Кривое зеркало (СИ)

Яна подарок приняла с восторгом. Солнышко-многоног произвело настоящий фурор и из рук не выпускалось. Даша быстро подстригла когти коту, обработала их пилочкой, капнула на каждый специальным силиконовым клеем, который был в разы лучше всех новомодных колпачков, проверила уши, вычесала шерсть и довольного собой отпустила восвояси.
- Как часто нужно повторять процедуру, чтобы паршивец диван не драл? – поинтересовалась Сталина Владимировна, наливая Даше полную кружку чая с лимонником и жасмином и ставя полную вазочку сухофруктов. Дарья вспомнила многострадальный диван и подивилась, отчего этот вопрос встал именно сейчас, когда мебель окончательно испорчена.
- По-разному. От двух недель до месяца.
- Девочка моя, приходи через две недели, поколдуешь над моим Гамлетом, я и рада буду.
До Дарьи наконец дошло, что бабушке Сталине просто не с кем общаться, вот и зазывает в гости всеми известными способами.
- Хорошо, конечно, приду, - улыбнулась она, вдыхая ароматный чай.
Беседа текла размеренно. Сталина Владимировна была потрясающим рассказчиком с великолепным чувством юмора. Она с легкостью рассказывала о современных фильмах, делилась впечатлениями от местных театральных постановках и вообще была в курсе культурной жизни города.
«Когда только успевает!» - Даша искренне восхищалась человеком, который умудрился за годы не растерять бодрость духа и позитивный настрой. Иногда хозяйка увлекалась и начинала с гордостью говорить о своем внуке. Так, Дарья узнала, что Владислав закончил физмат, но по специальности работать не пошел. Увы, но преподаванием семью не прокормишь…
Дарья слушала все это, вежливо кивая и улыбаясь профессиональной улыбкой работника ветклиники. Всеми силами прогоняя прочь лишние мысли. А когда вдруг оказалось, что во всех аспектах замечательный Владислав придет с минуту на минуту, тут же подскочила и засобиралась домой. Второй раз сталкиваться с этим мужчиной не хотелось. Быстро одевшись и распрощавшись с хозяйкой квартиры, она умчалась домой.
«Что ж, кажется, зритель готов к кульминации, - усмехнулась Сталина Владимировна, глядя, как Даша выходит из подъезда. - Думаю, в следующий можно будет рассказать трогательную историю расставания. И, наконец, убедить Влада отвезти девушку домой. Нет, ну что за молодежь нынче стеснительная пошла! Боятся лишний шаг навстречу сделать».
***
Еще в подъезде своего временного дома Даша поняла, что в квартире творится что-то странное. Входная дверь оказалась открыта, через щель видно, что в коридоре горит свет. Аккуратно притянув ее на себя, Даша бесшумно скользнула вовнутрь. На полу бесформенной кучей валялись коробки, кулечки, сумки, пакеты, словно кто-то сделал генеральную уборку и собирался выкинуть ненужный хлам, но вынести не успел. Даша присмотрелась: вещи оказались не ее. Перешагнув через это нагромождение, она тихо, не раздеваясь, прошла в свою комнату. Та тоже была открыта. Все это нравилось меньше и меньше. Не зная, что лучше в такой ситуации предпринять: выйти, не следить и позвонить в полицию или не нагнетать панику и для начала разобраться, Даша остановилась, размышляя. В голову тут же полезли отцовские истории еще со времен его работы оперуполномоченным. Подумав немного и облизав вмиг пересохшие губы, она включила телефон на видеосъемку и вошла к себе. В комнате все было перевернуто вверх дном. Одежда разбросана, личные вещи выпотрошены, а за столом сидела и рылась в учебных бумагах какая-то девица. Даша замерла в изумлении, не представляя, как поступить. Сердце колотилось так, что шум его ударов отдавался в висках. Незнакомка заметила, что в комнате уже не одна, и застыла, словно сурок, пойманный хищником. Несколько длинных секунд продолжалось это обоюдное оцепенение. Наконец девица увидела телефон и взвизгнула:
- Вещи пакует.
- Куда?
- Понятия не имею.
- Чудно как! - Пружина, что начала постепенно расслабляться, вновь сжалась. - Но вы же понимаете, что со мной этот фокус не выйдет, - Дарья вновь осклабилась.
