Склонность к дождю (СИ)

— О, Алексей, кстати! Главный просил зайти, как только здесь появишься!
И она продолжила что-то набирать на компьютере.
— А Софья где?
— Уволилась, — ответила секретарь, не поднимая глаз.
«Так».
Он шагнул к двери.
«Как появлюсь. Ну, понятно…»
То, что Софья уволилась, — это, конечно, она сглупила! Из такой компании только по большим залётам по работе уходят. Ну, или если жена шефу на хвост наступит и приходится менять секретаря. Но генеральный, после последней разборки с благоверной, не рассматривал Софью как… Или?
— Разрешите? — Алексей, приняв деловой вид коммерческого директора, открыл дверь кабинета генерального.
…Он закрутил вентили, снял с вешалки полотенце и снова застыл. Вспомнил, как кипел недавно генеральный.
— Лёш, не думал я вчера, что ты о Софье эту пургу гонишь! Ты вообще что ли разницу не сечёшь? Ты думаешь, почему я с ней не мутил? Из-за жены? Да ни фига! Просто… Она такой чистый человечек! Ну, ты нашёл кого подрессировать! Теперь я без такого референта остался. Моя опять дёргаться начнёт, в Софье-то она была уверена. И знаешь, Лёш, мне просто по-человечески её жаль.
— А как она уволилась без отработки?
— Это можно сделать на усмотрение администрации.
— И трудовую оформили?
— И все справки выдали! — видно было, что шеф зол, как чёрт
Вот тебе и отношения с персонажем.
Надо же, а как любил всегда о персонажах потрепаться. Сам эту игрушку придумал! Каждый из них «брал в обработку» какую-нибудь дамочку, и по мере развития ситуации рассказывали друг другу в интимных подробностях о каждом шаге. Как целуется, на какие вольности в поцелуе способна. Потом шла обработка для шага к постели. Ну, и… Всё по-порядку. И, кстати, последний персонаж Алексея вызывал у шефа бурный интерес. Девушка оказалась неопытная. Алексей развлекался по полной программе, дозируя ласки… Да и близки-то они были считанные разы, он же долго за ней ухаживал!
Поначалу он махнул рукой — соскочила девка, и ладно!
Но совсем скоро понял, как ему плохо. Ну просто, хоть вой!
Отношения…
— Влюбился я. Вот поэтому так и х*рово…
Промаявшись неделю, Алексей решился на звонок. Конечно, трубку Софья не снимала.
Ещё через несколько дней он решил пойти к ней домой. Тем более с бабкой её он знаком, они были на спектакле Елены Петровны!
— Что ж, попытаюсь! Всё же в первый раз случается. Вот и я прощения просить попробую.
Он долго объяснялся через консьержа, прежде чем Елена Петровна дала разрешение пройти. Пока ехал в лифте, подумал, что бабка спектакль разыгрывает.
Какой Алексей? Молодой человек Софьи? Софьи! А мы знакомы? Софья представляла нас? Ах, вот как, я приглашала вас на премьеру! Да, да, припоминаю. Так вы́ — это Алексей. И что ва́с привело?
— Артистка, — процедил Алексей сквозь зубы. И вдруг рассмеялся. — А ведь, действительно, артистка! Как-то упустил я этот момент! Ну-ну! Посмотрим, для чего Елене Петровне этот спектакль понадобился.
Конечно, в дверь он позвонил. Действительно, зачем открывать, когда к тебе пришли? И пара минут, которые провёл на площадке, показались вечностью.
Но и этих двух минут хватило, чтобы понять, насколько он истомился и хочет поскорее хоть что-нибудь узнать о Софье!
Наконец, послышался шорох поворачивающегося замка. Дверь плавно открылась. Елена Петровна стояла на пороге, снисходительно поглядывая. Но войти предложила, правда дальше прихожей не пригласила.
Дверь в комнату Софьи была закрыта. Так! Отчего-то у него возникла уверенность, что она дома… Зря что ли бабка время тянула, пока через консьержа объяснялись.
— Здравствуйте, Елена Петровна.
— Здравствуйте… Алексей?
— Алексей, — кивнул он и подумал: либо бабка переигрывает, либо у Софьи масса поклонников.
— Что привело вас?
— Хотелось бы поговорить о Софье!
— О Софье.
Елена Петровна подавила вздох. В последние дни прямо ажиотаж возник — всем нужна Софья. Мать уже наизнанку вывернулась, ну тут-то понятно, пытается недвижимость хапнуть. Отец объявился — это, конечно, интересно. И хорошо для Софьи. В Питере они, наверняка, встретятся!
 
