The Walking Dead: проклятое перерождение (СИ)

— Давайте не будем сегодня о плохом, — решил я сменить тему, потому что не хотелось омрачать этот день.
— Поддерживаю, — согласилась Лилия.
Остальным тоже хотелось сегодня расслабиться, поэтому мы отложили эту тему.
Джеймс с Лилией хотели подойти к Мартину и Дункану, поэтому они от нас откололись, но вместе с ними я решили отпустить и Оливию, которая была не против компании близких друзей. Сам же я пошёл вместе с Джексоном к стойке.
— Знаешь, мне на самом деле есть о чём с тобой поговорить, — сказал я Джексону, когда мы подошли в стойке.
— О чём же? — спросил Джексон, передавая мне бутылку такого же пива, как и у него.
— О следующей вылазке в Ноксвилл, думаю, что нам следует поискать в нём такие же генераторы, — ответил я ему, кивнув в сторону оного, попутно открыв вручённую бутылку и сделав глоток.
На вкус пиво было ещё той мерзостью, ведь, хоть она и была холодной, благодаря снегу, оно давным-давно выдохлось.
— А ты чего хотел? — засмеялся Джексон, когда заметил, как моё лицо скривилось.
— Как ты это можешь пить? — спросил я его, поставив свою бутылку на стойку, при этом мысленно зарёкшись больше это не пить.
— Я пил и похуже, — пожал плечами Джексон. — А то, что ты сказал насчёт Ноксвилла — это хорошо, потому что, я тоже хотел поговорить с тобой о нём.
— Слушаю.
— Пока что город нас кормит. И неплохо кормит, — начал Джексон. — Но его ресурсы не бесконечны, за этот месяц благодаря грузовикам, которые мы также оттуда забрали, мы многое вывезли — запчасти от автомобилей, медикаменты, патроны, стройматериалы и много другого. При этом с каждым разом толпа ходячих начинает стягиваться к дороге, которая ведёт прямо к посёлку.
Да, это не приятная вещь. Когда мы покидаем на машинах город, ходячие успевают за нами увязаться, разумеется, они довольно быстро нас теряют, но мы уже столько раз совершали вылазку, что на дороге столпилась довольно большая толпа. И если мы продолжим, она постепенно будет двигаться в сторону посёлка, словно одеяло, которое мы медленно тянем на себя.
— Согласен это проблема, — кивнул я. — Но она довольно просто решается сменой маршрута.
— Так оно было бы, если бы не одно «но», — произнёс Джексон, облокотившись на стойкую. — Ты же помнишь группу, у которой мы забрали джип с пулемётом?
— Разумеется, — ответил я, кисло улыбнувшись. — Такое сложно забыть, особенно, когда в тебя из него стреляют. Но мы после того раз, так и ни разу больше не пересекались.
— Именно, — сказал Джексон. — И только благодаря этому мы беспрепятственно смогли собрать столько припасов. Вот только, что будет, если мы сменим маршрут?
— Мы можем случайно на них нарваться, — ответил я ему, поняв, к чему он ведёт.
В городе тоже есть такой риск, но только в нём есть укрытия — те же многоэтажки, на которых мы в прошлом устроили засаду, а вот на пустой дороге укрытий нема.
— Они пока что не знают, где мы, — продолжил Джексон, — поэтому они ещё и не пришли нам мстить. Если, конечно, то, что о них рассказал Маркус правда.
— Я думаю, что, правда, — сказал я.
— Ты ему веришь? — удивился Джексон.
— После стольких совместных вылазок, где мы рискуем своими жизнями и прикрываем друг друга? — риторически спросил я его. — Да, я ему верю.
Маркус уже множество раз доказал мне, что ему можно верить, да и ребят из его группы нормальные люди, которые уже сблизились с нами. А поскольку Джеймс с Лилией не держат на них зла, — никогда не перестану удивляться доброте этих двоих, — то и единственная причина недоверия исчезла. Хотя вот Оливия до сих пор зла на них, а в частности на Маркуса, как на лидера, за тот инцидент, но дальше холодных взглядов и безразличного отношения, это недовольство не уходит. Оливия — не глупа и понимает, что внутренний конфликт — это последнее, что нужно нашей группе.
— Ха, — хмыкнул Джексон, — а Майкл, так и не смог заслужить твоего доверия, несмотря на то, что тот тоже выходил с нами на вылазки.
