Весна новой эры (СИ)

А еще Михаилу с Викой впервые за больше полутора лет практически непрерывной работы дали отпуск… Всего две недели, но и это было таким счастьем! Тот самый долгожданный отдых от постоянной работы, о котором все так мечтали. И пусть большая часть его пройдет за ремонтом дома и работой на огороде, но ведь «отдых – это смена вида деятельности?» Впрочем, практически так же проходили и все отпуска Михаила в прошлой жизни… «На юга» он ездил буквально пару раз в жизни, и как-то особого впечатления оно не произвело. Уж лучше тут на рыбалку куда-нибудь или просто даже на речку искупаться смотаться, в лес сходить… Так Михаил с женой, во всяком случае, считали в прошлой жизни. Впрочем, сейчас на это особо времени и не будет. Тем более, что вода в реках еще толком не прогрелась, леса вызывают откровенное уныние обилием мертвых, сухих деревьев и пеньками от уже спиленных таких же, а рыбу, поголовье которой значительно сократилось за зиму, вылавливают в промышленных масштабах сетями. Закончился, увы, привычный отдых… Впрочем, даже по городу гулять как-то не тянуло… Уж больно какое-то унылое получалось настроение. Кругом одни канавы и кучи земли… Ремонт водопровода и теплотрасс – где-то меняли старые трубы, а где-то и укладывали новые по поверхности. Ремонт домов – укрепляли фундаменты заливкой бетоном. А кое-где – просто стягивали те здания, которые через несколько лет пойдут под снос. Ремонт дорог – отсыпка щебенкой и ее укатка. Про асфальт никто уж и не вспоминал… Ремонт, а местами и фактически строительство с нуля вместо наспех прорытых канав, ливневки. Копали траншеи и укладывали бетонные желоба с решетчатым перекрытием над дорогами… Ремонт пошедших «волнами» трамвайных путей, которые в ряде мест переносили с середины дорог к краю и укладывали «по-железнодорожному». И оттого казалось, что весь город – одна сплошная стройка. Словно какой-нибудь Сталинград после войны… Только вместо войны была Долгая зима.
- Здоров, Михан! – внезапно окликнули через забор Михаила.
- Слав, ты? – несколько удивился, увидев одноклассника, парень. – Какими судьбами?
- Я, конечно, - усмехнулся тот. – Пришел тебя на комсомольское собрание позвать…
- Собрание? – даже удивился Михаил. – Неужто в райком? Когда? Зачем?
Странно, но он уже успел отвыкнуть от комсомольских собраний в «привычном формате». Хотя, может быть, просто и не успел вновь к ним привыкнуть? Тем не менее, «классических» собраний не было уже давно-давно… Фактически проводили лишь мини-собрания по цехам и отделам минут на пятнадцать в конце рабочей смены. Подводили итоги своей работы, несколько слов о политической обстановке, о планах советского правительства и коммунистической партии – и на том все, идите домой! Ну или на учебу… Ибо «для коммуниста и комсомольца главное не слова, а дела» - такой был нынче новый лозунг.
- Завтра после работы, - ответил Славка. – Что-то на счет американцев говорить будут…
- Это про тех, что у нас в Северном живут что ли? – удивился Михаил.
- Да, наверное, - пожал плечами Славка. – Подробностей не говорили… Но ожидается что-то важное.
Тот факт, что у них в городе теперь живет небольшое количество американцев, хоть особо и не афишировался, но уже стал всем известен. И стоит ли говорить о том, что мало кто относился к ним с любовью и симпатией? Мало того, что американцев давно привыкли считать врагами, так еще и Долгую зиму ж тоже они устроили! И пусть умом-то люди и понимали, что устроили это далеко не те люди, что сейчас приплыли, но то умом… А по факту прежняя неприязнь к американцам нынче лишь усилилась, что нынче вылилось в то, что на них демонстративно не обращали внимания, словно их и нету.
- Понятно, - кивнул Михаил. – Как у тебя жизнь вообще-то?
- Ну как? – пожал плечами парень. – Станки вон собираю…
- Станки? – даже удивился Михаил.
- А ты думаешь, станки нынче не нужны стали? – усмехнулся Славка. – Еще как нужны! Тут и на юге заводы восстанавливают, и другие перепрофилируют… Так что потребность в промышленном оборудовании никуда не делась! Тем более, к нам тут Иркутский станкостроительный эвакуировали. В цехах не пройдешь теперь – все заставлено! Даже склады станками заставлены. Ты-то как поживаешь? Женился, говорят?
 
- Ага, есть такое, - подтвердил Михаил, а сам заглянул домой. – Сейчас. Вик! – заглянув домой, позвал он девчонку. – Тут Славка пришел…
- Сейчас! – ответила та.
