Кривое зеркало (СИ)

Даша слушала историю, и глаза ее все расширялись и расширялись. Под конец она даже голову опустила, чтоб не выглядеть совсем уж глупо. На осознание всего сказанного явно понадобится время, потому что произошедшее просто так в голове не укладывалось.  Однако финальный посыл был ясен.
С одной стороны, наступать на те же грабли ой как не хотелось. Опять комната, опять делить быт с посторонним человеком. Да и не с бабушкой-божьим одуванчиком, а с мужчиной. Мало ли на чем его переклинит. Приставать начнет…Непрошеная мысль тут же вспыхнула картинкой.
«Тьфу ты, дура какая! Нашла, о чем думать!» - Даша тряхнула головой, прогоняя глупости, и посмотрела на Сталину Владимировну. Та спокойно пила чай и ждала ответ. А вот это не глупости. Человек пришел ей на помощь, поддержал в трудную минуту. Свинством было бы не отплатить добром за добро. «Ладно, в крайнем случае, поживу пару месяцев, не понравится, съеду», - решила она и согласилась.
***
Дома пахло влажным, отпаренным бельем, детской смесью и жидкостью для мытья полов. Владислав задумчиво тер шваброй паркет. Однотонная работа успокаивала. День выдался суетным, и поговорить с бабушкой удалось лишь ближе к вечеру. Теперь мысли вертелись вокруг старушки-подружки. О предполагаемой квартирантке удалось узнать немногое: приехала из горячей точки соседнего государства, работает допоздна, детей любит, домашних животных нет. Вот и все данные, что удалось вытянуть из бабушки. Негусто.
Влад отжал тряпку и распрямился, сообразив наконец, что его царапало в этом коротком рассказе. Работа. Сколько, интересно, этой подруге лет, раз у нее сил на труд до позднего вечера хватает?
«Может, она актриса? Тогда это многое бы объяснило», - в конце концов придумал он подходящий ответ на свои сомнения.
В дверь позвонили. Владислав глянул на часы и пошел открывать. Однако заготовленные слова приветствия застряли в горле, стоило ему увидеть гостью.
- Не понял, - увы, но ничего более вразумительного в этот момент выдать не удалось.
- Здравствуйте, я от Сталины Владимировны, - Даша оказалась более коммуникабельной
- Догадался уже, - Влад хмуро глядел на переминающуюся с ноги на ногу девушку и пытался выкинуть из своей речи все нецензурные слова. Получалось хорошо, но именно поэтому молчание затягивалось. – Зайдите. Не стойте в подъезде, - наконец нашелся он и захлопнул дверь. – Тут явно какая-то ошибка вышла. Я вас не ждал. Подождите, пожалуйста, тут, я разберусь, как так вышло, а потом решим, что делать.
Владислав оставил гостью в коридоре, а сам, подхватив телефон, выскочил на балкон и набрал бабушку. Ярость трещала раскалённым маслом. Больше всего в жизни он не любил, когда им манипулируют. А то, что цирк, устроенный бабушкой, есть ничто иное как манипуляция, было ясно как божий день.
«Старая сводня».
- Бабушка, скажи, пожалуйста, с каких пор у тебя в подружках ходят девушки и сколько их у тебя, если не секрет? Давай всех ко мне домой приведем, отбор устроим? Что ж по одной-то присылать? – Влад был зол и даже не пытался говорить спокойно.
- Слава, не ори, у меня хороший, дорогой слуховой аппарат, я тебя отлично слышу.
- Отлично? Ах, отлично! Тогда скажи, пожалуйста, что эта девица делает у меня дома с чемоданами?
- Ты сам согласился впустить мою подругу, поэтому нечего кричать, будто тебя кипятком ошпарили, - голос Сталины Владимировны звучал обиженно, но Влад знал, что бабушка прекрасно владеет интонациями, и не собирался идти на поводу.
- Бабушка!!! Тебе восемьдесят, я думал, что и подруги у тебя примерно такие же. Плюс-минус десяточка!
- Славик, это дискриминация по возрастному признаку. Ты ведешь себя, как истеричка перед первым выходом на сцену. Уверена, тебя слышно на всю квартиру. Где ты заперся, в туалете?
-  Я на балкон вышел, - процедил Влад.
Бабушка хихикнула.
- Поздравляю! Теперь прекращай концерт, кланяйся немногочисленной публике и иди, показывай Даше ее комнату.
