Ник. Цикл (СИ)

– Подтверждаю, – прервал Торвин эскалацию обвинений еще в зародыше, – против полога невидимости лазутчика амулеты не действовали, хотя сами по себе они исправны. Это мы проверили непосредственно перед собранием. Возможно, лазутчик очень силен в «скрыте» или просто знает, как обмануть наши амулеты. Поэтому до тех пор, пока мы не обнаружили причину, рекомендую всем обзавестись еще и «дедовскими» средствами обнаружения «скрытников» – зеркалами и амулетами, чувствующими магический фон. Продолжаем. Какие еще ошибки были нами совершены?
– Мы удерживали лазутчика почти минуту – достаточное время, чтобы любой из наших магов и лучников мог прицелиться. А боевых магов трое было, два из них – мастера, почему они не действовали?
– Мы боялись зацепить вас. Судя по следам и вашим действиям, чужак очень ловко маневрировал, стараясь прятаться за вами, – отпарировал маг. – Не забывайте, в тот момент мы его уже не видели – он выключил свою защиту. Очевидно, он прекрасно понимал, что ее видно в магическом зрении.
– Да мы специально кольцо с вашей стороны приоткрывали, чтобы вы могли действовать! Неужели непонятно было?
– Принято! – прервал перепалку Торвин. – Совместные действия магов и рейнджеров мы специально отработаем на тренировках. Что дальше?
– Я не стал ставить защитный полог, признаю свою беспечность. Не ожидал, что чужак вырвется из кольца, – признал свой прокол Энхвиль.
– Что еще? Похоже, у вас есть кое-какие соображения на этот счет? – обратился Торвин к группе рейнджеров, удерживающих своего собрата, стремящегося выступить. – Ну говори, не стесняйся.
– У нас сложилось впечатление, что чужак на нас как-то магически воздействовал. У всех нас одновременно под конец боя сильно закружилась голова.
– Я никакого магического всплеска в это время не почувствовал, – вмешался один из боевых магов. – Может, вы просто выдохлись, знаете, от переутомления тоже иногда голова кружится…
– Секундочку, – вмешался Торвин, боясь, что маги с бойцами опять переругаются, – а слабую ментальную магию ты с такого расстояния почувствовал бы?
– Нет, но ведь на бойцах хорошие амулеты – слабой ментальной магией их не пробьешь, а другую я почувствую.
– Против невидимости амулеты тоже не подействовали. После этого и ряда предыдущих случаев у меня вообще складывается впечатление, что наши известные артефакторы из рода Эрлиомари значительно преувеличивают их достоинства. – Торвин не смог удержаться от шпильки в сторону рода, конкурирующего с королевским. – Предлагаю дождаться нашего мастера ментальной магии, пусть он проверит, было ли ментальное воздействие или нет. Если, конечно, это можно увидеть по прошествии нескольких часов. В чем еще, на ваш взгляд, мы ошиблись?
Выслушав несколько предложений, Торвин понял, что ошибки уже начали выдавливаться из пальца, и решил перейти к следующей теме.
– Похоже, основные просчеты мы перечислили. Добавлю в общую копилку еще и свой промах: видя, что коллега не прикрыт защитным пологом, я оставался на своем месте, не оптимальном для противодействия в данной ситуации. Теперь можно подвести итоги. Наша главная проблема в том, что все мы зазнались, недооцениваем противника и оттачиваем свое мастерство не так настойчиво, как раньше. Думаю, случаи последних лет, включая этот, послужат нам отличным уроком. Я уже мысленно набросал план усиленных тренировок. Будем отрабатывать как борьбу с проникновением на нашу территорию чужаков, так и отдельные слабые моменты вроде взаимодействия магов с бойцами, а также действия бойцов против магов в условиях неработающих амулетов. Прошу рейнджеров и боевых магов остаться после собрания для обсуждения плана. Изменения в системе безопасности посольства, сигнальной сети и режим передвижения мы обсудим при участии посла и Хервина. На данный момент по моей просьбе Энхвиль законсервировал место схватки. Будем ждать возвращения посла и наших сыскарей, занимающихся делом его похищенного помощника. Возможно, им удастся по запаху лазутчика отследить, куда он отправился. – Торвин сделал паузу, дав присутствующим переварить информацию. – У кого-то еще есть предложения по принятым мерам? – Выслушав пару незначительных предложений, он уже собрался перейти ко второму вопросу – установить, кто же организовал проникновение лазутчика и кем этот лазутчик мог быть, но взгляд его упал на Эль, неуверенно пытающуюся взять слово.
