Мышь, которая зарычала. Антология

Он задом выбрался из ванной, мысленно повторяя: «Папаша… Джек… Мейбл… Одеться…»
Все происходящее находилось за гранью здравого смысла.
Что произошло?
Он положил в умывальник махонькое существо, полурыбу, полуженщину, карикатурное создание дюймов шесть ростом. Когда через несколько минут он вернулся, то обнаружил в ванне прекрасную рыжую незнакомку. У русалочки был хвост, а у этой… Его потом прошибло, когда он вспомнил, на что он глазел только что. Совершенно очевидно, что у рыжей девицы не было никакого хвоста, но формы ее божественного тела…
«Одежда! Боже мой, в моей ванне лежит голая женщина! А Дженис за мной вечером заедет!» Мысли взрывались в его голове, как воздушные шарики. И тут же он вздохнул с облегчением. Нет, они же встречаются в ночном клубе. Но одежда для русалки — как ее достать? Не может же он держать дома русалку!
Он отнял от носа платок, поглядел на него с содроганием и швырнул в мусорное ведро. Его нос увеличился втрое. Но хоть кровь перестала идти. Затем Уит достал зажигалку и нажал на рычажок. Ярко вспыхнул огонек. Он долго держал зажигалку перед носом и ждал. Ничего не произошло. Он ведь забыл вставить в рот сигарету.
Он спрятал зажигалку и сказал себе: «Приди в себя, мой друг! Ты знаешь, что все это тебе не мерещится, но если рассказать об этом любому нормальному человеку, он тут же вызовет «скорую помощь» из психушки. К тому же в этой истории есть несколько белых пятен.
Так что давай сначала достанем ей кое-какую одежду, а потом начнем задавать вопросы. И не забудь позвонить Пейтону».
Женщина в магазине готового платья ждала ответа на вопрос, какого размера женская одежда нужна джентльмену. Глаза ее чуть не вылезли из орбит, когда Уит постарался обрисовать форму русалки с помощью рук. Он покраснел до корней волос.
— Простите… но я не знаю, какой у нее размер. Она вся такая… такая…
Продавщица строго сказала:
— Продолжайте!
Это не помогло, потому что Уит снова перешел на язык жестов. Продавщица смилостивилась и даже улыбнулась.
— Думаю, что я почти вас поняла.
— Конечно, вы меня поняли! И дело вовсе не в размере!
Не важно, что подумала продавщица, но и белье, и платье пришлись словно по мерке. Уит приоткрыл дверь в ванную и забросил ворох одежды внутрь. Приглушенный голос поблагодарил его. Прошло несколько минут. Затем дверь ванной отворилась.
У молодого человека перехватило дух. Не важно, была ли Мейбл русалкой или родилась на суше, но вид ее был спасательным кругом для усталого взора и ленивых гормонов.
С трудом оставаясь джентльменом, Уит предложил Мейбл руку и проводил ее к мягкому дивану, раскинувшемуся перед искусственным камином. Он улыбнулся в ответ на ее вопросительный взгляд.
— Давай считать, что мы с тобой давно знакомы, — предложил он, — и нам ни к чему притворяться. Хорошо?
— Согласна, Джек.
— Тогда начнем с того, что я не Джек. Меня зовут Уит Хейнс.
Русалка откинулась на спинку дивана, и ее тяжелые волосы волной разлились по обивке. Запах чистых волос был столь одуряющим, что Уит почти забыл, что же он собирался сказать. Но все же ему удалось взять себя в руки.
— Замечательно. Раз уж мы обо всем договорились, то я хочу тебе сообщить, что считаю себя умным и наблюдательным человеком. Поэтому я верю своим глазам. И тому, что они сейчас видят. Но пока у меня нет всему этому объяснения. Пожалуйста, помоги мне.
— Начать сначала?
Он кивнул.
— Хорошо. Ты сам напросился. Моя история начинается во времена заката богов. Тогда наш отец Нептун решил, что его детям лучше скрыться, исчезнуть. Смертным никогда не понять русалок. — Она поправила волосы. — Отец напомнил нам, что мы бессмертны. Единственный способ спрятать нас от чужих глаз — уменьшить до ничтожных размеров. Сказано — сделано, и мы стали такими, как та рыбка, которую ты вытащил из аквариума. Затем он выпустил нас в море и наставил на правильный путь. После этого каждая из нас поплыла своим путем. Что, трудно поверить?
— Самое место — в книге рекордов Гиннеса, — заметил Уит. — Продолжай. При чем тут этот тип, Дэвис? Как вам удалось встретиться?
 
Она затряслась от хохота.
— Вот именно — тип! Ты не поверишь! Да я и сама бы не поверила. Ты решишь, что это фантастика.
— Пока что фантастикой и не пахло, — сказал Уит. — Самое время начать.
— Мы встретились с Дэвисом в пакете с мороженой рыбой. Честное слово!
— А что этот Дэвис делал в пакете?
— Глупенький, это не он там был, а я! И я сама виновата. Погналась за стаей сардин в Бискайском заливе, и тут — ба-бах! Гонки кончились. Я потеряла сознание, а когда пришла в себя, оказалось, что я лежу в вонючем трюме в куче из десяти тысяч сардин. Они меня чуть не задавили. Потом нас вытащили из трюма, спустили сквозь сито, рассыпали по пакетам и заморозили. Хорошо еще, что не пустили меня на рыбную муку или шпротный паштет. А этот тип, Дэвис, любит рыбу. Кушать любит, а не что-нибудь. Так что он меня разморозил и опустил в кастрюлю. Голую, в чем мать родила. Тут я запищала, и он сообразил, что на сардину я совсем не похожа. Сначала он мной заинтересовался только как ученый. Он втыкал в меня иголки и мерил температуру. Но потом в нем что-то щелкнуло, и он стал интересоваться мною… ну, сам понимаешь! Я лежу перед ним совершенно голая, в таком же виде, как ты меня наблюдаешь. Хотела бы я встретить мужика, который мной не заинтересуется… Короче: он вкатил мне укол микстуры, которая возвращает меня в мелкое состояние, и отнес в озеро. Вот и все о моих отношениях с мистером Дэвисом.
Голова Уита кружилась, как на карусели. Он верил каждому ее слову, но почти ничего не понимал.
— Ладно, допустим, я тебе поверил, — сказал он. — Но зачем он купил диван и телевизор?
— Это я потребовала. Обожаю смотреть телевизор. Как-то один чудик пришел на озеро с портативным телевизором и стал его крутить прямо на пляже. Я влюбилась в телевизор с первой минуты.
— А диван?
— На чем же мне лежать, когда я смотрю телевизор?
— Мейбл, ты сказала, что он сделал тебе укол и вернул в мелкое состояние. Расскажи об этом подробнее.
— Во-первых, никому не нравится, когда ему втыкают иголку в самую красивую и нежную часть тела. Поэтому я даже не смотрела, что он в меня впрыскивал. Он же психованный! Он сам с собой разговаривает. Химик он, вот кто! После того как я ему попалась, он бросил работу и стал изобретать средство, чтобы снова сделать меня маленькой. Это было мучение! Он вколет в меня сыворотку, я стану маленькой, потом минут через пять возвращаюсь в крупное состояние. Я ведь маленькая только в воде, а на суше ты меня от обыкновенной красавицы не отличишь. Сегодня с утра он мне сделал укол. А потом сунул в аквариум.
Уит задумался, пытаясь переварить ее рассказ. Мейбл беспокоилась. Она поправляла складки на юбке и расстегнула блузку. Потом она принялась за его галстук. Раза три его завязала и развязала. В процессе борьбы с галстуком она притянула его голову к себе, и ее губы оказались всего в сантиметре от его губ. Аромат ее тела и тепло дыхания сводили его с ума.
Он подумал, что ее губы не могут быть такими нежными и соблазнительными, как кажется.
Но жестоко ошибся.
Прошло несколько минут. Наконец она отстранилась и откинулась на спинку дивана.
— А ты сладенький, — сказала русалка. — Настоящий папашка. Поведай мне о себе, крошка.
Уит чуть не расхохотался. Подумать только: он сидит на диване с настоящей русалкой, губы еще не обсохли после ее поцелуев. Мороженая русалка из пакета с сардинами! Этого не увидишь даже в самом диком сне!
Она ткнула пальчиком ему под ребро.
— Чего сидишь, как глупый налим? Скажи, как ты вляпался в эту историю?
Он принялся конспективно излагать ей историю своих приключений, но не удержался и пустился в подробности. Он поведал о завещании его дедушки, Р. С. Хейнса, который поставил условием ввода в наследство, состоявшее из половины акций универмага Грейсана, его годовой контракт с фирмой, причем работать он должен был в отделе контроля платежей. Потом Уит принялся жаловаться на мистера Пейтона, перешел к воспоминаниям о своем детстве, юности, учебе в университете и дошел наконец до Дженис Грейсан.