Ник. Цикл (СИ)
В общем, бóльшего бреда я не слышал — тут для гномов главным было исполнение и постоянно повторяющиеся слова о том, как ловко гном преодолевал препятствия. Под конец песни я откровенно скучал, в отличие от гномов, которые притопывали ногами и хором кричали припев. Тир исполнил еще несколько песен, похожих на первую. И почему-то периодически поглядывал на меня. В конце концов после исполнения очередной песни он вдруг обратился ко мне, и в его голосе я почувствовал скрытую насмешку:
— А может, Ник исполнит нам то, что предпочитают люди?
Что-то мне не нравится его тон. Да и ведет он себя странно. Я обратил внимание, что в последнее время, особенно сегодня, он постоянно задумчиво посматривал на меня.
Гномы на секунду замолчали. Васа осуждающе покачал головой. Я оглядел гномов. Бóльшая часть, уже похорошевшая от пива, только радостно подхватила слова Тира. И только Васа с Дортмуном не обрадовались его предложению. Да еще Лана раздраженно звякнула посудой. И что бы это значило?
— Дело в том, Тир, — ответил я, — что, хоть я и разбираюсь в музыке, ваших инструментов в руках не держал. И вряд ли смогу исполнить что-то интересное.
После этих слов Тир победно посмотрел на Лану. Тю! Да он запал на нее, что ли? И ревнует? Да-а, мне бы его проблемы. Но мне не понравилось выражение превосходства на его лице. Да и гномы разочарованно загудели. «А! — мысленно махнул я рукой. — Пропадать, так с музыкой!» Причем в прямом смысле.
«Умник! Сможешь подключиться к гномам, как мы с тобой днем отрабатывали, только ко всем сразу?»
«Ага, — тут же ответил он. — А что ты задумал?»
«Сейчас узнаешь».
— Однако, — неожиданно для всех сказал я, одновременно пытаясь сообразить, какую музыку им продемонстрировать, — если вы желаете узнать, что слушают у меня на родине, я могу это устроить.
Все тут же замолчали. Васа с интересом посмотрел на меня. Лана, чем-то занимавшаяся, выпрямилась.
Так, музыку со словами ставить не стоит. Надо акцентировать внимание на самой музыке. Классика? Нет, ее и у нас-то не все понимают. Ставить попсу — себя не уважать. Рок? Металл? Ну в принципе да. Но сначала попробуем что-нибудь попроще. Я нашел старые мелодии Эннио Морриконе, которые он писал под фильмы-вестерны и которые очень подходят к ситуации долгого похода. Такие длительные, мелодичные и тягучие звуки инструменталки, чистейшая, тончайшая гармония звуковых вибраций, заставляющих чувствовать ветер на лице и лошадиный галоп. Или же почти застывшее время, выраженное в музыке, для стоящих друг напротив друга противников-ковбоев.
«У тебя готово, Умник?»
«Да».
«Транслируй». — И я включил воспроизведение, при этом наблюдая за реакцией гномов.
При первых звуках музыки, идущей из ниоткуда, да еще с объемным эффектом, некоторые повскакивали со своих мест, сжимая секиры. Но бóльшая часть просто замерла. Вскочившие гномы медленно сели и тоже замерли. Если не знать, что они что-то слышат, то можно подумать, что впали в ступор или находятся под заклинанием недвижимости.
И именно в этот момент и сработал мой фаервол. Однако интенсивность воздействия была небольшой. Я повернул голову в сторону, которую на радаре отметили компы как место воздействия. Ну конечно, кто бы сомневался! Это был Васа. И похоже, он только сейчас осознал, что к нему вернулись его магические силы. Ничем иным нельзя объяснить такое потрясенное выражение его лица.
Я отрицательно покачал головой, и он, похоже, понял меня, так как сканирование прекратилось.
После окончания записи еще некоторое время стояла тишина. Всхлипнула Лана. Закряхтел Дортмун. Остальные, находясь под впечатлением, продолжали задумчиво и не шевелясь сидеть. Каждому мелодия навеяла какие-то свои ощущения и мысли, а может, и воспоминания.
Один Тир не успокоился.
— И что, у вас только такую музыку слушают? — сказал он, расстроенный тем, что я выкрутился, хотя видно было, что и на него музыка произвела сильное впечатление.
— А что? — спросил я.
— Да ну, — наконец оправившись, махнул рукой он, — с такой музыкой и врагов не надо, сам помрешь… от тоски.
Вот засранец, не сдается. А сидевшие рядом с ним гномы зашикали на него.
— А можно еще что-нибудь послушать? — попросила Лана.
Я ухмыльнулся:
— Почему нет? Хотите потяжелее? Только учтите, у нас слушают совершенно разную музыку.