- Как ты себе это представляешь? – уже без злобы и как-то устало спросил Влад - Общий быт и все остальное. Это же неэтично как минимум.
 
Дарья слышала все, что сказал внук Сталины Владимировны. Сложно было не услышать, когда так орут. Щеки ее налились пунцом, уши стали горячими, а к глазам подступили слезы. Глупо все вышло, надо было сразу же отказываться от сомнительного предложения и идти по намеченному плану. Только идиоты не извлекают урока из собственных ошибок, повторяя их снова и снова. Даша стиснула зубы, подхватила рюкзак, намереваясь уйти прочь. Найдет она квартиру сама. В крайнем случае, переночует пару дней на старой, не переломится.
Однако уйти ей не дали: из зала, держась за стеночку, выкатилась Яна. Увидела Дашу, обрадовалась, протянула ручки и тут же плюхнулась на четвереньки. От чего расстроилась, губу нижнюю оттопырила, собираясь расплакаться. Пришлось поставить рюкзак и взять девочку на руки.
- Ну, ты чего, радость моя, раскуксилась? Не переживай, папа сейчас придет. Ты мне лучше скажи, с кем ты тут играешь, кошек-то у вас нет.
Яна тут же передумала плакать, но с рук не сошла.
- Ну, что, где твои игрушки?
- Ади, - девочка махнула рукой в сторону уголка, застеленного мягким ковриком. Даша скинула ботинки и аккуратно села на уголок. Яна сползла с рук, по-деловому достала коробку и вынула из нее страшнющего крокодила.
- Апа! – радостно выдала она.
- Похож, - согласилась Даша и только потом поняла, что Влад уже вернулся, и Яна таким образом отреагировала на отца. Повисла неловкая пауза.
- Кхм, - Влад прокашлялся. – Я вынужден извиниться, бабушка все перепутала, точнее не перепутала, а недопоняла. В общем, нам не нужен сосед по квартире. Простите, что так вышло, я вам сейчас машину вызову.
Девушка подняла глаза, стараясь взглядом передать всю ту палитру настроения, что сейчас испытывала сама. Но Влад не смотрел, он хмуро уткнулся в телефон, выискивая номер такси.
- Не утруждайте себя, я сама разберусь. – Она поднялась на ноги и прошла в коридор. Обулась, подхватила рюкзак, дождалась, когда Владислав откроет дверь, и вышла на лестничную площадку.
- Всего доброго.
В это самое мгновение небо разорвал салют. Подъезд затопило алым.
Владислав чувствовал себя гадко. Он не любил ситуации, подобные этой, и старался в них не попадать. Но когда увидел на пороге «бабушкин подарочек», испытал такой коктейль противоречивых эмоций, словно девица перед первым свиданием. Он только наладил свою жизнь, перестал ждать, что Оксана передумает и вернется, понял, как взаимодействовать с Яной, чтобы не совершать глупые промахи по три раза на дню. Создал что-то наподобие гармонии и начал успокаиваться, а тут…эта девчонка. Живая, молодая, привлекательная. Стоит ей поселиться, и она, как любая женщина, заполнит собой все возможное пространство. Баночки, бутылочки, шторы в тон ковра, запах духов, который въестся в подкорку и будет ассоциироваться только с ней, двадцать пар туфель в коридоре и кружевное белье в ванной на полотенцесушителе. Нет, он не сможет пережить это без потери спокойствия. А если она захочет привести подружек-хохотушек или хуже того, парня? Влад представил себе эту картину и разозлился. К черту! Лучше сразу сказать «нет», чем потом изводиться.
Однако озвучив свое решение, облегчения не испытал. Наоборот, накатила вот эта самая гадливость, словно вляпался во что-то склизкое. Злясь уже на себя, украдкой взглянул на гостью. Слезы, как безотказное женское оружие, будут? Нет, не похоже, даже ответила спокойно так, с ехидцей. Янку по голове потрепала и пошла обуваться.
«Ведь это она солнышко сшила, с которым малая вчера домой пришла», - запоздало вспомнил Влад, открывая входную дверь. «А ей есть куда идти?» - пришла невпопад вторая мысль.
А потом грохнул салют. Владислав мысленно чертыхнулся. Восточные товарищи, коих в городе было не меньше трети населения, а в его районе примерно половина, праздновали новый год. «Рано они начали, теперь…» - додумать не успел, отметил краем глаза какое-то неправильное движение и повернулся.