Рядовой. Назад в СССР. Книга 1 (СИ)

— Ты как, не ранен? — он вдруг обратил внимание на гильзы, затем на автомат.
— Так точно!
— Стрелял ты?
Я кивнул.
— Для привлечения внимания.
Снова повисла тишина. Только шорох и невнятные голоса.
— А где часовой? — спросил ротный.
— Там! — я указал на кусты, что росли неподалеку. — Не проверял еще.
Воронин посмотрел в указанном направлении. Старшина и пара человек с ним принялись осматривать участок.
— Есть, командир! Нашли! — раздался голос прапорщика спустя несколько секунд. — Вроде жив!
— Громов! Я не понял, ты что в героя решил поиграть?
Воронин снова посмотрел на меня с некоторым подозрением. — Ладно! Потом разберемся!
— А сапоги где потерял, воин? — хмыкнул Лось.
— Намеренно снял, чтобы подкрасться поближе и не выдать себя раньше времени.
Воронин шумно вздохнул, снова нахмурился.
— Очень глупый поступок. А если бы тебя пристрелили⁈ Кукушкин, отведи его в лазарет и пусть там сидит, пока я не подойду. Отвечаешь за него головой!
— Есть! — ефрейтор повернулся ко мне. — Чего встал, в лазарет, шагом марш!
Я без возражений побрел в сторону казарм, по пути подобрал свои сапоги, быстро сунул в них ноги. Само собой, я прекрасно понимал, что ничего особенного не сделал. Однако опасность, учитывая обстановку, крылась в другом. Вполне возможно, что меня могли посчитать соучастником… Ну, серьезно, а что еще подумать, когда солдат ослушался приказа и по неизвестной причине свалил к складам с оружием, где и был застигнут врасплох⁈ Детали тут не особо-то и важны.
— Ну, ты дал, Громов! — хмыкнул ефрейтор, двигаясь за мной по пятам. — На фига ты вообще туда полез? Может ты сам, этот, как его, диверсант⁈
Я ничего не ответил. Что толку с ним разговаривать⁈ Он на меня и так обозленный, сейчас попробует отыграться.
Несмотря на такой поворот событий, я был спокоен, как питон. В мою пользу было много плюсов — я доложил как есть, заранее переговорил со старшиной и дал ему четкую наводку и скорее всего, оказался прав. А когда они вскроют склад, то поймут, что я говорил только правду. И все равно, ко мне будет слишком много вопросов, не удивлюсь, если после такого еще и особиста пришлют. Комитет госбезопасности не спит.
Когда мы подошли к зданию лазарета, со стороны складов раздалось несколько одиночных выстрелов. Впрочем, стрельба быстро закончилась. Скорее всего, с боевиками было покончено. Вряд ли кто-то из них сдался бы без боя…
— Иди, чего встал? Без тебя разберутся!
Меня посадили в процедурную, закрыли дверь. Кукушкин торчал снаружи, насвистывая незамысловатые песенки.
Снаружи, некоторое время было тихо. Потом все-таки запустили дизельные генераторы — их характерный шум работы, я знал более чем хорошо. Демаскирующий признак, конечно, но тут уж ничего не поделаешь.
Конечно, всю часть ими не осветить, но самые важные объекты — запросто. Казарма не являлась таковым объектом. Ввиду того, что толку от молодых бойцов не было никакого, всех завели обратно в расположение. Однако все дежурка, офицерский и сержантский состав до самого утра были на ногах.
А вот под утро меня освободили. Выяснилось, что этой ночью в общей сложности было ликвидировано пятеро боевиков мусульманской наружности. Все они оказались душманами, но без каких-либо подробностей. Те, что были нейтрализованы за территорией, сами открыли огонь, когда поняли, что их заметили. К счастью, их быстро перебили. А вот та парочка, что я запер на складе, практически не пыталась сопротивляться. Оказавшийся внутри боевик, хотел воспользоваться взрывчаткой, чтобы подорвать склад изнутри, но внутри ее не оказалось — только стрелковое вооружение. Да и его было мало, оказалось, что склад совсем недавно частично освободили.
Попавший в ловушку «дух» сначала убил своего напарника, а потом совершил самоубийство. Ну, это нам так сержанты сказали, само собой с разрешения командования.
