The Walking Dead: проклятое перерождение (СИ)

Мы же, не теряя ни секунды, побежали к машинам, небрежно закинув в них коробки с одеждой и быстро усевшись в салон автомобилей, поехали обратно к себе в многоэтажку.
***
Доехали до нашей временной базы, мы без происшествий, что не могло не радовать. Всю дорогу я отчитывал Эдмунда, который молча всё это выслушивал и краснел от стыда. И остановился я только тогда, когда высказал, всё что думаю и понял, что полностью выдохся, так что дальше я ехал молча.
И хоть я вроде бы и выговорился, но на душе, всё равно не спокойно, наверное, потому что не удалось, как планировалось взять и тёплую, и плотную одежду одновременно, к тому же, скорее всего, плотной не хватит на всех в группе. Это сильно расстраивало и раздражало.
Видимо мои чувства слишком отчётливо выразились на лице, и Оливия, которая сидела рядом их заметила. Поэтому в качестве поддержке она взяла меня за руку, то было очень приятно и раздражение, словно рукой сняло, да и настроение слегка улучшилось.
Так вот, приехав к многоэтажке и поднявшись к нашей группе на последний этаж, я оставил остальных разбираться с разбором этих коробок. Сначала я хотел пойти к Джонатану, чтобы узнать, как там дела с заболевшими и Джозефом, но тут мне на глаза попался Джексон, который сидел на полу и смотрел в него пустым взглядом игнорируя всё, что происходило вокруг него.
Вспомнив, что я обещал с ним поговорить, я решил отложить разговор с доктором на потом и подойти к Джексону.
Что же, видимо сейчас мне предстоит, очень тяжёлый разговор.
  
Глава 24: Разговор
 
Джексон выглядел очень жутко: кожа имел нездоровый бледноватый оттенок, а под глазами были гигантские и тёмные мешки, который свидетельствовали о том, что человек уже долгое время не спал.
— Привет, — произнёс я слово приветствия, через некоторое время, после осмотра внешнего вида Джексона.
Сам же Джексон мне ничего не ответил и даже не поднял с пола на меня взгляд, полностью проигнорировав моё присутствие рядом. Но с другой стороны он меня и не гнал прочь, так что я молча присел рядом с ним.
— Джозефа укусили, — сказал я, внимательно смотря на Джексона пытаясь отследить изменения в выражении его лица. — Хотя тебе, скорее всего, об этом уже давно рассказали Пол с Ноланом.
Я не знаю, были ли они с Джозефом дружны, но всё же Джексон, точно его знает и общался с ним, пока был лидером группы. Минуту мы просидели молча, я уже подумал, что ошибся и разговор о Джозефе, как и его судьба, Джексону неинтересны, но тут он неожиданно спросил:
— Ему не стало хуже?
— Сейчас не знаю — ещё не успел проверить его, — с небольшим опозданием, из-за удивления, ответил я ему. — Но сегодня утром он был в порядке и спокойно спал.
— Значит, я не ошибся, когда передал роль лидера тебя, — всё также, не смотря на меня, произнёс Джексон, словно не разговаривал со мной, а просто рассуждал вслух. — Вот даже смог предотвратить превращения Джозефа в ходячего.
— Здесь нет ничего особенного, — возразил я, но судя по всему, Джексон меня не слушает.
Он снова полностью ушёл в себя и в свои мысли. Он отстранился от всех: от людей в группе, от друзей и от мира вокруг. Поэтому я не совсем понимаю, как я — человек, которого он почти не знает, может ему помочь, после смерти любимой…
— "Смерти любимой?.." — эта мысль, словно электрический разряд, пронзила мой разум, и я понял, что должен сказать.
— Месяц назад, я… потерял жену, — отведя взгляд от Джексона, произнёс я. — У меня никогда никого не было, я всю жизнь был один. И когда прошлый мир рухнул, я стал искать смысл своего выживания, и она им стала. Она стала моей семьёй. Но я потерял её — она была застрелена, а её голову ходячие обглодали до самого черепа, затем мне пришлось хранить её в грёбанном парке, и я вряд ли хоть раз в жизни смогу вернуться к ней на могилу.
Это было больно говорить, но снова переведя взгляд на Джексона, я понял, что это было не зря. Он большее не игнорировал моё присутствие, а пронзительным взглядом смотрел мне в глаза.
 
