Ник. Цикл (СИ)
А напрягался Слурин из-за того, что у всех их воинов такие печати были фальшивыми. Вернее, настоящими, но обезличенными, что стоило просто огромной суммы денег. Подделки имело смысл применять лишь потому, что у уличных патрулей отсутствовали довольно дорогие амулеты идентификации, а использовались несложные, определяющие лишь наличие неразрушенной искусной печати.
Если и сегодня не удастся найти девчонку, придется бросить поиски и отправиться за город на встречу с основной группой, которая вместе с освобожденным узником ожидала оставшуюся в городе поисковую тройку. Испытывать судьбу дальше становилось слишком опасно. После того как официальную резиденцию коменданта разрушил неизвестный чародей (сам Слурин скептически относился к официальной версии: скорее всего, активировали по ошибке какой-нибудь искусный амулет, а свалить все решили на оробосцев), стало слишком жарко от снующих повсюду сыщиков, филеров и прочей служивой нечисти.
– Стой! – шепотом скомандовал Слурин.
Охрана мгновенно остановилась и перекрыла своим вниманием возможные направления нападения на группу. Чародей же хмурился. Один из исследовательских конструктов передал непонятную информацию. Нет, следы беглянки, на которые они были настроены, не нашлись. И это не очередной прохожий. Это было что-то странное. А любая странность в их положении может либо открыть что-то интересное, либо привести к неприятностям. Немного посомневавшись, чародей все-таки решил не пропускать мимо внимания то, что нашли его конструкты.
Проинструктировав охранников, Слурин взмахом руки отправил их в глухой переулок, который так его заинтересовал. Там, в разросшихся кустах колючего растения глармуны, вылезшего через ограду дома, и находилась найденная аномалия. Первый охранник, обнажив меч и надев на голову повязку с темным стеклом, закрывшим глаза, отправился вперед. За ним, на расстоянии в двадцать шагов, – второй, и замыкал шествие чародей. Про себя Слурин помянул добрым словом их командира, озаботившегося такими полезными искусными штучками, как амулеты «ночного глаза». Ему было интересно, как и где их достали заказчики экспедиции, но вопросов он не задавал – и так понятно, что никто ничего не скажет. Зато эти и другие искусные амулеты, выданные им, практически не отслеживались искусниками и позволяли не тратить чародею силы. По сути, благодаря амулетам вероятность успешного выполнения задания изначально оценивалась как достаточно высокая. Да и вообще, хоть оно и было трудным по исполнению, но предварительная подготовка, проведенная самими заказчиками, оказалась выше всех похвал – только приди и возьми. То, что один из спасаемых пропал, неприятно, но не смертельно – их вины в этом нет: просто кто-то успел его перехватить.
Римин, который шел первым, приблизился к кустам. Амулет окрашивал окружающее в непривычные зеленовато-красные тона. Сжимая рукоятку меча правой рукой, левой он бесшумно отодвинул в сторону ветку. Куст был не настолько густой, чтобы там могли спрятаться хотя бы три человека, но пока никого не видно… Меч тут явно бесполезен, и Римин вложил его в ножны, взамен достав длинный нож. Затем, стараясь не производить лишнего шума, он ввинтился внутрь растительности и остановился. Ничего не видно… Ветви, листья… Что же тут почудилось чародею?
Внимание воина привлекло какое-то шевеление. Неожиданно несколько «ветвей» своим движением выделились на фоне неподвижных кустов, и с легким испугом Римин понял, что буквально на расстоянии вытянутой руки видит человека. Или пародию на человека… Или… Он пригляделся… Скелет? Вот скелет сделал движение в его сторону…
Тут же инстинкты выбили из головы все мысли, и Римин стал действовать, как его учили – сначала бей, потом думай. Удар ножом под ребра – лезвие лишь скользнуло по кости, не встретив плоти. Удар по шее лезвием клинка – сталь безрезультатно проскрежетала по позвоночнику скелета. А ведь этим ножом он на спор рубил железные прутья!
Римин выскочил из кустов и подбежал к чародею:
– Живой скелет!
