Ник. Цикл (СИ)

– Да, – кивнул советник. – Эта вуаль на мне так давно, и с моего вступления в должность мы никогда больше не поднимали этот вопрос, что я действительно упустил эту особенность из виду.
– Бывает. Человеческая память – пластичный материал и основа бытия человека. Она спасает его от перегрузок, лишних длительных чувств и эмоций, стирая острые грани воспоминаний и заполняя образующиеся пустоты новым знанием… Если не тренировать ее.
– Благодарю, – снова кивнул эль Торро. – Когда вернусь, мы продолжим разговор о человеческой сути. – Он тактично намекнул чародею, что не расположен сейчас к пространным рассуждениям на отвлеченные темы. Хотя они с Лулио оба любили философию и частенько дискутировали о высоких материях.
– Один поедешь? – цепко глянул на Эндонио чародей.
– Так надежнее.
– Понимаю, но не одобряю. Твоя жизнь для империи важнее жизни твоей дочери. И не надо так на меня смотреть – на правду не стоит обижаться. Тем более если это моя правда, – улыбнулся он. – Ладно, спонсирую я тебя одной искусной штукой в дополнение к моей защите. Не стоит складывать все бутылки с превосходным вином в одну корзину!
– О чем речь? И почему искусный амулет?
– Потому что искусники, что бы про них ни говорили, а это почти всегда правда, умеют иногда, шельмецы, делать стоящие вещи! – Лулио достал из сумки перстень с большим бриллиантом. – Это кольцо – незаменимая штука, особенно для таких неучей, как ты. Подпольный амулет. Взял на пробу, посмотреть что почем. На черном рынке стали появляться уже несколько лет как. Причем в основном рассчитаны на использование простыми людьми. Конкуренты появились, – с легкой наигранной грустью сказал чародей. – Не чародеи и не искусники. Мастерят потихоньку – забавные вещицы получаются.
– Да, я в курсе. Расследование ведется, но пока нет никаких результатов.
– Будут результаты, будут. И очень скоро.
– Как скоро?
– Не торопись, – покачал головой Лулио. – Всему свое время. Те, кто поставляет такие амулеты, хоть и опасны, но при правильном подходе к ним могут стать нашими союзниками.
– Опять ты за свое, – нахмурился Эндонио. – Сомневаюсь, что искусники могут стать нашими союзниками.
– Это не искусники! – уверенно заявил чародей. Потом пожевал губами, размышляя, говорить дальше или не стоит. – Это чужеземцы.
– Какая разница, наши – не наши, если они искусники? А искусники нам враги.
– Так было не всегда. И еще раз повторяю – это не искусники. Кордосцы в большинстве своем им в подметки не годятся, – рассердился Лулио. – Я бы сказал, что они потомки археев, если бы они были местными.
– Может быть, ты знаешь, зачем они появились на нашей земле?
– Я долго думал об этом. Прослеживал изменения разных вариантов будущего. Конечно, есть такие линии, что ведут к нашей вражде, но пока они слабые. В целом намерения чужаков прослеживаются довольно четко – они не любят богов и борются с ними. И у себя, там, откуда они родом, и здесь. Возможно, здесь им легче сражаться, потому и явились. А может, ищут союзников. Не знаю… Вторая вероятная цель – найти тут рынок сбыта своих амулетов и услуг. Интересуются они и Кордосом. Ты, конечно, слышал, что участились нападения на искусников – идет охота за архейским наследством, хотя они и сами подобны древним.
– Ты говорил, что искусники по сравнению с пришельцами – дети. А как насчет чародеев?
– На самом деле не все так просто. У кордосцев тоже есть тузы в рукаве. Там, где они проигрывают в мастерстве, они возьмут количеством. Да и у чужеземцев есть слабые места. Что же касается нашего брата, то и здесь точно такая же ситуация: явного лидера нет.
– Что-то тут не стыкуется.
Лулио пожал плечами:
– Пути Искусства и чародейства порой извилисты и непредсказуемы. А уж какую доктрину исповедуют пришельцы, вовсе не берусь утверждать. Только она одновременно похожа и на Искусство, и на чародейство. Очень, скажу тебе, необычное сочетание. Я уже говорил, но повторю еще раз – нужно искать подходы к чужеземцам. Постарайся найти хоть одного из них – я хочу потолковать с ним.
 
– Ищу. Еще с первого нашего разговора с тобой на эту тему. Пока нет результата, – развел руками Эндонио.
