Исгерд. Ледяная жрица (СИ)

— Зачем ты пришла в Академию? — сразу начал мужчина допрос.
— Чтобы учиться.
— Чему?
— Я уже отвечала на этот вопрос тому старику. Как он, кстати?
— Хм, интересуешься судьбами других… Может, ты не так уж и безнадежна, дочь Ульны. — задумчиво протянул мужчина, но на вопрос все же ответил: — Жив старик. Ты, конечно, его изрядно опустошила, но магистра спасла твоя неопытность и неумение работать с потоками. Через пару месяцев будет как новенький.
— А … Вир? — кое-как выдавила я из себя его имя
— Видар тоже в порядке. Рвет и мечет, ругается и грозится тебя убить, а впрочем, он всегда кого-нибудь грозится убить, так что можно сказать, все как обычно. Ренар тоже жив, если тебе интересно. Ему досталось немножко больше. Не смертельно, но неприятно. Это лис-пройдоха слишком хитер, чтобы умереть так глупо.
Имя рыжего парнишки теплой волной пробежало по телу, ласковым котенком мурлыкнув под сердцем. Вспомнился недавний сон. Даже не сон — отголоски воспоминаний о прошлой жизни. В тот день мы с Виром перешли на новый уровень дружбы, став чуточку ближе, доверившись друг другу чуть больше.
Эмоции вяло всколыхнулись, заворочались под прочной броней.
— Спасибо, — глухо пробормотала я, разглядывая свои руки окрашенные причудливым белым узором с вкраплениями черной вязи. Сейчас рисунок поднимался выше локтя, уходя под рукава, а ведь еще недавно он был только на кистях.
— Это результат бездумного применения магии. Со временем должно пройти, — пояснил мужчина, проследив за моим взглядом. — Так для чего ты прибыла в Нёттере?
— Я хотела поговорить с Виром. Мы… мы были знакомы раньше. До того как… как я…
— До того, как стала жрицей?
— Я не жрица. Должна была стать стражем, но что-то не так с моим даром, или со мной, поэтому и не смогла завершить обучение. У меня есть имя и… и все… Я пробовала говорить с Ульной, но она отвечает загадками. Сказала, что мне поможет академия.
— Стражем? Неожиданно… — хмыкнул мой собеседник и тут же продолжил: — Я вижу, встреча с Видаром состоялась. Поговорили?
Дождавшись моего кивка, мужчина продолжил задавать вопросы:
— И что теперь? Все еще хочешь учиться?
Я снова кивнула.
— Ты так и не ответила для чего. Дети Ульны не часто появляются в стенах академий магии, но если и появляются, то с определенной конкретной целью. Какая цель у тебя? Чему ты хочешь научиться?
— Я хочу научиться управлять своим даром, не терять контроль. Я… я хочу остаться человеком.
— Растерзанные трупы на окраине города — твоих рук дело? — неожиданно, без всякого перехода спросил мужчина.
Я испуганно дернулась, понимая, что раскрыта. Вряд ли по городу бродит так уж много безумных неконтролируемых Стражей.
— Моих, — честно призналась я. — Поэтому и хочу учиться здесь. Каждая смерть лишает контроля, пробуждает какого-то зверя, убивает те немногие крохи человечности и сострадания, что еще есть во мне. Обучение при храме закончено, но что делать дальше я не знаю.
— Ты же понимаешь, что назад дороги нет? Тот, кто несет на себе печать Ульны уже никогда не будет человеком, как раньше.
— Неужели теперь только смерть? — впервые я решилась поднять голову и взглянуть на мужчину открыто. Крупный, темноволосый, с первыми ниточками седины, на вид лет сорока пяти. Хищный орлиный нос, яркие полные губы, через левый глаз, параллельно носу, глубокий застарелый шрам, отчего казалось, что мужчина прищуривается.
— Ну почему же? Какой тогда смысл создавать и обучать новых Жриц, если все равно придется их убить?
— Я не знаю…Все это так сложно: живые боги, подталкивающие к чему-то, магия, другие расы… Еще пару лет назад я была обычной девушкой, едва отпраздновавшей свое двадцатилетие, а потом вдруг раз — и я в магическом мире, а у меня есть дар, превращающий меня в чудовище.
— Постой, постой. Ты — иномирянка? — мужчина вдруг занервничал, пододвинул стул поближе, и пристально посмотрел мне в глаза. — Иномирянка, поцелованная Ульной?
— Вы так много знаете об Ульне, — протянула я, чувствуя себя неловко.
