Инструктор-Зомби (СИ)

Подоспевшие Зум и Шиз, только и оттащили тело девочки, помогая старику подняться.
— Кирилл Генадьевич, вы как? — тревожно спросил Николай, похлопывая того по спине, стряхивая грязь с куртки.
— Совсем малолетки озверели! — рыкнул в ответ мужчина, опираясь на свою трость. — Это ж надо, посреди бела дня кидаются. Пришлось огреть.
— Сильно огрели, Кирилл Генадьевич, — цокнул языком Даниил, присаживаясь рядом с лежащим телом и изучая травму на виске. — Коль, звякни в скорую, ей висок вскрыло.
— Да ладно⁈ — удивился тот, приблизившись и доставая телефон. — Внатуре, фига се, ну вы даёте. За что ж вы её так?
— А ты её морду видел⁈ Бешенная! — принялся активно защищаться Генадьевич, пытаясь при этом смыться с места преступления.
И ему это вполне удалось, он уже был практически у подъезда, когда молодёжь заметила пропажу старика. До этого они были заняты попытками дозвониться хоть кому-то, однако горячие линии скорой и полиции были попросту перегружены.
В итоге Даня предложил позвонить их знакомому, Сергею Покрову, который был водителем на машине скорой помощи, а по совместительству, соседом Николая по лестничной клетке.
— Кирилл Генадьевич, а вы куда? — вежливо поинтересовался Зум, догоняя активно хромающего деда.
— А что-то не хорошо мне, помоги старику подняться а? — попросил он, изображая крайнюю степень растерянности и беспомощности.
— Нет, Кирилл Генадьевич, вы подождёте приезда скорой, вон, посидите на скамеечке, — Даниил, не смотря на попытки сопротивления мужчины, усадил того на скамью рядом с подъездом, которую обычно занимали бабки разных мастей и уселся рядом, контролируя, чтобы дед никуда не сбежал.
Тем временем Николаю удалось дозвониться до Сергея. Тот как раз находился на работе, а вернее на одном из выездов, вот только его положение было весьма нетипично для водителя скорой помощи.
— Колян, бля, какое счастье, что ты позвонил, — радостно отозвался он. — Короче, тут такая фигня, бешенство в городе. Лютое причём. Всех, кто кидается, наглухо укладывай. Сегодня всю ночь и всё утро в разьездах, всякого насмотрелся.
На заднем фоне раздавались звуки глухих ударов.
— Сегёра, ты там, где, че у тебя там творится⁈ — взволнованно спросил Шиз.
— В дерьме я, меня тут, на Офицерской восемь зажали. Еле в машине закрылся, выехать не могу, какой-то гандон мне перед подпёр, да эти, бешенные облепили, штук шесть сразу. Колян, они ж в натуре крышей протекли, при мне из квартиры одного такого вытаскивали, так он свою супругу практически сожрал! — на нервах выпалил водитель.
— Серый, мы рядом, сейчас подскочим, я с Даньком. Бешенных наглухо гасить? — не понимал Астафьев.
— Прям гаси, в городе эпидемия, менты сами уже наполовину в бешенстве, Коля, тут лучше потом в суде оправданым быть за самооборону, чем вот так подохнуть, это я тебе как врач говорю, чё хочешь потом нарисую, вытащи только, первым же свидетелем пойду! — уже практически кричал Сергей, на заднем фоне зазвучал звон стекла. Звонок прервался.
Николай глянул на лежачую девочку и на всякий случай отнёс её на детскую площадку, уложив там на лавке. Подозвав Даню, он крайне быстро обрисовал ситуацию, и они вдвоём умчались вытаскивать знакомого из окружения, настоятельно посоветовав Кириллу Генадьевичу направиться домой и ожидать, что скажут по телевизору или радио.
Вот только Кириллу было не до разговоров. Что-то в мире начало меняться, раз уж дети начали на стариков кидаться. Оно конечно и раньше так бывало, но настолько агрессивно настроенную молодёжь он ещё не видел. Старик сразу направился к себе. В адекватность информации передаваемой по радио и телевизору, Генадьевич не верил, а потому в его планах было первым делом осмотреть болящий глаз и уже потом, выбираться на улицу, чтобы узнать что происходит и разобраться по месту. Как бывший военный, он всё же должен принимать участие в устранении беспорядков, по крайней мере, его так учили.
[Утро первого дня. 9:15. Квартира Кирилла Генадьевича]
 