И я включил очень популярную одно время группу, исполняющую тяжелый рок со словами на немецком языке, который немного похож по звучанию на гномий.
Эффект был потрясающий. Если предыдущая композиция ввергла гномов в ступор, чуть ли не в нирвану, то сейчас они вели себя ничем не хуже фанатов таких концертов. Кто-то топал ногами, кто-то потрясал своей секирой. А кто-то даже пытался подпевать. Особенно прикольно это было слушать, отключив для себя звуки компа. Ей-богу, сборище сбрендивших идиотов.
А меня что-то потянуло в сон, и я потихоньку ушел спать, оставив доигрывать композицию. И когда она доиграла, я уже мирно посапывал.
Глава 8
Утро началось с обычных хлопот по сборам в дорогу. Когда я оседлывал Принцессу, ко мне подошел Дортмун.
— Слушай, Ник! — начал он. Глаза его возбужденно горели. Видно, что он до сих пор не успокоился. — То, что было вчера… — И замолчал, не в состоянии подобрать слова из-за переполнявших его чувств. — Я просто в восторге! Даже с трудом уснул.
Я понимал гнома. Действительно, богатая палитра звуков и инструментов, никогда ранее не слышанных, а также исполнение вполне могут оказать сильное влияние на психику.
— Кстати, на каком языке там пели?
— Хорошо, что ты подошел, Дортмун, — не реагируя на его восторженный тон и последний вопрос, хмуро сказал я, — как раз об этом я и хотел поговорить.
Взяв гнома за рукав, я отвел его в сторону, чтобы не услышали остальные. Дортмун, не сопротивляясь, последовал за мной.
Отойдя на достаточное расстояние, я начал разговор:
— Слушай, Дортмун… Я тут поговорил с Васой и рассказал ему кое-что о своих делах. — Я замолчал, обдумывая, что говорить дальше.
Дортмун удивленно поднял брови:
— Решился все-таки?
Теперь удивился я:
— В смысле?
— Мы с Васой решили ни о чем тебя не спрашивать. Но раз ты сам начал разговор… Тебе нужна помощь?
М-да… Неужели все так просто?
— Ну, — нерешительно протянул я, — вообще-то так считает Васа. Я немного наследил у эльфов. Ничего криминального, — увидев реакцию Дортмуна, уточнил я. — Так вот, он считает, что меня не оставят в покое.
Мы немного помолчали.
— И о чем ты хотел попросить? — взглянул на меня Дортмун.
— Да… Так вот, не мог бы ты поговорить с остальными, чтобы они не трепались в городе обо мне? Да и с музыкой, признаться, я совершил глупость, просто не мог не ответить на подначки Тира.
Дортмун кивнул, как бы соглашаясь с моим последним высказыванием.
— С ним я уже поговорил о его недостойном поведении.
Я молча смотрел на гнома. Не Тир меня сейчас интересует. Дортмун вздохнул, заложил руки за спину и стал ходить взад-вперед, размышляя.
— Хорошо, Ник, — наконец сказал он, — я поговорю с ребятами. Проблема в том, что я не могу гарантировать их молчание. Сам понимаешь, ребята молодые, выпьют в таверне да и пойдут болтать. Всем рты не заткнешь.
— И на том спасибо, — согласился я. Действительно, не стоит ожидать большего.
— Ладно, — хлопнул меня по плечу Дортмун, — собирайся, а я пойду побеседую с Васой, обсудим сложившуюся ситуацию. — И, повернувшись, пошел к остальным. Неожиданно он остановился. — Да, — сказал он, обернувшись, — как-нибудь еще сыграешь свою музыку?
— Все, что угодно господину, — улыбнулся я и поклонился.
Гном засмеялся, махнул рукой и пошел дальше.
Караван привычно быстро собрался и тронулся в путь. Осталось сделать последний рывок. Гномы прекрасно понимали, что еще ничего не кончилось, и сохраняли бдительность. В один из моментов бадди-комп подал сигнал, что поблизости творится волшба. Это мы с Умником, еще когда делали радар, прикрутили его способность чуять магию к сигнальной системе компа. Магия было ненаправленной и слабой, а фаервол молчал, так как воздействие на ауру было небольшим. Переключившись на магическое зрение и оглядевшись по сторонам, я заметил, что это Васа что-то мутит. От него расходились тонюсенькие, практически незаметные нити, переплетающиеся друг с другом. Можно сказать, они образовывали сеть, похожую на облако, а Васа играл роль паука. Эта сеть постепенно росла, пока не накрыла полностью караван, и концы ее затерялись где-то вдали. Ну или просто разрешающей способности моего магического зрения не хватило, чтобы увидеть, насколько далеко они тянутся. Я заметил, что Васе потребовалось несколько минут, чтобы создать такое.