Весна новой эры (СИ)

Обратный путь оказался больше чем вдвое короче. Они буквально неслись с максимальной скоростью, какую позволяли развить местность и газогенераторная установка, ехали днем и ночью – и к утру на горизонте показался Пальцевск…
- Скажите, что меня убили и по этой причине срочно возвращаетесь, - проинструктировал своих подчиненных Василий.
Изображать труп должен был тот самый мужик-снайпер, с ходу не разберутся, а там уж поздно будет. Впрочем, даже самим своим поведением они изображали не возвращение победителей, а сбежавшее с поля боя разбитое войско – и впечатление и впрямь не подвело. Когда они добрались до центра города – их уже ждали сынок с женой Пальцева с телохранителями. Выслушав новость о гибели «начальника обороны» города, Софья Анатольевна изобразила деланное сожаление тем, что столь хороший командир пал жертвой бандитов, а вот сынок Пальцева и телохранители явно расслабились после полученной новости – что и стало их фатальной ошибкой.
Десять минут спустя жена с сынком Пальцева, привязанные к стулу, писали единственной свободной рукой признательные показания о заговоре против «начальника обороны» города Пальцевска и попытке его убийства, а Василий думал, что же с ними делать… С одной стороны, оставлять за спиной таких врагов не следует. Раз уж они решили его уничтожить – будут пытаться вновь и вновь. А с другой – Пальцев не простит смерти женушки с сынком и достанет его где угодно. Значит, останется только бежать – и как можно дальше. Или валить уже самого Аркадия Тимофеевича, но вряд ли последнее удастся. А если и удастся – на ком останется город? Как бы Василий не относился к главе мафии, но отрицать его организаторские способности было бы глупостью. Впрочем… Он знал, что станет решающим фактором для выбора! Спустившись вниз по разгромленным коридорам «поместья» Пальцева, он открыл подвал, где прятали Мелиссу…
- Опять издеваться пришли? – каким-то совершенно равнодушным ко всему голосом произнесла девушка откуда-то из темноты.
- Это я, Мил…
- Ты? – мелькнуло в темноте светлое пятно, ка в голосе Мелиссы послышались нотки облегченья. – Ты пришел?
- Пришел, - только и смог ответить Василий.
В первый миг он даже не узнал ее – грязная, избитая, одетая в какое-то рванье…
- Что было? – когда они вышли наружу, спросил Василий.
- Дай попить… - тихо произнесла девушка.
Минут через пять, напившись и даже умывшись, Мелисса начала рассказ о том, что происходило в городе после отъезда Василия и его отряда. Не успел и след его простыть, как к ним домой вломились, как сказала девушка, «эти бандиты» - и, сколько она не сопротивлялась, отбивалась, кусалась, утащили ее в «поместье». Где сразу ж и отправили в этот подвал. Целый день она повела тут без еды и воды – пока под вечер ее не вытащили наружу…
- Меня хотели этому… этому… ублюдку отдать! – заливаясь слезами, говорила девушка. – Как… сексуальную игрушку… Говорят, радуйся – ты господину приглянулась.
- А ты что?
- А ничего! – грустно вздохнула Мелисса. – Сказала, что этого не будет никогда, попыталась одного его телохранителя убить… Но у меня опять ничего не вышло! Почему я такая слабая?
- Ничего, Мил, все кончилось, - слегка приобняв девушку, произнес Василий.
- А потом снова подвал… Меня вновь избили и сказали, что на следующий день снова придут. И если я «буду и дальше из себя целку строить», то меня казнят самой лютой смертью. Глупцы! Я давно не боюсь смерти… Но на следующий день они не пришли, даже поесть не дали. А сегодня пришел ты…
- Не насиловали хоть? – когда девушка умолкла, все же спросил Василий.
- Нет, - отрицательно мотнула головой Мелисса. – Я же их боссу приглянулась, а ему баба после его уродцев не нужна…
- Хоть в этом повезло… - тихо произнес парень. – Они ответят за все, Мил!
Что ж… Решение он уже принял – и плевать, какими это ему грозило неприятностями. Оставлять за спиной таких врагов нельзя – они не успокоятся даже если на то будет прямой приказ самого Пальцева. Но даже этого было мало… Если после всего произошедшего они окажутся безнаказанными – как он будет потом смотреть в глаза той, кого обещал защитить от всех опасностей этого мира? Как будет сам себя чувствовать мужиком, а не трусливым подонком?
 