Через пару минут, отложив свои домашние дела, девушка вышла во двор. «И как хорошо иметь жену, которая перед выходом на улицу не будет двадцать минут одеваться, полчаса намалевываться!» - с улыбкой взглянув на Вику, подумал Михаил. «А ведь похожи они по характеру! Очень похожи… Оля и Вика!» – вдруг пришло в голову сравнение его нынешней жены и той, что была в прошлом мире.
- Привет, Слав! – поздоровалась с ним девушка. – Сколько ж не виделись…
- Полтора года, - ответил Славка. – С самой комсомольской бригады…
- Ну да, - погрустнела девчонка. – Тебя тогда в больницу увезли с воспалением легких, а меня отправили домой с бронхитом… И только этот вот балбес, - шутливо толкнув Михаила в плечо, улыбнулась Вика, - до конца отработал…
- Было такое, - согласился Славка. – Думал тогда, что сдохну. Но ничего вон, очухался, вроде…
- Как вообще у наших-то дела? – спросила Вика.
- Я мало кого видел, - пожал плечами Славка. – Я ж далеко от большинства наших живу… Петьку вон недавно видел, он и при Михана мне сказал. Правда, не сказал, на ком ты женился, - обратился к Михаилу парень. – Говорит, сам увидишь!
- Ну вот теперь видишь! – улыбнулась Вика. – Ты-то не женился еще…
- Не-не! – аж вздрогнул Славка. – Ты ж знаешь…
- Ну да, помню-помню! – рассмеялась девушка. – «До окончания института никаких девчонок!» А сам сидел и на Томку так и пялился… Думая, что никто не замечает.
- И ничего я и не пялился! – как-то совсем уж по-детски смутившись, произнес парень. – Да и вообще она…
- …любила другого, - закончила недосказанное Вика.
«Томку? – даже удивился Михаил. – Это ту, кто в него влюблена была? С кем мы музыку для песни делали? И ведь как хорошо подобрали-то… Вон даже по радио передавали как-то, в исполнении Кобзона». Вспомнилось тогда даже про то, что такое исполнение и в той реальности было, хотя оно как-то особо и не запомнилось. Там «классикой» стал вариант ансамбля «Пламя». А что будет в этой реальности – это уж неизвестно… А ведь при желании можно было бы и еще песен запустить в народ… Их, написанных в 70-е и даже начало 80-х, Михаил немало знал, на самые разные темы. Вон, например, «Легенды расскажут»… Хорошая ж патриотическая песня!
Только чем заменить строку про «Целинные земли и космос далекий»? Что-нибудь вроде «Туркменские земли, Зимы Долгой стройки – все это из нашей истории строки?» Ведь не было тут никакого героически-бестолкового освоения Целины, вместо этого была рутинная работа, которой не уделялось особого внимания в пропаганде. А уж космос… Закрыт он фактически. Последний пилотируемый полет был еще в 1966 году, и с тех пор больше никаких слов даже о дальнейших планах. Про «консервацию» лунной программы уже было заявлено официально… И вообще не до космоса нынче! Так что упоминание про него – это скорее тема для грусти об утерянном… О том, чего больше нет и вряд ли скоро будет. Что практически уже стало историей.
Впрочем, самое главное – что Михаилу было просто противно воровать чужие песни. Ведь чем это лучше воровства чужих изобретений, чужих открытий в науке – присвоить себе авторство чего-то, созданного другими людьми? Потому нет. Не будет больше других песен! Он и стой бы не стал вылезать, тут уж просто случайно спалил контору, а там уж Вика настояла… Хорошо, что хоть от авторства отбрехаться удалось. Но второй раз это уже не получится…
Поболтав еще немного со Славкой о положении дел в городе, стране и мире в целом, они распрощались. Одноклассник пошел дальше, а они решили сходить в город, малость прогуляться. Вика несколько неожиданно для Михаила переоделась в легкое зеленое платьице, в которой он ее не видал аж с лета 1966 года… Хоть и достаточно простое, но красивое такое, и на фигурке сидит просто замечательно. «Артельное!» Заказывать специально под себя в ателье Вика все же считала неоправданным излишеством, хотя у родителей деньги нашлись бы наверняка, а вот «артельку» почему бы и не купить? Первый раз она пришла на нем на выпускной, а затем носила его «в город»… «Культурный наряд», как сама Вика иронично называла его. В кино сходить, на прогулку, на вступительные экзамены приехать… Без излишеств, но изящное, легкое и удобное. Впрочем, и сама девушка просто чудо как хороша… «А ты, придурок, за Ленкой-стервой бегал!» - ехидно усмехнулся внутренний голос. Прямо захотелось никуда больше и не ходить… Впрочем, с этим-то всегда успеется, а сейчас, пока погода хорошая, лучше и впрямь прогуляться.