Началась карусель — проверки, патрулирования, инспекции. Теперь нужно было провести разбирательство, как так вообще получилось и кто виноват — а в армии они всегда были. Если есть проблема, у нее будет и фамилия. А не найдут, так назначат. Пошли многочисленные доклады наверх и все такое. Связисты с ног сбились. Не буду все это описывать, я не штабник, да мне и дела не было. Я прекрасно понимал, что это халатность со стороны командования. И теперь они попытаются минимизировать свою ответственность за происшествие. Так всегда было.
 
Ближе к обеду этого же дня восстановили электроэнергию. Нарушители действительно перерезали провода, чтобы проникнуть на территорию и взорвать склад с боеприпасами. Но опять же, лично мне казалось, что это не полная картина. Чего-то тут не хватало. Для чего им устраивать подрыв боеприпасов какой-то отдельной части, которая, к тому же, находится даже не в самом Афгане, а где-то на окраине Ирана? Разве что как отвлекающий маневр. Пока личный состав поймет, что произошло, по единственной дороге в округе быстро и незаметно пройдет какой-то груз. Наркотики или оружие. Да мало ли… Но это лишь моя догадка. Что там на самом деле — одному богу известно. Впрочем, прибывшие на вертолете сотрудники КГБ военной контрразведки наверняка докопаются до правды…
Меня тоже вызвали в канцелярию к командиру.
— Товарищ капитан, разрешите войти? Рядовой Громов!
— А! Ну, заходи! — отозвался тот. Внутри уже сидел незнакомый мне офицер. Едва я вошел, тот впился меня холодным взглядом, но не проронил ни слова. Скорее всего, это и был кто-то из чекистов. Перед ним стоял стакан с чаем и вазочка с пряниками.
— Рядовой Громов, Максим Сергеевич, — устало произнес командир, прочитав что-то на столе. — Вот это ты отличился… С одной стоны, наказать бы тебя, за проявленную инициативу… Да не буду! Это решать командиру части, когда он вернется. С другой стороны, ты всем оказал огромную услугу, хотя и не без нарушений устава… Вынужден признать, что все то, что ты сказал старшине, оказалось правдой. О результатах разве что глухой не знает. Как ты вообще до этого додумался?
— Когда-то давно читал книгу, там было что-то подобное описано. Названия, правда, не помню. Да и без этого все просто — либо авария, либо диверсия. Одно другому не мешает, особенно если замаскировать второе под первое и использовать как отвлечение внимания. Ну а то, что я заметил подозрительное движение у складов — просто случайность.
— М-м… Была бы моя воля, я бы тебя к награде представил… — Воронин сел в кресло, посмотрел куда-то в окно.
— Товарищ капитан, не гоните лошадей! — вдруг зашевелился КГБ-шник, затем снова посмотрел на меня холодным, изучающим взглядом. — Товарищ Громов… Вот вроде, все хорошо, но для меня есть неясные и даже странные моменты. А как же вы, рядовой, увидели посторонних? Насколько я помню, там расстояние метров сто. Плюс растительность, здания. Как же вы разглядели, да еще и в темноте?
— Разглядел, но не сразу. Туда я направился намеренно, потому что у меня уже было ощущение того, что там что-то происходит. Предчувствие, наверное. Ну и я захотел его проверить. Да, признаю, совершенно не подумал о том, что это может быть опасно и что меня самого могут принять за нарушителя… Понимаю, что я поступил опрометчиво, но ведь не было приказа стоять у казарм, так ведь?
Воронин лишь хмыкнул. А чекист продолжил:
— За нарушителя? А вы не подумали, что можете получить пулю? Вам могли перерезать горло… Да мало ли что еще⁈ Черт возьми!
— Нет, не подумал. Я хотел быть полезным.
Чекист выдохнул, постучал пальцами по крышке стола.
— Ну да, может быть… Но почему вы решили, что раз вся остальная рота держится вместе, рядом с младшими командирами, а вам позволено уйти?
— Говорю же, предчувствие. Просто представил, что если я буду бегать и всем навязывать свои мысли, никто меня даже слушать не будет. Я молодой солдат, который только-только узнал, что такое автомат. Кто меня послушает? Я хотел доказать, что и от такого как я может быть польза, просто об этом никто не задумывается. Я оказался прав.