Маска служанки (СИ)
— А вы двое стали близки. От детской неприязни не осталось и следа, — ревниво произнесла я.
Конечно, меня задевал тот факт, что пока я тосковала где-то одна, они были друг у друга.
— Да, мы переросли это. Нам пришлось. Война, она …. Меняет многое. Заставляет переосмысливать, — я чувствовала, как Санша пытается уберечь меня от ужасных деталей и подробностей выживания, так же, как и я ее, чтобы наши сердца не обливались кровью друг за друга, — В конце концов, он единственная семья, которая у меня тогда осталась. Я не знала где ты, и уж никак не ожидала встретить тебя во дворце.
— А что стало с остальными? Мама Индира?
Подваж губы, Санша покачала головой.
— Мертва. Ее убили еще в сражении в деревне. Она была стойкой и дралась как фурия. Но пала.
"Все в порядке! Я была готова к тому, что члены моей семьи могут быть мертвы!" — мысленно успокаивала я себя. Во всяком случае, я так думала…
— Как насчет родителей Ортиса?
Сестра снова отрицательно покачала.
— А Анура? — взволновано спросила я.
— Не известно, — грустно пожала плечами Санша, — Но сейчас важно другое! Мы нашли тебя, и ее найдем! А сейчас нам надо бежать!
— Что? Бежать? Куда?
— Я знаю парочку ходов. Отложенных денег у нас с Ортисом хватает, чтобы залечь на дно на какое-то время. В конце концов, у никити особо нет времени, чтобы их тратить. Мы сможем скрыться, переждать преследование …. Или может, ты все-таки хочешь вернуться в свое поместье?
— Нет, — покачала я, — Если мы будем все вместе- это неважно.
— Тогда продержись еще пару недель, пока я все не организую. Я дам тебе знак, и тогда будь готова.
— Подожди! — я вскочила с кровати, шлепая босыми пятками, и начала рыться в своей сумке, отрывая ее внутреннюю подкладку. Там хранились вещички, прихваченные мной из архива. Я достала серьги.
— Это двусторонний связной. Тебе не надо будет изощряться, ты сможешь связаться со мной, когда будет удобно, — я вложила в ее белую ладонь сережку в форме полумесяца, — Я буду надевать свою по возможности каждый вечер. И ждать новостей от вас.
Сестра обняла меня одной рукой, пряча сережку в высоком сапоге.
— Я рада, что ты выжила, — произнесла она мне на ухо, прежде чем бесшумно удалиться через окно.
После ее ухода, я была вся на взводе. Слишком многое на меня навалилось и в слишком рискованные авантюры я ввязалась, где слишком многие могли с легкостью от меня избавиться. А я упрощала им задачу, своим опрометчивым поведением. Меня просто напросто разорвут в клочья, если я оступлюсь: принц, королева, полковник сильф, близнецы Толлас. Теперь к ним наверняка добавиться еще и семейная чета Холлайс, узнав о том, как обошлись с ее любимой воспитанницей и о том, что их родовое поместье досталось какой-то оборванке.
А с завтрашнего дня, в список моих недоброжелателей пополниться еще двенадцатью невестами Робайна. Или тринадцатью…(Интересно, девушку, выбывшую из отбора перед нападением, все-таки оставили в замке или отправили домой?) Но по-другому я не могла. И что мне действительно нужно, да к это план. И помощь.
Тяжело вздохнув, я достала из порванной сумки голубую коробочку с рунами.
Вот она, печать великой Александрии, повелительницы ледяных вод. Советница Кеннеди говорила, что великие даруют необычайную силу своим послушникам. Что ж, сейчас я готова быть послушной. Лишь бы мой побег с Саншей и Ортисом удался. Да, звучит как так себе план. Но другого у меня нет.
Я открыла коробочку и увидела там печать. В буквальном смысле этого слова. И что с ней делать? Я открутила крышку, посмотрев на оттиск в форме руны воды Ви-Та, и прислонила его к своему предплечью, поверх небольшой отметины, оставленной мне моими настоящими родителями. Руна отразилась на моей руке и, вспыхнув голубым огнем, исчезла. Просто растворилась, въедаясь мне в кожу.
