Ник. Цикл (СИ)

Уже на третий день мне наскучило во время пробежки напрягать мозги, все время пытаясь рассчитать свое передвижение таким образом, чтобы загонять преследователей в лапы стражников. Поэтому я засел за комп и применил все свои знания и способности, чтобы переложить эту часть работы на своего электронного помощника. Задача на первый взгляд казалась простой — нахождение оптимального пути среди трехмерной модели города, к этому моменту уже построенной, не зря же я облазил почти весь внутренний город и часть внешнего. Наличие таких алгоритмов в бадди-компах является обязательным. Однако все это осложнялось дополнительными ограничительными условиями — передвижными препятствиями (стражниками) и необходимостью сталкивать своих преследователей с этими препятствиями. Мне не хотелось слишком углубляться в разработку оптимальной программы, на которую можно потратить много времени, голова была забита совсем другим. Поэтому я выбрал самое быстрое по написанию решение, но, по прикидкам, более ресурсоемкое по обучению и по загрузке компа — использовать пресловутые нейронные сети плюс еще кое-какой анализ. У них есть определенное достоинство — обучаемость. При правильно заданных граничных условиях работы и наличии достаточного для обучения времени их результативность многократно превышает другие «статичные» алгоритмы расчетов. К тому же сделал программу, запустил на обучение — и занимайся своими делами.
И тем не менее обучение нейросети двигалось медленно — слишком много динамически меняющихся параметров, пока я не сообразил сгрузить все это на удаленный субноут. Дело пошло веселее. Через пару суток я уже проверил работу программы в действии, и результат частично оправдал мои ожидания. Виртуальность, конечно, хорошая штука, но такие вещи лучше проверять на практике, и я не был уверен на все сто процентов, что проверка сразу даст положительные результаты. Поначалу были и накладки. Но вскоре все стабилизировалось. А комп, кроме того, продолжал обучаться уже на реальных данных, ведь реальность иногда даже более непредсказуема, чем фантазия человека. С этим утверждением можно поспорить, но я не буду этого делать. В постоянных спорах с самим собой и до шизофрении дойти недолго.
Тем не менее все эти игры сбивали график моих тренировок с оружием. Если сначала тренироваться дома, то из-за беготни я не успевал избавиться от сопровождения до наступления рассвета, даже с учетом возможностей компа, и тогда приходилось мириться с их присутствием. Поэтому я сразу начинал с пробежки, а потом уже в тихом уголке, или на той же стене, или в каком-нибудь парке устраивал тренировки. Правда, пришлось брать с собой свое оружие, рискуя нарваться на какого-нибудь любопытного, но мне все это нравилось. И нравилось красоваться перед девушкой, махая шестом или мечом. Она внимательно и явно со знанием дела смотрела на все, что я вытворяю. Иногда на ее лице мелькали тени каких-то мыслей, или она морщилась, когда я делал что-то не так. Короче, сопереживала.
Васа как-то прознал про мои ночные прогулки.
— Зачем ты это делаешь?
— А что? Мне нравится, да и, признаться, уже просто не могу без физических нагрузок.
— Ты хоть меч свой не бери, — с некоторыми признаками неудовольствия ответил Васа.
— Почему? — удивился я и вытащил меч из ножен, рассматривая его.
— Во-первых, меч у тебя типично эльфийский. Не спутаешь. Довольно редко случается, чтобы люди владели эльфийскими клинками. Во-вторых, могут заметить клеймо, сам понимаешь, к чему это может привести…
Я покивал.
— А если клеймо будет стоять другое?
— Вот как? И какое же?
— Мое собственное, — улыбнулся я.
Васа хмыкнул:
— Вообще это некрасиво. Клеймо — подпись мастера, сделавшего меч, ну или, как в данном случае, принадлежность кому-либо. В первом случае я бы не советовал менять клеймо, однако в твоем, думаю, хуже уже не будет.
— А почему некрасиво? Что может произойти?
Васа пожал плечами:
— Узнают — ославят. Вроде как чужую славу мастера решил себе присвоить.
Странно это. Ну да ладно.