– И еще. Чувствую, что твоя дочь каким-то образом связана… хм… вернее, ее возвращение как-то приблизит поиски. Поэтому и не отговариваю тебя.
– Я понял. – Советник слегка удивился, но виду не подал. – Это кольцо чистое?
– Конечно! – Чародей даже возмутился от такого подозрения. – И я лично проверил, и наш отдел. Никаких сюрпризов.
– Хорошо-хорошо, – примирительно выставил руки эль Торро. – Что оно делает?
– Это один из самых дорогих амулетов на рынке. – Лулио еще во время разговора нацепил перстень на палец и теперь с интересом принялся разглядывать его, точно впервые увидел. – Искусная вязь здесь абсолютно незнакомая, но общие принципы те же. Так что назначение плетений понятно. Да и продавец ничего не скрывал. Как я говорил, эти амулеты рассчитаны на использование простыми людьми. В алмазе – накопитель маны и разная искусная дребедень. Надеваешь кольцо на палец – оно активируется. Другой рукой нажимаешь на камень – вокруг образуется защитный кокон, который сложно пробить даже арбалетным болтом в упор. Но он практически бесполезен от огня и холода, так что моя защита в этом плане лучше. Однако этот же самый кокон великолепно разрушает искусные плетения, которые в тебя могут кинуть. Поэтому я и даю его тебе.
– Что насчет конструктов? – заинтересованно спросил Эндонио.
– Те, которые с начинкой из маны, не разрушаются, но изрядно портятся и не могут выполнять свою задачу. Если без маны, то проходят спокойно. Но ты не волнуйся насчет чародеев, против них у тебя есть моя защита. Как будто попадаются амулеты, которые защищают и от чародейства, но я пока таких не нашел. Смотри дальше, – продолжил рассказывать и показывать Лулио, расцепив руки. При этом легкая дымка вокруг него пропала. – Сжимаешь ладонь в кулак и направляешь на противника.
Лулио вытянул руку в сторону стены и выполнил свою же рекомендацию. Тут раздался сильный удар, и часть декоративной деревянной панели вмялась в стену и мягко осыпалась на пол небольшими щепками. Советник поморщился, но ничего не сказал. Чародей продолжал как ни в чем не бывало:
– Но это слишком затратно. Несмотря на хорошую емкость алмаза-накопителя, ты сможешь атаковать так не больше десяти раз. Защитный кокон, забыл сказать, может держаться около получаса. Конечно, срок зависит от того, какие нагрузки он будет испытывать. Ну и последнее, на что способен этот амулет, – определять наличие людей на расстоянии до двухсот шагов. – Лулио разжал кулак и направил ладонь на советника. – Вот… работает, значит. То есть куда направишь раскрытую ладонь, там амулет и будет смотреть. Если есть кто-то, то он будет покалывать. Немного неудобная штука, но иногда и такое может пригодиться.
– Неплохо, – покачал головой советник. – Но как простые люди могут им пользоваться? Непонятно!
– Вот тут и кроется то, о чем я говорил ранее. Здесь есть нечто такое, что находится близко к чародейству: амулет реагирует на желания хозяина. Соответственно, можно было бы обойтись и без всех этих размахиваний руками, но контролировать свои мысли на таком уровне могут лишь чародеи. Поэтому и существует жестовая составляющая. Конечно, это ограничивает в чем-то, например, не вызовешь мыслью хотя бы тот удар, но это лучше, чем если необученный хозяин неосознанно разрушит все вокруг.
– Спасибо. – Советник принял подарок.
– Не за что. Дарю. Мне оно без надобности, а тебе может пригодиться. Изучая такие штуки, можно многое узнать о противнике, хоть я и не считаю чужеземцев противниками. Но все равно каждый раз с интересом и удовольствием исследую их изобретения… Причем учти, хоть эта штука и полезная, но задумайся – будут ли они пускать на рынок действительно мощные и сильные амулеты?
Советник кивнул.
Спустя два дня Эндонио эль Торро прохаживался по залу в небольшом домике, удаленном от столицы на расстояние суточного конного перехода. Хоть и недалеко, но в случае необходимости советник сможет защитить здесь свою дочь, хотя ее ценность как заложника практически снизилась до нуля. Но… Пока ситуация не стабилизировалась, пока игроки не осознали изменившегося положения вещей, все может произойти. И Эндонио предпочел не рисковать.