Уже скрывшись в своей квартире, дед заперся на три замка и включив телевизор, чисто чтобы слушать новости фоном, направился в ванную.
Правый глаз жутко жгло, словно на него пролили кислоты. Причём в зеркало было видно, будто на него действительно пролили какой-то химикат. Справа от зрачка белок почернел, образовалось пятно, от которого начала расползаться кровавая лужица, словно лопались капилляры.
Боль стала просто невыносима и мужчина, уперевшись руками в раковину тихо взвыл, скалясь. Сильно зажмурившись, он вслепую повернул переключатель смесителя. Сложив ладони лодочкой и набрав воды, Генадьевич попытался умыть лицо, но это не помогло, жжение не пропало. Веки правого глаза уже невозможно было разомкнуть и мужчина, совершив волевое усилие, развёл их в стороны сам, чтобы посмотреть на результат.
Увиденное его не порадовало. Глазное яблоко стало красным практически полностью, а зрачок побелел. Внезапно жжение началось где-то за глазным яблоком и эту боль уже нельзя было перетерпеть в адекватном состоянии. Старческий организм не выдержал столь сильной перегрузки, и старик свалился на пол прямо в ванной комнате, потеряв сознание от боли.
А тем временем нечто проникло уже в мозг и прошлось по всей нервной системе и органам. Такая специфическая перестройка организма заняла довольно много времени и потому Кирилл Генадьевич так и пролежал до самого вечера, пока не очнулся и не обнаружил, что лежит в луже собственной крови, на спине. Вот только удивительно было для него другое. Он не дышал. В прямом смысле этого слова. Грудь мужчины не вздымалась и дело даже не в задержанном дыхании. За пять минут проведённые в попытках понять, что же происходит, Генадьевич так ни разу и не вздохнул, что было крайне странно и… Непривычно. Впрочем, в тот вечер его ждало куда большее количество открытий, нежели просто факт отсутствия у организма дыхательной функции.
  
Глава 2
 
[Утро первого дня. 9:15. Улица Офицерская]
Двое весьма отчаянных парней неслись уже два квартала, уже даже не обращая внимания на проносящиеся мимо автомобили. Казалось бы, город только начинал просыпаться и выбираться на улицу, однако мафия сделала свой ход. Определённое число заражённых, при котором у оставшихся в городе практически нет шансов на выживание, было достигнуто и потому зараза распространялась с бешенной скоростью.
Пробегая мимо врезавшейся в здание винно-водочного магазина, машины частной охранной группы, парочка заметила, что один из чоповцев уже склонился над телом другого и активно того пожирает. От увиденного Шиз моментально остановился, удивлённо уставившись на мужчину. Неизвестный, в серой спецовке, поверх которой был накинут чёрный жилет, с закреплённым на нём кобурой и парой подсумков под магазины.
— И это, бля, бешенство? — не громко спросил Николай.
— Оно самое, валить надо, — так же тихо ответил Даня, оглядываясь в поисках подручных средств, которые могли бы послужить оружием.
К его счастью, рядом валялось большое количество битого кирпича и стекла. Вооружившись острым красным осколком классического строительного материала, парень уверенно зашагал к безумцу.
В отличии от Шиза, Зум достаточно быстро пришёл в себя и виной всему этому была определённая профессиональная деформация. Человек, проработавший на катафалке водителем и грузчиком по совместителю, уже не боится разнообразных трупов. По работе Дане частенько приходилось выезжать на объекты, где тела фактически приходилось отскребать от пола. Поэтому страха не было, был лишь адреналин и стойкое желание не заразиться.
Охранник, словно почувствовав, что сейчас его будут бить, оторвался от трапезы и оскалился всеми оставшимися десятью зубами, поскольку нижняя челюсть была свёрнута на бок и держалась практически на коже, то её можно было не учитывать в общем подсчёте. Мужчина издал утробный звук и начал подниматься, когда к нему подскочил парень и с силой толкнул ногой в грудь.