Склонность к дождю (СИ)

— Марк, значит, мне надо с… матерью встретиться. Я думала, что надо. Чтобы повторить уже однажды сказанное. И уведомить, что квартиру я им дарить не собираюсь. В общем, точку поставить.
— Если ты это решила.
— Она сказала, что если я не вернусь к своим семейным обязанностям, я ей не нужна.
— Бред какой-то. То есть ты нужна в качестве кухарки и няньки для сестры. А потом, видимо, и для её детей. Так надо полагать?
— Видимо, — Софья даже отвела взгляд, потому что по глазам вдруг резануло. — Она сама точку поставила.
— Соф… Если ты предупредишь бабушку о приходе, по результату всё станет ясно. Причём со всеми.
— Хорошо.
— Я появлюсь в качестве твоего адвоката минут через пять после тебя. Ну и сориентируюсь, что сказать и кому.
— Если понадобится.
— Конечно. Думаю, мы поймём друг друга.
Оставалось определиться с днём. Что не составило труда, к удивлению Софьи. Это случилось в первый рабочий день Марка, и когда он позвонил, чтобы сориентировать её по времени, показался Софье каким-то взволнованным…
…Софья стояла неподалёку от шлагбаума, преграждающего въезд во двор. Поглядывала то на огромную арку, то на проезжую часть.
Как только Софья оказалась на Гончарной улице, охватило волнение и не отпускало. Насколько хватало взгляда, парковочные места были заняты. А Марк на машине!
— Да и!..
Софье в голову не пришло спросить у Марка о его машине. Какого цвета? Большая ли? Какой марки?
От вокзала их довёз Стас. К бабушке и деду они ездили на такси… И вот сегодня Марк поехал на работу… Единственное, что знала Софья — машина стоит на подземной парковке. Но толку от этой информации!..
И вот скоро Марк подъедет, а тут и приткнуться негде. Но вдруг Софью озарило — у неё же на брелоке есть пультик, способный поднять этот шлагбаум. Точно! Единственное — не села ли в этом пультике батарейка.
К счастью, пульт сработал! Отлично. Осталось только дождаться Марка.
Софья задумалась — когда позвонила бабушке, та показалась ей задумчивой. Возможно, Софья оторвала её от размышлений артистических. Ведь когда они жили вместе, Елена Петровна просила внучку не начинать разговор первой… Или бабушка начала думать о чём-то, как только услышала голос Софьи? Или беспокоит что?
Интересно, о каком результате говорил Марк? И…
— Девушка, не хотите прокатиться со мной?
Софья даже отпрянула.
Перед ней стояла чёрная машина. Софья окинула подъехавшую красавицу взглядом — шикарная, с тонированными задними стёклами, на крыше будто акулий плавничок…
— Софья!
— Марк?
— Не узнала?
— Нет, — вот до чего задумалась…
— Это хорошо, богатым буду.
— Сейчас, Марк!
Софья нажала на кнопочку пульта, и шлагбаум, вздрогнув, поднялся.
— Это, конечно, — ничего себе домик, — заметил Марк, когда они уже шли к подъезду. — Софьюшка, ровно пять минут, и я звоню в дверь.
Она кивнула.
Марк был уверен, что всё просчитал верно.
* * *
В подъезд вошли вместе.
Марк посадил Софью в лифт и отдал ей чемодан. Сам медленно пошёл вверх по лестнице. Когда шум от лифта стих, посмотрел на часы.
Буквально через полминуты хлопнула входная дверь…
…Софья не удивилась.
Понятно.
И тут же к ней устремился умоляющий о понимании взгляд Елены Петровны. Видимо, утомила дочка-Маша маму разговорами о недвижимости.
Софья посмотрела на часы — начало пятого.
— Добрый вечер.
— Для кого как, — тут же взвилась Маша. — Наконец, богатая наследница осчастливила нам своим присутствием.
Мать сидела на диванчике в прихожей. Елена Петровна стояла перед дверью Софьиной комнаты.
— Да, для кого — как, — Софья посмотрела на мать: — Тебя так дальше прихожей и не пускают?
— Тебя не узнать.
— Что ты хочешь? — ни к чему продолжать этот обмен «любезностями».
— Видишь ли, Софья… Эта квартира — наше семейное гнездо, и даже в моральном плане несправедливо, чтобы она была только твоей.
— Гнездо? — Софья не смогла сдержать удивления. — Больше на мини-отель это было похоже.
— Тебе не понять, — вскинулась Мария. — А вот для меня, это родное место, тем более с годами чувство ушедшего безвозвратно обостряется.
 