 
— Знаешь, у нас очень давно уже не было иномирных, и я впервые слышу, чтобы они были детьми Ульны, — глаза мужчины зажглись нездоровым интересом. — Думаю, я смогу помочь тебе поступить в Академию Нёттере.
— Мне не нравится ваш взгляд. Вы же понимаете, что я не стану подопытным зверьком?
— О, нет-нет, что ты. — замахал руками мужчина и заулыбался. — Ульна присматривает за своими детьми и не любит, когда их обижают. Просто, как правило, иномирянки, попадающие к нам имеют какой-нибудь уникальный или редкий дар. И я бы хотел стать именно тем магом, кто откроет миру новое дарование… Но, кажется, мы отвлеклись.
Маг хлопнул себя по коленям, поднялся со стула и протянул мне руку:
— В общем, ты убедила меня, что достойна обучаться в нашей Академии. Добро пожаловать.
Я с недоумением уставилась на протянутую ладонь. Такой знакомый до боли жест из моего мира.
А вы не боитесь, что однажды я снова сорвусь? — недоверчиво спросила я, пожимая огромную мозолистую ладонь, украшенную застарелыми шрамами.
— Боюсь, конечно. Но среди молодых одаренных магов частенько попадаются такие нестабильные. Думаю, мы справимся. А Мёрке мне поможет. У него неплохо получилось погасить твою вспышку.
— Мёрке?
— Ренар Мёрке, тот самый рыжий прохвост, что принял твою вспышку на себя и сейчас отлеживается в соседней палате. Мне кажется, вы станете отличными напарниками.
— Напарниками? — все так же недоуменно переспрашивала я слишком деятельного безымянного мужчину.
— Да, ты права, я поторопился. Для начала просто попробуешь учиться с ним в одной группе. Мёрке тот еще тип. С ним тоже не всегда легко. Хотя, лучше, наверное тебя все же к первогодкам… Ну ладно, ты пока отдыхай, поправляйся, а я побеседую с ректором.
— А… Э… Постойте, как вас зовут? — окликнула я уходящего мужчину.
— Тарес. Магистр Тарес. Твой куратор. — остановился в дверях маг.
— Эмм… Магистр Тарес, вас не пугает, что на мне восемь трупов, я чуть не убила одного из ваших магистров и попыталась убить вашего ученика? Вы вот так просто готовы взять сумасшедшую неконтролирующую себя убийцу в студенты?
— Восемь? Я знал только о четырех, — задумчиво почесал подбородок мужчина, возвращаясь к моей кровати. — Это, конечно усложняет дело, но не настолько…
— Рассказать, где еще четыре? — насмешливо хмыкнула я.
— Не думаю, что хочу это знать, — отмахнулся маг, а потом присел на край кровати рядом со мной и неожиданно заговорщицки улыбнулся: — Знаешь в чем главное отличие детей Ульны? Они никогда не убивают невиновных. Поэтому, если я когда-нибудь обнаружу среди студентов труп, то это будет заслуженная смерть. Но такого еще ни разу не случалось. Одна из дочерей выпустилась у нас, кстати, в прошлом году, а в Эмйолде сейчас учатся аж двое.
— А старик и Вир?
— Видо Цетас — теоретик. Он просто не ожидал и не сумел правильно отреагировать, но даже старика Цетаса не так просто убить молоденькой неопытной жрице. Я потом расскажу в чем была твоя ошибка. А Видар… Хочешь открою маленькую тайну? Его каждый месяц пытается кто-нибудь убить, но пока безрезультатно. Силен, паршивец. И умен, этого не отнять. Но я постараюсь сделать так, чтобы вы пересекались пореже.
— Вот так все просто? — я все еще не хотела верить. — Взяли и зачислили?
— Не скажу, что будет просто, но да, «взяли и зачислили», — улыбнулся Тарес. — И хватит на сегодня разговоров. У нас еще будет время побеседовать. Поправляйся.
Похлопав меня ободряюще по плечу, маг вышел из палаты, оставив наедине с новой информацией.
Чувствуя себя вполне сносно, я пару раз прошлась вокруг кровати, выглянула в коридор, заглянула в соседние двери, и, еще немного посомневавшись, все же направилась к соседней палате.
Рыжий, как и я, лежал в палате один. Бледный, с ввалившимися щеками, отчего его острый нос казался непомерно длинным, со скорбно опущенными уголками тонких губ и прикрытыми глазами, он был похож на восковую куклу не самого лучшего качества.