Ник. Цикл (СИ)

Так, осталось пятнадцать минут. Стыкуем. Готово. Я про себя хмыкнул — в запасе есть еще десять минут. Хорошо, тогда пошалим. Я вывел на экран из базы данных плетение голосового управления светильниками…
— Время! — прозвучал несколько напряженный голос Мондрида. — Готов ли соискатель?
— Готов! — Я встал.
— Хорошо, показывай и рассказывай, — предложил председатель комиссии.
— Итак, — начал я, — данный шар является…
Минут пять подробного объяснения — и настал момент демонстрации.
— Даем сигнал: красный! — На амулет последовал определенный заранее сигнал. Шар полыхнул красным. — Синий! Зеленый!
— У комиссии есть вопросы? — спросил Мондрид, слегка улыбаясь.
— Да, — незамедлительно ответила хмурая Дитрия. — Пусть объяснит, что за игры он устроил во время подготовки и зачем прикрутил к столу какое-то дополнительное плетение.
Все с интересом стали всматриваться в мой стол. И если Бифур тут же пожал плечами, видимо не поняв, в чем дело, то Мондрид и Дитрия не отрывали от него взгляда.
— О, здесь все просто. Эта штука — аналог тестового стола. — Я намеренно с улыбкой произнес «инженерную» фразу и не был склонен пояснять термин нормальными словами. Сейчас чем закаблученнее и непонятнее будет моя речь, тем лучше. Имидж фанатичного мага-исследователя не от мира сего нужно поддерживать. Главное, чтобы при этом все красиво работало. А слушающие меня пусть почувствуют себя тупыми идиотами. Им это очень полезно, особенно Дитрии. — Мне необходимо было разобраться в работе измененного шара. Смотрите… — Переставив шар обратно на рабочий стол, я быстренько присоединил его к плетению. Вытянув палец в сторону стола, ставшего амулетом, произнес: — Трах-тибидох-тибидох.
Запустился механизм перебора красиво подобранных цветовых комбинаций. Шар переливался всеми цветами радуги. Эх, жаль, нет возможности подключить звук, к плавной смене цветов хорошо бы подошла неторопливая музыка. Плетение шара не предусматривало регулировки яркости, поэтому с цветовой гаммой пришлось немножко повозиться. Но земные инженеры давно умеют решать подобные проблемы, получая пониженную яркость свечения сериями коротких вспышек, а граничные цвета — быстрой сменой комбинаций основных цветов. При моих компьютерах и понимании модели магии переложить старое земное решение на лунгрийский лад не проблема.
Пока они смотрели представление, я огляделся. Криса сидела радостная и улыбалась мне, Васа на самом краю трибуны президиума (он как лицо заинтересованное в комиссии голоса не имел и только присутствовал на экзамене) кивнул. Гномы на остальных трибунах активно перешептывались.
— Дитрия? — Мондрид посмотрел на гномиху.
Та неохотно кивнула.
— Хорошо, продолжаем. — Мондрид сел обратно.
— Второе задание. — Дитрия перевела свой недобрый (и что я ей сделал?) взгляд на меня. — Интеграция эльфийских и гномьих плетений. — Она подала знак, и на арену вышел эльф и стал что-то мудрить с кругом земли радиусом около пяти метров. За ним появились с пяток гномов и быстро смонтировали рядом какую-то установку.
— Задание как раз на третью ступень, — стала объяснять гроссмейстерша. Очередная подковырка? — Эльфийское плетение определяет уровень влажности почвы. Если почва сохнет, то воздух над этим местом начинает светиться красным. Рядом стоит механическая поливалка с магическим управляющим плетением. Необходимо состыковать их таким образом, чтобы, когда почва высохнет, поливалка включалась и орошала землю необходимым количеством влаги.
Тем временем эльф сделал свою работу, и над тем местом, где он химичил, воздух действительно засветился. Земля явно была сухая. Да, придется подумать. С подобными задачами я еще не сталкивался. Ко мне подошел один из гномов и показал, как активируется плетение для запуска поливалки. Прикольная смесь техники и магии, скажу я вам. Аппарат сработал, и над экспериментальной площадкой закапал небольшой дождик, увлажняя землю. Свечение медленно погасло. Поливалку выключил уже я сам.
— На это задание дается час, — скрипучим голосом заявила Дитрия. — Время пошло.
