Предатель. Вернуть любимую (СИ)

***
— На двенадцать тридцать к доктору кто? — выглядывает из кабинета молоденькая медсестричка.
— Я!
Осторожно встаю, чтобы не задеть двух беременных женщин, сидевших со мной на диване в коридоре.
У них такие огромные животы и блаженные лица. Я старался не смотреть, но взгляд то и дело падал на их округлости. Если честно, выглядит жутковато. Особенно у той — в обтягивающей кофте. Такое ощущение, что женщина может лопнуть в любой момент. Или ее кожа может порваться.
Некомфортно себя чувствую в этом учреждении.
— Вы один? — удивленно вскидывает брови медсестра.
— Да…
— Хорошо, проходите.
Под перешептывания за спиной шагаю в кабинет, и мое внимание сразу же привлекает гинекологическое кресло — как будто пыточное…
Но долго на нем внимание не задерживаю — иду к столу, за которым сидит женщина в белом халате и очках, сдвинутых на кончик носа.
— Мирон Олегович, — подсмотрев мое имя в компьютере, обращается она, — а вы уверены, что не ошиблись адресом?
— Нет, — приземляюсь на стул. — Вы когда-то вели беременность моей невестки Лилии Суворовой.
— Да, помню такую, — кивает.
— Поэтому я не склонен сомневаться в вашем профессионализме.
— Помогу чем смогу, — хлопает ресницами. — Но я все-таки акушер-гинеколог…
— Знаю. Вы мне и нужны. — Сдвинув медицинские карты, облокачиваюсь на стол, чтобы стать поближе к доктору и говорить тише. — Скажите, насколько вероятно здоровое развитие плода, если в момент зачатия женщина была пьяна, а мужчина не только пил алкоголь, но и был под наркотой?
Ее лицо вытягивается.
— В зависимости от того, как долго употреблялись запрещенные вещества… Но в любом случае и то, и то не хорошо. Мы рекомендуем готовиться к зачатию ребенка.
— Поздно пить «Баржоми», Анна Михайловна. То есть риск возникновения пороков есть?
— Риск есть даже у тех, кто ведет здоровый образ жизни, а здесь…
— Я понял, — соглашаюсь. — Теперь второй вопрос: если мужчина был обдолбан до такой степени, что даже не помнит сам процесс зачатия, какова вероятность, что семяизвержения не было?
— Ох, — сняв очки, растирает переносицу. — По такому вопросу лучше проконсультироваться у андролога, но насколько я знаю, семяизвержение у мужчин может проходить непроизвольно. Даже во сне.
— Тогда вернемся к детишкам. Обдолбаный мужчина задается сомнениями, а его ли это вообще ребенок…
Анна морщит лоб.
— Ненадежная женщина? Есть повод думать об измене?
— Прецедентов не было, но мало ли.
— Тогда, если плод будет здоровым, дождитесь рождения и сделайте анализ ДНК.
Тяжесть непосильным грузом давит на плечи. Такое чувство, что сейчас Виталина реально села мне на шею и свесила ноги.
Еще семь месяцев ее терпеть.
Меня уже трясет от каждого ее звонка, от голоса, который с беременностью стал капризным и гнусавым. Блевать хочется от ее бесконечных просьб и жажды внимания. В последнее время ее навязчивость особенно обострилась.
Такое чувство, что Вита хочет знать, где я нахожусь каждую минуту. А если выходит не по ее, закатывает истерику и давит на жалость еще не рожденным ребенком. У нее уже мания, которую Виталина объясняет сменой гормонального фона. Но мне похуй на ее оправдания. Знал бы, что Вита в положении станет такой чокнутой, никогда бы с ней не связался.
— Это слишком долго, — хриплю я. — Другие варианты?
— Да, дородовое определение отцовства тоже возможно, например, с помощью биопсии или анализа околоплодных вод. Но эти процедуры всегда сопряжены с определенным риском осложнений…
— Ребенок может пострадать?
— Да, Мирон Олегович, — вздыхает Анна.
— Нет, — мотаю головой. — Я к такому не готов.
Пусть я не жду ребенка и не люблю его, но и вредить ему не стану. Как бы ни бесила меня Вита…
— А вот неинвазивная диагностика абсолютно безопасна как для матери, так и для ребенка, — продолжает рассуждать Анна. — Для исследования нужен лишь забор крови, и проводить его можно с девятой недели беременности.
Услышав Анну, рефлекторно расправляю плечи, будто сбрасываю с себя Лактионову на пол. Девять… недель? Приемлемый срок. Вполне. Я его почти весь отмотал.
 