И что, все? Я теперь жрица великой Александрии? Получилось или нет? Я совсем ничего не чувствую. Вернее, чувствую себя так же, как и обычно…
Да уж, этот план был совсем никудышным. Нужно завтра же отправиться в храм Александрии в Бьорнграде и обо всем разузнать, теперь- то свободного времени у меня навалом.
Глава 9. Часть 1.
Мы становимся похожими на тех людей, с которыми общаемся.
Выбирайте свое окружение — какими мы не были бы уникальными, оно все равно влияет на нас.
Едва солнце поднялось из-за вечно заснеженных гор, в мою дверь настойчиво постучали. Кто это может быть? Для Иноны или модисток еще слишком рано. Санша или Ортис едва ли попытались бы сюда проникнуть через парадный вход. Окно- более приемлемый вариант. А близнецы Толлас уж точно не стали бы стучать, а просто ворвались, если бы им что-то понадобилось.
Сонная и ничего не понимающая, я замоталась в темный махровый халат и шлепая босыми пятками по полу, направилась к двери.
— Доброго утречка, Лисса. Значит это правда, — в дверном проеме стояла Лиф Балье в ее шелковом халатике, — Вы теперь одна из нас, невеста.
Я только кивнула, не зная, чего ожидать от этого визита.
— Нам срочно нужно это отпраздновать, заносите! — и деловито махнув ручкой Лиф пропустила свою камеристку в мою комнату.
Вдова Освальд деловито вошла, неся в руках поднос с дымящимся чайником и чашками. Не забыв при этом состроить кислую мину. Я была уверена почти наверняка, что она гадает, не связанно ли мое прошлое чаепитие с ее госпожой с тем, как быстро изменился мой социальный статус. И определенно не одобряет ничего, из происходящего. Но мне стыдно не было.
А за ней, в комнату проследовал Ортис. Он катил столик, уставленный всевозможными яствами: воздушной сдобой, сливочными муссами и ягодными кексами…
Я удивленно уставилась на него, а мой друг в ответ лишь сверкнул глазами, улыбаясь уголками губ.
Как? Какого черта он тут делает? Разве военным разрешено находиться в рыле невест будущего короля?
— Сегодня мы должны попробовать все! — радостно произнесла Лифа, помогая раскладывать тарелочки и подносы со всякими вкусностями на мой стеклянный кофейный столик. Но поймав мой пристальный взгляд, направленный на полуэльфа пояснила:
— Этого молодого человека мы встретили в общем холле, и он любезно согласился нам помочь с едой…ой, простите. Я сказала «человек», совершенно не подумав! Как к вам обращаться?
— Все нормально, — дружелюбно ответил Ортис, оторвав свой взгляд от меня, поворачиваясь к леди Лиф, — «Молодой человек»- сойдет.
Он уже направился к выходу, но я не могла отпустить его просто так. Вот уж нет! И тогда я неуверенно произнесла:
— Может быть… вы хотите остаться с нами на чай?
— Леди Лисса! — не сдержалась от упрека вдова Освальд. Ее лицо стало багрово- красным, прямо как наряды ее госпожи, а наздри широко раздулись. Еще немного и я могла бы увидеть струйки пара.
— Я уже устала напоминать своей госпоже о том, что не подобает леди в таком фривольном виде разгуливать по замку. Все бестолку. Видимо, с кем поведешься, — с этими словами она неодобрительно поглядела на меня, — Но позволить двум невестам принца принимать мужчину у себя в покоях, еще и в таком виде…. Просто непростительно!
Я снова покраснела, сильнее кутаясь в халат. Видимо, стыдливость- это то что ты получаешь вместе с титулом.
— И это все в преддверии Белтейна…
— На Белтейн половина господ является одетыми лишь в венки из свежих цветов. Не понимаю, вашей напускной скромности и благочестивости, вдова Освальд, решительно не понимаю! — отрезала Лиф.
— А в чем собственно дело? — спросила я, откусывая ягодную тарталетку, — Что такого в этом Белтейне? Это лишь праздник, во время которого жгут костры и провожают зиму.
Лифа удивленно уставилась на меня своими зелеными глазами, а ее камеристка с трудом сдерживала ехидную ухмылку.