- Баас, к вам прибыл минхеер Де Ла Рей.
- Вовремя! К нам его! – заволновались гости.
- Приглашай его к нам, Питер. Помоги умыться с дороги и принеси сюда легкий ужин, - приказал Герцог. Стоило слуге удалится, Джеймс добавил, повернувшись к гостям: - Я слышал, он последнее время не рвется на борьбу против оккупантов. Но я думаю, нам удастся, с Божьей помощью, его переубедить.
Российская империя. Петергоф. Октябрь 1909 г. 
«Морской кабинет» Государя, в который вошли Великий князь Александр Михайлович, начальник Морского Генерального Штаба Эбергард и их адъютанты, выглядел по-военному. Украшавшие полки модели кораблей исчезли, сменившись пачками донесений и дополнительными справочниками. На стене висели несколько крупномасштабных карт морей, южной части Российской империи и Дальнего Востока. Еще одна, большая карта мира висела рядом с дверью. На них, как мельком заметил Александр, кажется, уже были внесены последние изменения в положениях фронтов. Впрочем, присутствие в кабинете генералов Редигера и Фролова намекало, что Его Императорское Величество решил выслушать последние новости со всех фронтов и флотов.