- Повесить их! – поднявшись наверх, коротко бросил Василий.
- Вась, ты чего? – обалдел от услышанного даже его «заместитель».
- Что слышал!
Может быть, еще что-то в тот миг и можно было бы изменить – но тут в дело вмешался сам «виновник торжества».
- Да ты знаешь, что с тобой папаня сделает?! – визгливым тоном выкрикнул Антон, и это стало финишной точкой. Два выстрела, две пули в лоб – и два тела падают не землю. – А теперь собираемся и уходим! Быстро! – коротко приказал Василий.
  
Глава 8
 
Министр автомобильной промышленности СССР взглянул на представленные ему образцы новой техники и грустно вздохнул… Эх, какие ж были планы… И все пошло в одно известное место. И пусть его назначили совсем недавно, когда отправили на «почетную пенсию» прежнего министра, товарища Строкина, кто и подписывал те соглашения с французами, но все равно было обидно. Ведь определенное участие в том принимал и он сам… Хотя почему определенное? Как раз достаточно существенное – и во многом потому, наверное, и посчитали, что пора его назначать министром. А предшественник? Ну ведь в СССР пенсионный возраст – шестьдесят лет! Хотя из руководителей по факту уходят в этом возрасте на пенсию хорошо если каждый второй.
Та машина, на которую он сейчас смотрел, с виду была обычным «Москвичом-412». Только на ней был установлен полный привод… Передний при этом был разработан на основе такого же, только развернутого, москвичовского редуктора и части деталей с «Рено-16» - того самого, что должны были выпускать на будущем Волжском автозаводе, который теперь уж никогда не будет построить. Раздатку сделали свою собственную, с пониженной передачей. Да, ее освоение в производстве «Москвича-412П» и его «брата-близнеца» «Москвича-408П» стало той еще проблемой, ведь машина должна была пойти в серию буквально с первого экземпляра. Полгода производство легковым автомобилей на всех заводах СССР стояло из-за дефицита металла. И за эти полгода надо было не только разработать новую машину, но и изготовить ее, испытать, подготовить производство… Но за это время даже не успевали толком подготовить оснастку! Корпус раздатки делали литьем в землю, другие детали изготавливали универсальным способом без специальной оснастки – благо, машиностроительных мощностей в стране еще хватало. Многие производства, особенно военные, нынче просто остановились или срочно перепрофилировались под другие производства. И все же у них получилось! И теперь вот он – тот самый «412П»…
В отличие от иной реальности, из-за начавшейся Долгой зимы и сокращения производства легковушек, в этом мире ижевский завод никогда не выпускал «Москвич-408», хоть оно и планировалось. Но потом решили, что раз уж тут новый завод – пусть он новую технику и выпускает. Все равно прямо сейчас выпускать там нечего и не из чего, хватит мощностей московского завода, а потом он уж и не нужно будет. Так что пусть сразу осваивают производство новой модели! Ну а уж в Москве будут переходить на 412 модель по мере того, как будет наращиваться производство двигателей на Уфимском заводе и уже запланированном к постройке его филиале во вновь ставшем областным центром, после того, как туда приехало почти столько же эвакуированных, сколько до того было всего населения, Балашове.
Правда, сейчас все это уже прошлое – налажено серийное производство всех нужных комплектующих, ушли от применявшихся первые полгода «обходных» технологий, производство пошло в нормальном ритме. Впрочем, 408 модели все равно осталось недолго… Для полноприводного автомобиля его двигатель был откровенно слабоват. Так что скоро везде будут ставить УЗАМ-412… И это и будет самый массовый советский легковой автомобиль на ближайшие годы, если не десятилетия. Ведь про планы на счет ВАЗа теперь придется позабыть.