— Как… как ты справился с этой потерей? — хрипло спросил Джексон.
— Поначалу никак, — покачал я головой. — Я достал револьвер и решил пустить себе пулю в висок, но когда я спустил курок, оказалось, что в револьвере закончились патроны. А потом, я понял, что такой поступок её разочарует — я разочарую её. Поэтому я принял решение, что любой ценной выживу и найду новый смысл. И знаешь что? Я его нашёл.
Я посмотрел в противоположный конец коридора, где стояла Оливия и разговаривала с Джеймсом и Лилией.
— После того, я как нашёл новый смысл, боль от потери жены стала гораздо меньше, — сказал я, не отрывая взгляда от Оливии. — Я понимаю, что боль вряд ли когда-нибудь исчезнет, но зато её можно ослабить и затмить другим чувством, которое ты потерял, после смерти любимой.
Джексон внимательно меня выслушал и отвёл снова взгляд, но на сей раз он не был пустым, он был глубоко задумчивым.
— Но прежде чем, я смог его найти было сложно, — продолжил я. — И больно. Очень больно. Но я продолжал идти, потому что если сидеть и ничего не делать, то ничего не изменится. И как я уже однажды сказал: "в нашем мире всегда можно успеть умереть, так что незачем торопиться с этим". Лучше потрать время, чтобы найти новую цель в жизни, Джексон.
Уголки губ Джексона слегка приподнялись, на мои слова, после чего он протяжённо выдохнуло.
— Говоришь прямо, как мой отец, — сказал Джексон, с небольшим смешком. — Я… я не уверен, что у меня получится так же. Сколько я себя помню, Мелисса всегда была рядом со мной и поддерживала меня. Мелисса такой человек… была таким человеком, который был готов пойти на всё ради друга и близкого. Именно она подержала меня, когда я вернулся из армии, потеряв множество друзей, именно она помогла мне справиться с потерей семьи, когда восстали мертвецы. Она была для меня всем… так что у меня вряд ли получится, как у тебя.
— Не совсем, но не буду спорить, — произнёс я, смотря на тихо плачущего Джексона. — Однако скажу так, если не попробуешь, то не узнаешь. Зачем сдаваться, если ещё неизвестно получиться или нет?
Судя по лицу Джексона, эти мои слова стали решающими для него, потому что тот смахнул слёзы и шумно втянул воздух в себя, чтобы успокоится.
— Ты… прав, — сказал он, поднимаясь. — Спасибо.
После чего он ушёл. Куда — я не знаю, но я точно знаю, что теперь Джексон пришёл в норму.
***
Когда Джексон ушёл, я просидел ещё некоторое время, разговор с ним, сам открыл мои небольшие раны, который почти затянулись благодаря Оливии. Но собравшись с мыслями, я поднялся и пошёл к Джонатану, как изначально и хотел.
На сей раз, я решил постучать, потому что уже середина дня и вряд ли Джозеф и Ванесса спят, так что думаю, что Джонатан не будет против шума. Доктор открыл мне дверь, благодаря чему я смог лицезреть его вечно уставшее лицо.
— Заходи, — бросил он мне, своим ленивым голосом, шире открывая дверь и пропуская меня внутрь. — Хочешь узнать как Джозеф или больные?
— И то и то, а также есть ещё и третья причина, — ответил я ему, зайдя в квартиру.
— Джозеф в порядке и в сознании, но всё равно ему лучше ещё полежать в постели, да и привыкнуть ему надо к тому, что у него теперь только одна рука, — сказал Джонатан и сел на стул. — Больные также идут на поправку, и завтра уже можно будет ехать. А что за третья причина?
— Сообщить тебе, что я поговорил, как и обещал, с Джексоном и это помогло, — ответил я ему. — Я могу войти к Джозефу?
— Да можешь, и спасибо что поговорил Джексоном, — сказал Джонатан, на что я махнул рукой — мол, не за что.
Зайдя в комнату, я увидел, как на кровати лежит проснувшийся Джозеф, а рядом на стуле сидит его жена и вслух читает книгу, которая, по всей видимости, нашли в этой квартире.
— Простите, что помешал, — сказал я, так как Ванесса перестала читать книгу вслух своему мужу.