— Так с этого и надо было начинать! — слишком эмоционально выпаливаю, услышав хорошую новость, но тут же осекаюсь, добавляя спокойнее: — Расскажите подробнее.
Анна объясняет и дает адрес проверенной лаборатории. Безмерно благодарный ей за помощь, забираю бумагу.
Я, наверное, совсем ебанулся, но сейчас мне больше всего хочется, чтобы Виталина изменяла мне. Я не то что мечтаю — вожделею, чтобы залет был от другого мужчины.
Да, вероятность маленькая, но она есть. Пусть Вита никогда не давала поводов думать о ней в подобном смысле.
На два часа дня у меня запланирована консультация. Выйдя от доктора, направляюсь в свой офис.
— Мирон Олегович, к вам посетительница, — сообщает Лара.
Бросаю взгляд на диван для клиентов и вижу Арину. Подруга Бельской в пестрой идиотской куртке задумчиво сидит на диване, держа на коленях подарочную коробку, перевязанную бантом.
  
Глава 30
 
— Что тебе нужно? — спрашиваю я.
Арина, вздрогнув, подскакивает с дивана. Растерянно поворачивается ко мне и протягивает коробку.
— Пусть бегут неуклюже пешеходы по лужам, — негромко напевает она.
А я вздергиваю бровь.
— Ты снова благовоний своих перенюхала? Мой день рождения в конце июля был.
— Так вы лев по гороскопу? Это многое объясняет, — тараторит она взволнованно и пытается всучить коробку, но я не беру. И тогда девчонка уточняет: — Это от Риты…
— Да? — лишь сейчас во мне вспыхивает интерес. — И что там?
— Я не знаю. Честно.
— Ладно.
На таких условиях я готов забрать презент. Однако Арина уходить не спешит. Вытягивает свою руку, просяще заглядывает в глаза.
— Тебе чаевые нужны? — ухмыляюсь и свободной рукой тянусь в карман, кажется там завалялась наличка.
Но рыжая отмахивается от купюры и быстро поворачивает мою ладонь. Сильнее вывернув ее, принимается что-то рассматривать и водить ногтем по линиям.
— Ты что делаешь?! — вскипаю я и резко выдергиваю руку из ее холодных пальцев.
— Я смотрела, чем все закончится, — испугавшись реакции, оправдывается она.
— Чокнутая! К психиатру сходи! — направлюсь в кабинет. — А из моего офиса проваливай.
Этими сказочками и колдовскими штучками пусть Бельскую впечатляет, а я в такую херню не верю. Будущее определяешь ты сам, и только от твоих решений оно зависит, а не от каких-то линий на руках…
Ставлю коробку на стол в кабинете и бросаю взгляд на часы — до встречи с клиентом еще двадцать минут.
Приземляюсь в кресло.
Признаться, меня очень удивил такой шаг от Бельской. Особенно после того как она катком проехалась по моему самолюбию в отеле, швырнув деньги как продажному кобелю. Мне это жутко не понравилось, и первой реакцией был гнев.
Но я понимаю, что моя Рита на такое бы не решилась — это в ней взыграла школа Кирияновой. Ведь Рита еще молода, жизненного опыта мало. Она податлива, как глина. Лепи из нее и лепи что нужно.
И я делал это — лепил под себя, как Пигмалион Галатею, пока мое безупречное творение не попало в цепкие когтистые лапы Эльвиры. Эта тетка ненавидит мужчин, под ноготь их загоняет. Генеральша в юбке. И стала она такой после личной трагедии.
Много лет назад Кириянова очень сильно любила своего мужа. Но пока рожала ему сына в роддоме, тот загулял с любовницей. На выписку не явился. А по возвращении Эльвиру ждал страшный удар — муж не признал ребенка, выгнал ее без денег с младенцем на руках на улицу.
И с тех пор Кириянова превратилась из любящей женщины в бессердечную железную леди. Начинала карьеру с простой швеи, но в жажде отомстить бывшему и утереть ему нос добилась невероятных успехов. Родных детей больше не рожала и замуж не вышла.
И вот с такой бескомпромиссной особой тесно общается моя Рита. И от Лили я узнал, что они не просто сотрудничают… Кириянова приютила Риту.