– Кто? – Слурин внимательно поглядел на него.
– Живой скелет! – уже взяв себя в руки, спокойно повторил Римин. – И его не берет сталь.
– Ладно, – не стал пускаться в бессмысленные разговоры чародей. – Тупик глухой, и, судя по всему, сюда не заглядывает даже стража. Но мало ли… Контролируйте вход, а здесь я сам справлюсь.
Проводив взглядом воинов, Слурин задумчиво пробормотал:
– Значит, живой скелет… Чудеса! – Затем он внимательно оглядел кусты и присмотрелся к ограде рядом. Для начала создал защитные конструкты, стайкой закружившиеся вокруг него, как бы заключая чародея в замкнутый шар. Пара таких штук у него всегда была наготове, но тут Слурин решил перестраховаться и выпустил из специальных ловушек, расположенных в поясе торговца, их обычное боевое количество. Живых скелетов он еще не видел, хотя на големном турнире, говорят, редко, но встречаются такие.
Кованую оградку, к которой прислонился чародей, конструкты не замечали и спокойно проникали сквозь нее. Точно так же они игнорировали каменные столбы ограждения. Но стоит только появиться какой-либо угрозе, маленькие охранники тут же начнут действовать: одни вцепятся в летящую стрелу или камень, разламывая их. Другие, влетев в тело напавшего врага, станут выжигать ему внутренности, а если у того есть искусная защита, то работать начнут третьи конструкты, проедая ее. А вот против чародейской защиты, такой, как у Слурина, нужны более сложные конструкты, но сейчас он не стал их создавать, резонно предположив, что в данный момент это будет лишним, – вряд ли ему здесь встретится противник-чародей.
Вскоре все было готово, и Слурин принялся за создание исследовательских конструктов. Это заняло больше времени – к такой работе он заранее не готовился и их пришлось создавать на месте. Слова Римина он все же принял всерьез: тот – воин спокойный, рассудительный, говорит только то, в чем уверен.
Наконец и эта работа была выполнена. Слурин вытер рукавом выступивший на лбу пот и несколько мгновений отдыхал, просто наблюдая, как последние конструкты буквально облепили куст, медленно кружа в завораживающем танце… Некоторые из них, внезапно остановившись, ныряли внутрь куста, а спустя какое-то время выныривали обратно. Сверху над облаком мельтешащих в чародейском зрении огоньков висел конструкт, по размерам превышающий остальные в несколько раз. Именно он руководил простейшим первоначальным сбором информации, управляя своими мелкими собратьями. Примерно такой же находился и над головой чародея, обеспечивая контроль окружающего пространства дальше десяти шагов. Ближе этого расстояния защитные конструкты сами могли справиться с угрозой.
Слурин встрепенулся. Появилась первая информация. Так, что тут у нас? В основном растения, что естественно. Дальше – земля и… кость. Хм… Может, действительно скелет? И откуда он тут взялся? Ага, понятно, почему его разведчик обнаружил здесь «странное», что было его вторичной целью после поиска следов интересующей их девушки. Объект шевелился, как человек, но у него отсутствовала аура.
Своими конструктами-разведчиками Слурин гордился по праву. Они были способны не только отличать движения животного от движений человека, различать шевеление кустов, листьев и травы под действием ветра или живого существа, но и находить слабые аурные следы, сообщать о приближении людей и много чего еще полезного. Часто бывает, что вычислить противника-чародея можно только по таким вторичным признакам.
По мысленной команде чародея большая часть конструктов скрылась в кусте, практически облепив скелет. Спустя некоторое время Слурин, получив результаты, пришел в возбуждение – найденный скелет оказался големом, но каким! Совершенно самостоятельным и без внешнего управления. Правда, о том, что это голем, говорило лишь наличие специфических следов – отпечатки эмоций создавшего его чародея. В остальном же, как с неудовольствием признался себе Слурин, он ничего не понял. То ли на скелете стоит мощная защита от чародейского взгляда и нюха, то ли половины стандартных управляющих конструкций там попросту нет. Однако как-то же он двигается?