 
После случая в священной роще Эль побаивалась что-то предлагать серьезным и опытным эльфам. В лицо ей не говорили, но по ухмылкам она легко определяла, что думают большинство опытных эльфов о ее рейнджерских и магических способностях и о любом ее предложении в этом свете. Однако в этот раз, похоже, свою роль сыграл тот фактор, что остальные показали себя не с лучшей стороны. И вместо ухмылок Эль встретила довольно благожелательные взгляды, что сделало ее посмелее.
– Как я поняла, основная проблема оказалась в том, что маги боялись задеть бойцов. Почему бы не использовать плетения, которые будут опасны только для чужаков и безопасны для рейнджеров, которым заранее выдадут амулеты от этих плетений? Тогда маги смогут без опаски атаковать врага, не боясь задеть своих. Думаю, вначале можно использовать плетение, бьющее по площадям, которое особым образом зацепится за ауру чужака и облегчит попадание следующих, уже более нацеленных плетений…
Торвин вопросительно глянул на Теронвиля, главу боевых магов делегации, и, получив утвердительный кивок, означающий, что такое в принципе возможно, ответил:
– Отличное предложение, Эль, пожалуй, лучшее за сегодняшний вечер. После собрания мы с тобой и боевыми магами обсудим идею. Если удастся разработать достаточно эффективные плетения такого вида, то взаимодействие бойцов и магов существенно облегчится. Есть еще предложения? Нет? Тогда переходим ко второму вопросу, а именно: кто же мог устроить нам такую подлянку? – Торвин, заложив руки за спину, задумчиво прошелся до окна и обратно. – Судя по действиям лазутчика, он действительно был демоном. Конечно, среди других рас (и среди нас, эльфов) тоже встречаются целители, способные хорошо развить свое тело и не уступать демонам в скорости, но для этого им приходится активно насыщаться магией, и на серьезные заклинания у них уже не хватает силы и концентрации. А противник умудрялся одновременно двигаться (быстро, даже по демонским меркам), удерживать полог невидимости и отбивать магические атаки – такое можно делать, только если от рождения обладаешь завидными физическими способностями. Если я что-то не учел, поправьте меня, мэг Эльхиль, – обратился Торвин к просидевшему все обсуждение молча отрядному мастеру целительской магии.
– Нет, все правильно. Правда, знавал я как-то одного человеческого гроссмейстера целительской магии, так он и быстро бегать, и колдовать одновременно умудрялся. Только это давным-давно было, сейчас он уже старик, тысяча лет – не тот возраст, в котором побегаешь, будь ты хоть трижды гроссмейстером. Даже из эльфов немногие до тысячи доживают, что уж о человеке говорить. Что касается других гроссмейстеров целительства, то они на такое неспособны, да если и способны, то вряд ли опустятся до подобных рискованных проникновений – им и так хорошо живется.
– Ваши слова подтверждают мои предположения, – кивнул Торвин, – кроме того, у демонов есть реальные мотивы нам вредить. Насколько я знаю, на организуемый гномами бал также прибыла и демонская делегация, точнее, две делегации. Одну из них никто не приглашал, и она просто оперативно примкнула к официальной. Неофициальная делегация включает несколько представителей верхушки Лиги боевых магов, в руководстве которой, несмотря на ее международный характер, преобладают демоны. Как я понимаю, единственное, что на балу им может быть интересно, – это договориться об участии наемников Лиги в гномо-оркской войне. Участие наших рейнджеров, понятное дело, для них нежелательно, и они сделают все, чтобы нас дискредитировать в глазах гномов. Подозреваю, резня на базе мертвителей с подставой Ллерина, что спровоцировало его похищение, может быть делом их рук. Что-что, а стихийников в Лиге немало, могли взять с собой парочку.