А вот хорошо ли, что Алексей этот заявился? Что ж, послушаем!
— Начинайте, Алексей, может, разговор и получится.
— Понимаете, Елена Петровна, мы повздорили немного, — взгляд его невольно скользнул по закрытой двери комнаты Софьи.
Елена Петровна толкнула дверь. Нет её!
— Ну, так что?
— Вы же знаете, Софья — это же такой чистый человечек, — голос Алексея немного осип, он действительно был взволнован. — Она… взяла и уволилась.
Елена Петровна едва сумела подавить удивление. Но она сдержала себя, прикинув, что этот мужчина чуть выше среднего роста, внешне вполне неплохо смотрится с Софьей. В театре, на премьере, они приятно выглядели вместе.
— И?
— На звонки не отвечает, — он вздохнул. — Понимаете, я не хочу терять её. Ну, повздорили. С кем не бывает! Зачем из-за пустяка рвать отношения?
Пустяк. Из-за которого увольняешься с работы!
— Возможно, для неё это не пустяк, — заметила Елена Петровна осторожно, но одновременно утверждающе.
На какие-то мгновения Алексей решил, что бабка обо всём знает. Но замешательство длилось не долго. Нет, вряд ли Софья рассказала бы, что была персонажем, об интимной близости с которым в подробностях узнал их шеф.
— Елена Петровна, Софья ведь во многом наивная. Она в жизни, в отношениях между людьми, совершенно неопытная. Я имею ввиду современные нравы в коллективе — шутки теперь откровенные, общение достаточно свободное.
Елена Петровна усмехнулась:
— Но прибежал ты за наивной Софьей!
Алексей вздохнул.
— Кто же от неё откажется.
Елена Петровна села на диванчик. И внимательно посмотрела на визитёра.
Она раздумывала, стоит ли он шанса.
На следующий день после премьеры Елена Петровна подробно расспросила внучку о её спутнике. Елене Петровне было интересно, кто и чем занимается мужчина, который так достойно вёл себя на фуршете после спектакля. Алексей был раскован — нисколько не смущался близкому присутствию знаменитостей. Он был обаятелен, шутил к месту. И что очень понравилось Елене Петровне, был внимателен к Софье.
А ещё он оказался хорошо одет, и имел дорогие часы.
Оказалось, Алексей был коммерческим директором компании.
Конечно, неплохой он вариант. Но только вот такое резкое поведение Софьи! Возможно, этот Алексей и прав, опыта у Софьи маловато, ну и чистый она человечек, это да.
Прибежал ведь! Этот умеющий себя подать, уверенный в себе, внешне приятный… коммерческий директор.
И не говорит больше ничего — жить без неё не могу, женюсь и другую белиберду, способную подействовать на пожилую женщину, на бабушку столь желанной для него женщины.
— Алексей, Софья поехала в Петербург.
Добавлять, что внучка умчалась без слов, лишь оставила записку на кухонном столе, Елена Петровна не стала. Да и зачем? Не объяснять же ему, что Софья узнала о скрываемых от неё письмах.
— Отдохнуть?
— К родственникам.
— Елена Петровна, вы можете дать адрес? Я хочу объясниться с Софьей как можно скорее.
Формулирует грамотно. Но бабушка всё же выдержала небольшую паузу.
— Набережная канала Грибоедова, — и Елена Петровна проговорила адрес, который знала наизусть. — Езжай, Алексей.
Он галантно попрощался и покинул квартиру.
Елена Петровна закрыла за ним дверь, неспешно, по давней привычке взялась за цепочку… И тут прохладный металл словно обжёг — ведь теперь цепочкой она не пользуется, потому что с ней живёт Софья!
Софья!
Елене Петровна поспешно отперла дверь, распахнула… На площадке было пусто — видимо, Алексей воспользовался лестницей, поскольку шума от лифта слышно не было.
 
Тогда она быстро вернулась в квартиру и связалась с консьержем.
Почти тут же в трубке послышался голос Алексея — успела!
— Слушаю вас, Елена Петровна!