 
Дитрия
Что за мерзость эти приемные экзамены! Сидишь за столом, как полная идиотка, разглядывая потуги очередного трепещущего перед тобой сосунка. Ну с чего это взяли всякие молодые придурки, что у них что-то получится в интеграционной магии? Если состыковал разок в жизни парочку плетений у себя дома, это еще не означает, что ты способен сделать нечто серьезное и полезное. Понятно, денежек молодежь очень хочет! А интеграция на первый взгляд — это так просто. Ничего, Дитрия прекрасно умела объяснять незадачливым соискателям, что им на ниве этой деятельности абсолютно ничего не светит. Опытный маг-экзаменатор знает немало хитростей, которые можно подмешать в экзаменационное задание. Плетения, которые следует состыковывать, будут выглядеть привычными, однако у горе-претендента вряд ли получится сделать что-то путное. Дитрия на экзаменах всегда досыта кормила соискателей подобными штуками.
Конечно, в прошлые времена экзамены проводились несколько иначе. Когда гроссмейстер сама сдавала экзамены на ступень и звание мастера, гномы-маги ее активно поддерживали и даже давили на принимающих, чтобы те давали полегче задания и закрывали глаза на небольшие ошибки и промахи. А уж какие-то пакости подмешать к задаче — об этом не было и речи. Руководство гильдии прекрасно понимало, насколько нужны гномам собственные мастера интеграции. Когда Дитрия доказала свои способности в этой области, она получила огромную поддержку совета в своей карьере. Правда, пока доказывала, пришлось немало помыкаться. Все шпыняли, и никто в смысл ее занятий не верил. Да и перекупленные людишки, заведовавшие тогда направлением интеграции в гильдии магов, первыми осознав, что растет серьезная конкурентка, подстраивали пакость за пакостью. Все изменилось, когда однажды ей удалось удачно помочь состыковать эльфийские и гномьи плетения самому архимагу, повздорившему в очередной раз с людишками-интеграторами. Уж больно много денег они требовали за какую-то мелочовку. Архимаг после этого случая заметил начинающую магиню и дал указание всячески поддерживать развитие ее талантов. Хотя и тогда мерзкие людишки пытались исподтишка пакостить где могли.
Ничего! Настало и ее время. Постепенно выросли ученики ее школ, которых Дитрия начала создавать при поддержке руководства гномов, разыскивая в удаленных от столицы селениях и городах талантливых молодых магов. Она выполняла эту работу с энтузиазмом, уж больно не хотелось, чтобы способные юноши и девушки повторяли ее прошлые мытарства. И ученики по большей части отвечали ей признательностью и уважением. И эти мерзкие людишки стали терять свои посты. Не сами, конечно, уходили — кто ж такую синекуру добровольно отдаст в чужие руки? Но Дитрия умела «помогать». Бывшие руководители интеграционного направления в гильдии гномов были быстренько обвинены в запрещенных экспериментах и стали изгнанниками, кое-кто уже во второй раз. Стократно отлились мерзавцам слезы бедной сиротки!
Вскоре направлением интеграционной магии в гильдии стала заниматься почти исключительно Дитрия со своими учениками-выдвиженцами. Архимаг было обрадовался. Он надеялся, что теперь проблем с тратой огромных ресурсов на интеграционное направление не будет. Свои не должны грабить своих. Зря ждал, старый сучок. Дитрия и ее соратники вовсе не собирались работать за бесплатно. Руководитель гномов вскоре проклял тот день, когда решил помочь молодой магичке-интеграторше вырасти в сильного мага. Услуги перекупленных магов-людей обходились намного дешевле. Но было уже поздно. Новоиспеченная гроссмейстер оказалась весьма хваткой дамочкой.
Попытки проработать ближайших помощников главной интеграционной магини успеха не возымели. Дитрия умела выбирать кадры. Ближайшие сподвижники были преданы ей всей душой. Да и как иначе, ибо на каждого из них у гроссмейстерши имелась крепенькая уздечка, которую по мере необходимости она, не задумываясь, натягивала своими красивыми пальчиками. Как полезно порой помогать соратникам удовлетворять различные мелкие страстишки и слабости! К предложениям архимага проявили интерес лишь немногие из учеников школ Дитрии, те, кто или был слишком чист и целомудрен и потому не получал серьезного продвижения по службе. Но и они не горели желанием помогать бороться со своей наставницей, помня, что, как бы там ни было, гроссмейстерша открыла им дорогу в большую жизнь. Какие чудаки! Разве благодарность чего-то стоит в этой жизни? Но как полезна иногда бывает чужая глупость.