 
- Это почему еще? - Новая хозяйка хищно сощурила глаза.
«Сколько лет этой барракуде? – припомнились цифры из договора, выходило - не больше девятнадцати. – Далеко пойдет красавица».
- Во-первых, потому что я - не семидесятилетняя старушка с деменцией, во-вторых, вы ведь договор аренды в моих вещах искали, не так ли? – Даша показала рукой на разгром. - Так вот, хранится он на работе. Оплата идет за два месяца вперед. В начале февраля я деньги вашей бабушке заплатила, подтверждения у меня все есть, так что до конца марта я имею право тут жить. И в-третьих, если вам в голову придет какие-то фокусы учинять с пропажей вещей и заявлением в полицию, то видео я уже в облако загрузила. Понятно?
Елизавета бесшумно постучала пальцами по колену.
- Океюшки, фиг с тобой. Доживай свой месяц, я все равно на учебе. Считай, вся хата твоя.
- Нет.
- Что опять нет?
- Или собирай все нужные вещи и закрывай их в комнате, или бабушку свою оставляй за добром приглядывать. – Старушку, несмотря на всю ее маразматичность, было по-человечески жаль. Куда она зимой в десять вечера пойдет?
- Ой, да на здоровье, - закатила глаза девица, но спит она сегодня у тебя, я с этой вонючкой в одной комнате не лягу.
Даша вздохнула и подумала, что успокоительный чай был бы сейчас очень кстати.
«Спросить, что ли рецептик у Сталины Владимировны?» - усмехнулась она про себя.
Наконец новая хозяйка избавила от своего присутствия. Напряжение постепенно спадало, наступала мерзкая постадреналиновая стадия. Руки- ноги не слушались. Хотелось закрыться от всего мира и дать волю слабости, а еще лучше позвонить кому-то и нажаловаться, чтобы поддержали и пожалели. Увы, единственное, что Даша сейчас могла себе позволить, так это найти в общем бардаке полотенце и отправиться в душ смывать с себя усталость и страх. На приготовление ужина и уборку комнаты сил попросту не осталось.
Вернувшись после водных процедур, Даша обнаружила в своей комнате старушку. Та сидела на диване, положив руки на колени. Нижняя губа ее тряслась.
- Мне эту квартиру на заводе дали.
Даша молча пожала плечами, раздумывая, как они будут спать. Диван был только один и он не раздвигался.
- У вас раскладушка есть?
- Мужнину-то мы дочке оставили, а эту я хотела Лизке завещать. Как померла бы, ей все досталось. Нет, ведь уговорила, зачем, мол, на нотариуса тратиться. Перепиши на меня да живи себе спокойно. Я ей, лисе, поверила, а она, как документы получила, пришла и вещи повыкидывала. Разве так делается?
- Видимо, делается, - буркнула Дарья, не желая развивать эту тему. Вся ситуация была настолько мерзкой, что даже находиться в квартире не хотелось. Казалось, даже сам воздух здесь отравлен. Подышишь им и заразишься скверной. Даше резко перестало хватать воздуха, она открыла окно, силясь избавиться от спертого воздуха, что колом стоял в комнате.
- У вас раскладушка есть? – рявкнула она, дернув деревянную форточку.
- В нише, - старушка обиженно поджала губы. Дарья почувствовала, что закипает. Усталость, накопившаяся за день, помноженная на стресс, смешались, и выделилась злость.
- Идите и доставайте, вам надо где-то спать.
- Спелись, значит, две молодые, решили выжить меня из дому! Я в милицию позвоню, скажу, что меня бьют!
- Звоните хоть в милицию, хоть в пожарную часть, только давайте спать уже.
- Вот шла бы к своему хахалю да ночевала у него, раз такая нежная!
Что ж, старушенция вполне могла бы гордиться собой, если бы знала, что ей удалось сделать то, что не вышло у ее дочери – выкурить Дашу из дому.
- Так, я пошла, прогуляюсь, как приду, надеюсь, вы будете спать.
- Иди, шалава, я на цепочку закроюсь!
Дарья схватила сумку, оделась и вылетела вон. Чтобы не наделать глупостей, нужно было остыть.
«Поем и успокоюсь», - решила она. Благо, в городе приличных кафе, работающих до полуночи, было хоть отбавляй.