— А какие проблемы? Я могу продать тебе эту квартиру, — Софья пожала плечами. — Бабушка, помнишь, ты цену озвучивала? Сорок миллионов.
— Ты за речью-то следи, — проскрежетала Маша. — Не боишься, что я после тебя могу унаследовать эту квартиру?
Прозвучал дверной звонок.
Елена Петровна и Мария встрепенулись.
Софья открыла дверь.
— Софья Владимировна, приветствую, — в прихожую вошёл адвокат Кушманцев. Окинул присутствующих спокойным взглядом: — Вечер добрый, дамы.
— Марк Анатольевич, здравствуйте.
— Я могу приступать?
— Да, конечно, — Софья направилась в свою комнату. — Не буду вам мешать.
Елена Петровна посторонилась, пропуская внучку и не отрывая любопытствующего взгляда от мужчины.
— Насколько я понял, Елена Петровна — это вы, — обратился Марк к бабушке. И та тут же кивнула.
Марк достал из внутреннего кармана пиджака «Удостоверение адвоката». Конечно, он мог не предъявлять документ, но это пойдёт на пользу родственницам. Поднёс поближе к Елене Петровне и раскрыл:
— Кушманцев Марк Анатольевич, адвокат Московской коллегии адвокатов. Представляю интересы Софьи Владимировны.
— Да, — Елена Петровна приосанилась, и глаза её улыбнулись. — Слушаб вас.
— Во-первых, хотел бы знать, в чьём присутствии мы будем вести беседу. И не против ли вы этого присутствия.
— Это моя дочь, Мария, мать Софьи Владимировны, — пояснила Елена Петровна. — Думаю, ей полезно будет послушать.
Мария сидела, закинув ногу на ногу, в своей любимой позе. И не без интереса рассматривала пришедшего мужчину.
— Что ж… Елена Петровна, хочу довести до вашего сведения, что вы являетесь всего лишь зарегистрированной на данной жилой площади, проживаете здесь только благодаря согласию и разрешению Софьи Владимировны. Замечу, что в случае перемены её решения, ваша регистрация аннулируется.
— У нас договорённость с внучкой, — Елена Петровна растерялась.
— Я в курсе. Но поскольку договорённость устная, счёл своим долгом напомнить.
— Да.
— Так же всё имущество принадлежит Софье Владимировне, вы не имеете права им распоряжаться. Поскольку есть опись, несёте ответственность за сохранность. Ну и понятно, что никакого ремонта и даже перестановки быть не может без уведомления хозяйки квартиры.
— Но вообще-то, всё, что здесь имеется, куплено моим мужем или мной, — заметила Елена Петровна.
— У вас товарные чеки имеются?
— Нет… Но…
— Вопрос закрыт, — Марк посмотрел в сторону комнаты, в которой скрылась Софья. Дверь была приоткрыта. — С вашего позволения.
Он вошёл в комнату, плотно закрыв за собой дверь. Краем глаза Марк успел заметить, что мать Софьи сменила позу с расслабленной на напряжённую.
Софья сидела на диване. Возле неё лежала стопка вышивок, переложенных пергаментной бумагой.
Марк присел перед ней на корточки.
— О чём-нибудь поговорить успели?
— Да. Тепло поприветствовали друг друга, — горько усмехнулась Софья.
— Ещё?
— Ещё… — Софья опёрлась локтями о колени и прижала ладони к лицу. — Мать сказала, не боюсь ли я, что она может после меня квартиру унаследовать.
— Что? — Марк вскочил. И быстро совладав с эмоциями, чётко, достаточно громко и спокойно произнёс: — Сейчас мы побеседуем и об этом.
Тут же вышел из комнаты, оставив дверь открытой.
— Так, Мария?.. Не знаю вашего отчества.
— Евгеньевна, — Маша обе ноги поставила на пол и спина её стала ещё прямее.
— Мария Евгеньевна, вас интересует вопрос наследования, насколько я понял?
 
— А в чём, собственно!.. — вскинулась Маша.
— В том, что вы в присутствии свидетеля в лице Елены Петровны угрожали моей клиентке.
— Я не угрожала, — Маша побледнела. — Это на эмоциях было сказано. И это наши личные дела.