Помимо Джексона о моём недоверии к Майклу знают ещё несколько людей, из-за того, что я плохо скрывал это самое недоверие к Майклу. Разумеется, о настоящей причине этого недоверия знает только Оливия, для остальных я говорю, что это просто играет моя паранойя и прочий, но довольно правдоподобный, бред — нет, ну точно по мне плачет Слизерин.
 
— Ладно, предлагают оставить этот вопрос на завтра, а сейчас отдохнуть, — сказал Джексон и, похлопав меня по плечу, ушёл к Джозефу и Джонатану, которые стояли у камина, где жарилась рыба, со своими жёнами.
Я был только за. К тому же у меня появился новый собеседник.
— Привет, — сказал парень в очках, подойдя ко мне.
— Здорово, — ответил я ему, пожав руку.
Этим парнем был моим бывшим земляком, он присоединился к нам вместе с остальными из группы Маркусом, а зовут его Дмитрий Смирнов. Пока я его не встретил, мне и не приходило в голову, как же я скучал по русскому человеку. Сам Дима приехал в штаты ради учёбы в колледже, которая вот-вот должна была закончиться, но тут неожиданно восстали мертвецы, вот он тут и застрял. Благо он свободно говорит на английском, иначе парню было бы совсем худо.
К сожалению, сразу поговорить с ним на русском у меня не вышло, потому что до этого я даже не задумывался, что говорю на английским. Поскольку то ли «магия» попаданца мне всё заботливо переводило, и я воспринимал всё на русском, то ли это благодаря другому «я», что жил в штатах и хорошо говорил на английском.
В общем, переключиться на родной язык сразу у меня не вышло, но спустя некоторое время, я снова свободно на нём разговаривал, чему сильно удивились остальные. Поэтому у нас с Димой сложились довольно дружественные отношения.
— Увы и ах, водки нет, — развёл я руками. — Есть только холодное, но отвратно пиво.
— Ну вообще-то не только, — усмехнувшись ответил он мне, протянув бутылку виски. — На последний вылазке Дункан и Мартин затащили несколько коробок.
— А чего это они под шумок сделали? — удивлённо спросил я его. — Я же не против.
— Ты просто тогда сильно был… занят, — Дима немного замелся, когда подбирал слово.
— Занят?.. — неуверенно переспросил я его, но потом понял о чём он и смутился.
Тогда мы проходили мимо очередного магазина одежды, вот только одежда в нём… скажем так, экономия ткани там было в приоритете. Да и прочие кожаные инструменты, для определённых действий там присутствовали.
И казалось бы, нахер оно нам нужно? Вот только выяснилось, что Оливия была другого мнения. Поэтому я был занят отговорами жены от идеи использовать эти вещи. Нет, конечно, я не против экспериментов, но не до такой же степени! Поскольку учитывая весь тот арсенал, я бы точно испустил после такого дух. Благо мне всё-таки удалось отговорить Оливию, и та с разочарованием, но всё-таки ничего не взяла.
— Кхм, я… буду благодарен, если мы… забудем этот момент, — сказал я, стараясь скрыть своё смущение.
— К твоему сожалению, я это никогда не забуду, — сказал мне Дима, улыбаясь и наливая мне виски в стакан. Откуда и когда он взял этот стакан — я проглядел.
Взяв протянутый мне стакан и чокнувшись, я принялся расспрашивать Диму о нашей родине. Мне просто было интересно, отличается ли Россия этого мира, от России моего. Но тут всё стабильно вплоть до царя-батюшки.
Правда, к сожалению, разговаривали мы не долго, уже после второго стакана виски уверенно стоять у меня не получалось. А вот Дима словно и не почувствовал налива себе толи четвёртый, то ли пятый стакан. И ведь как знал, что не стоит пить, ведь я не умею.
В приюте выпивкой баловались старшики и то, те, у кого на это были деньги. Я же все свои силы тратил на выживание и попытки сбежать из того ада, поэтому тратить деньги на сигареты и выпивку у меня времени не было. Да и самих денег тоже, всё уходило в копилку для ВУЗа.
Но, ладно, что-то меня унесло далеко в прошлое.
Сказав Диме, что мне нужно присесть, — милое кожаное кресло, я приметил уже давно, — я оставил его одного и плюхнулся в это самое кресло. Стоит ли говорить, что мебель мы также вывезли из Ноксвилля?