 
Я долго думал, что бы такое сотворить. Просто так заменить клеймо неинтересно. В конце концов нужно же использовать свою фантазию и возможности Умника? И еще, насчет типичности для эльфийских клинков. Менять форму мне не хотелось бы — привык уже. А что, может, отвлечь внимание от формы меча?
Почесав свою репу, подумал. А почему бы и нет? С помощью Умника придал мечу иссиня-черный цвет. Посмотрел со стороны. Совершенно другой эффект. Вроде бы тот же самый меч, однако то, что это эльфийский клинок, уже не бросается в глаза. В принципе и клеймо практически не видно, только если приглядеться с близкого расстояния. Но раз уж начал дело, надо довести до конца. Как бы и тут выпендриться?
Я в задумчивости походил по комнате. Было бы круто и красиво посадить вместо клейма голограмму, но это не так-то просто сделать. Хотя… Ведь можно добиться эффекта игры света. Надо просто сделать такое покрытие, на котором будет происходить интерференция света. С такими мыслями я засел за поиск нужной информации. Один из найденных вариантов мне понравился своей относительной простотой.
Достаточно прорисовать рисунок насечками микронного размера, чтобы механизм заработал. Так и получилось. Старое клеймо я удалять не стал, только замаскировал его тонким слоем металла — вдруг еще понадобится, — а поверх нанес свой рисунок. На темном фоне всеми цветами радуги заиграл раскрывший крылья орел, в своих лапах держащий меч. Получилось тускловато, и, чтобы разглядеть все, надо присмотреться, но это и хорошо.
«Слушай, Ник, а насечки загрязняться не будут? Мне кажется, от этого весь эффект пропадет».
Я хлопнул себя по лбу:
«Ты гений, Умник! Действительно, достаточно попасть в насечки грязи или пыли, а она есть везде, и все… Хана красоте! М-да… Есть предложения?»
Мы помолчали.
«Значит, нет. Ладно, — вздохнул я, — давай вместе думать. Нам надо, чтобы на рисунок попадал свет. И в то же время желательно чем-то все это прикрыть. Какое может быть прозрачное и достаточно крепкое покрытие, а? Стекло? Алмаз? Нет, они хрупкие. При первом же ударе раскрошатся…»
«Слушай, Ник. А почему бы и нет?»
«А?» — Я выплыл из глубокой задумчивости.
«Ну смотри. Допустим, это будет алмаз. Покрываем им поверхность, магически укрепляем — и все!»
«М-да? — с сомнением протянул я. — А как ты будешь покрывать алмазной пленкой поверхность? Это ведь должна быть пленка с заполнением микротрещин, а алмазу вроде как такую форму не придашь… Или я ошибаюсь?»
«Ну сложности есть, конечно, однако можно попробовать все сделать проще. Совместить химию и магию. По сути, нам надо, только чтобы в трещины ничего не попадало. Вот. А ты возьми и замажь их, например, углем. Ненужное я уберу, а атомы углерода соберу в кристаллическую решетку алмаза, да еще и обеспечу хорошее сцепление атомов углерода и железа. Просто организую им взаимное проникновение. Если что, создам недостающее с помощью инфомагии. Ну а потом, как и раньше, наложу на все это укрепляющую информструктуру, которая, кроме всего прочего, не позволит атомам углерода и железа взаимодействовать. Что скажешь?»
Я только покачал головой. Сейчас был один из редких случаев, когда Умник сам предложил решение проблемы. Обычно на это его приходилось наталкивать.
«Ну давай попробуем».
Вспомнив, что на кухне я угля не найду — магическая печка, итить ее, я взял со стола сорванную ранее веточку с мелкими белыми цветочками и скептически посмотрел на нее. Не-а, зеленая. Оглядевшись и воровато посмотрев на дверь, я вырвал из какой-то старой книги страничку, достал из рюкзака свою зажигалку, которой не пользовался уже бог знает сколько времени, поджег бумагу и аккуратно положил на металлический поднос для фруктов. После того как она сгорела, аккуратно собрал получившееся черное месиво и втер в изображение орла.
«Ну как, пойдет?» — спросил я у Умника.
Через несколько секунд молчания он ответил недовольным тоном: