Среди нас 3 (СИ)

— Залп слева! — выкрикнул я, увидев, что парочка пауков развернулась и приподняла мохнаты задницы.
Парни отреагировали мгновенно, выставив перед собой щиты, о которые в следующую секунду забарабанили чёрные стрелы. Гости снова остались невредимы. Я не стал демонстрировать свои уникальные способности. Попросту выхватил пистолет, оборудованный ПБС, и дважды вдавил спуск, обращая вражескую артиллерию в прах.
— Занять оборону! — скомандовал я и ускорился, всего за секунду преодолев зал с турникетами.
Два камня упали на пол у лестницы, и твари, что уже собирались ворваться внутрь, замерли у невидимой границы. Осталось зачистить тех, что уже сидели внутри, и моя команда прекрасно с этим справлялась. Не прошло и минуты, как все было кончено.
— Куда дальше? — спросил я Кирилла.
— Понятия не имею. Подозреваю, что в тоннель. Но лучше вначале осмотреться. Вход может находиться в одном из служебных помещений.
— Принял, — кивнул я и бросил ещё два камня на пол, перед спуском к платформе.
Обыск ничего не принёс. Стандартные кабинки для работников метро плюс несколько служебных помещений: раздевалка да туалет. Все они оказались конечными в том смысле, что в них не обнаружилось дополнительных дверей. Про тайные, замаскированные входы типа отъезжающих в сторону стен или унитазов-лифтов я даже не думал. В реальности никто не станет так заморачиваться. Вход должен быть максимально простым и надёжным — на этом всё. Максимум, на что хватает фантазии казённых умов, — это спрятать секретный бункер под детским садом. Да, жёстко, зато действенно. И если кто-то решил, что это какая-то шутка, то это не так. Всем известный бункер «703», который превратили в музей и открыли для всех желающих поглазеть на современные фортификации, как раз и залегает под дошкольным заведением. И таких примеров — великое множество, потому как это великолепный щит, хоть и максимально циничный.
— Ну что, двигаем дальше? — спросил Кирил, когда мы снова собрались на пятачке у турникетов.
— Строй тот же, — скомандовал я. — И учтите: там темно. Двигаемся не спеша, мы никуда не опаздываем. Вначале зачищаем платформу, затем помещение с турникетами и запечатываем выход. Камни у всех есть?
— Я свои даже не тратил, — ответил Мишка.
— Так точно, — по-военному отчеканил Шкет.
— Если что, у нас тоже имеются, — подал голос Кирил.
— Замечательно. Надеюсь, они так и останутся при вас.
— Думаешь, они хуже ваших? — огрызнулся Карл, ещё один витязь, единичка из группы рязанских.
— Я ничего не думаю, — сухо ответил я. — Но и людьми рисковать не стану.
— Чё? — шагнул было тот, но Кирилл придержал его ладонью в грудь.
— Вообще-то, это немного обидно. — Старший всё же решил продолжить тему. — С чего вдруг такое недоверие? Мы вам не враги.
— Послушай, ты вроде как бывший военный, так?
— Ну?
— Тогда ответь мне: ты стал бы вооружать своих ребят чужими непроверенными стволами?
— Ну, по ситуации…
— По нашей ситуации.
— Нет, — усмехнулся Кирилл. — Я тебя понял, извини.
— Тогда кончай базарить, раньше сядем — раньше выйдем. А ты… — Я упёр палец в грудь Карлу. — Ещё раз вякнешь, я тебе зубы в глотку вобью.
Витязь побагровел, но перечить не решился.
Мы вновь выстроили круговую оборону и шагнули на лестницу, ведущую к платформе. Вспыхнули налобные фонари, выхватывая из непроглядной тьмы причудливые тени. Витязям они не требовались, но добрая половина группы была обычными людьми. Это сильно усложняло операцию, однако я был уверен, что всё пройдёт хорошо. Пока я сражался даже не вполовину своих возможностей. Во-первых, нет смысла растрачивать силы попусту, а во-вторых, я всё ещё не доверял гостям, а потому старался не раскрывать все карты сразу. Мало того, я даже ауру от Кирилла прятал.
Из тоннелей тянуло промозглой сыростью. Стены были покрыты толстым слоем инея, и лишь звук наших шагов нарушал гробовую тишину. Запустение и заброшенность стали для нас привычными пейзажами. Но все равно, когда я попадаю в подобную атмосферу, вдоль позвоночника пробегают огромные мурашки. На складах это ощущается не столь сильно, но когда приходится бродить среди жилых кварталов…
 
С тенями схлестнулись, когда уже преодолели платформу. Бой на лестнице вышел быстрым: мы попросту порубили в труху четырех тварей и выбрались на относительно освещённую площадку. Да, видимость всё ещё была практически нулевой, однако на фоне сумрака очертания теней читались отчётливо, и дело пошло веселее.
Планомерно уничтожая противника, мы поднялись ко второму выходу и оставили за спиной два камня. Теперь враг мог напасть лишь через главный вход. Я вновь ускорился, перемахнул через заграждение и на ходу рубанул мечом метнувшегося навстречу паука. А затем в два метких броска перекрыл дверь амулетами из гранита. Парни быстро добили оставшихся, и мы снова спустились на платформу.
— Куда теперь? — спросил я.
— Вход, скорее всего, где-то в тоннеле, — предположил Кирилл. — Стандартный подход, как в Москве. Вопрос: в какой стороне?
— Делиться не будем, — сразу отрезал я. — Проверяем вначале левый, затем лучше вернёмся.
— Да мы так здесь неделю будем искать! — возмутился вечно недовольный Карл.
— Надо будет — и месяц потратим. Всё, пиздёж убили, двинули.
Мы спустились на пути и не спеша проследовали вглубь тоннеля. Вскоре он встретился с параллельным, но на вход в бункер пока не было даже намёка. Впрочем, вряд ли его расположили бы так близко к станции. Скорее всего, он будет находиться где-то на резервном пути, так сказать, на технической линии. Как правило, их делают для того, чтобы снять или добавить электричку. Эдакие аппендициты, благодаря которым разгружают линии в час пик.
Однако мы прошли весь маршрут до соседней станции, так и не наткнувшись на что-то подобное. Выходить из тоннеля не стали, а прямо на развилке развернулись в обратную сторону. Да, время работало против нас, зато гости были под присмотром. Опять же, кучкой проще отбиваться в случае опасности.
Вообще, надо бы как следует изучить местный подземный мир. Нижний — город с древнейшей историей, он наверняка хранит в себе миллионы тайн. Не удивлюсь, если предки спрятали здесь очередную печать, а может, и ещё чего, обладающее не меньшей ценностью. С другой стороны, если не знать куда идти, блуждать по бесконечным тоннелям можно до конца жизни. А никаких подсказок на глаза пока не попадалось.
Те ходы, что паутиной раскинулись под кремлём, мы обыскали вдоль и поперёк. Все они оказались переделаны, укреплены бетоном и использовались для отвода сточных вод. Некоторые были обрушены, другие специально перегорожены кирпичной кладкой. А поди теперь разберись, всегда там был тупик или это уже новодел?
— Вон, кажется, техническая ветка впереди, — указал пальцем в темноту Кирилл. — Я же говорил, что найдём.
— Так мы вроде и не спорили, — зачем-то ответил Мишка.
Мы свернули с основной ветки и двинули по «техни́чке». Прошло не менее часа, прежде чем свет фонарей выхватил из темноты грубые очертания металлоконструкций казённой платформы. Опять же, красота здесь не требовалась, и железного монстра попросту сварганили у края тоннеля. Ступени гулко отреагировали на наши шаги, и мы наконец замерли у гермодвери, перекрывающей вход к сокровищнице нашего государства.
— А она снаружи вообще открывается? — задал резонный вопрос Шкет.
— В случае чего завтра вернёмся, резаком выжгем, — ответил я и принялся осматривать стену возле двери. — Но резервный механизм, скорее всего, здесь предусмотрен. Тем более что это даже не основной вход.
— С чего ты взял? — удивлённо спросил Кирилл.
— Сейчас не понял? — Я оторвался от созерцания стены и уставился на старшего рязанских. — Ты же вроде военный?
— И?
— Чё — и? Ты не в курсе, как устроены фортификационные сооружения?
— А, ты об этом, — смутился он. — Я просто думал, может, ты здесь уже бывал.
— Так, стоп. — Я повернулся к гостям и почувствовал, как напряглись мои парни. — Вы чё воду мутите?