Принцесса Чикаго

  «У тебя вчера родился ребенок, и ты уже взвешиваешь варианты и мира вокруг тебя. Хорошо. Я рад."
  "Почему? Я думала, что забыла свое место? » Я бросила ему слова, которые он сказал мне, когда показал мне испорченный портрет Данты.
  «Ты забыла свое место жены. Но это не значит, что тебе нет места ». - сказал он, снова глядя в окно. Вдруг он сказал: «Линия моего брата никогда не была такой сильной, как моя, поэтому я никогда не рассматривал одну из них».
  «Чтобы быть твоим наследником?» Я уже знала ответ, но Дон Пьеро любил, когда вы подыгрывали его рассказам.
  Дон Пьеро кивнул. «У меня было два сына, и ни один из них не был достаточно хорош. Сальваторе, мой первенец, был ненормальным. Он слишком беспорядочный, слишком безрассудный. А Энрико слишком спокоен, слишком дружелюбен и слишком заинтересован в женщинах, а не в Наряде. Итак, я дождался, и у меня родились внуки. Сальваторе-младший был холоден и расчетлив. Однако он… не связан с семьей. Его мало интересуют наши силы, если они ничего не могут ему предложить - и он подбил благородную девушку из традиционной семьи ».
  Я скрыла свою реакцию. «Полагаю, нас ждет еще одна свадьба».
  «Нет, я ее прогнал».
  В животе у меня сжалось, но прежде чем я успела сказать что-нибудь еще, Дон Пьеро продолжил свою речь.
  «Но Алессандро ... Алессандро похож на свою мать, ты это знаешь? Он носит с собой Данту. Сначала я скептически относился к его способности управлять. Алессандро груб, дерзок. Он не был достаточно обаятельным, чтобы выполнять все необходимые ему задания, но ты, моя дорогая, изменила его. Сделал его острее, дал больше терпения. Вместе вы станете Доном, Боссом. Вместе вы будете династией Роккетти ».
  «Почему ты так говоришь?» Я спросила. «Что-то происходит, о чем мы не знаем?»
  Дон Пьеро улыбнулся мне. «Ты мне всегда нравилась, София. Ты напоминаешь мне меня в молодости. Надеюсь, ты будешь такой же могущественной, как и я ».
  «Вы говорите о будущем Алессандро и моем в Наряде, но вы не написали этого и не заявили о нас как о своих наследниках». - указала я. «У меня нет ничего, кроме вашего слова».
  «Чтобы править Роккетти, вы должны доказать, что достойны. Как и я ». Дон Пьеро снова посмотрел на окно, и что-то привлекло его внимание.
  Я увидел отблеск серебра.
  Я не заметила, что это было, пока не стало слишком поздно.
  Окно разбилось, и это прозвучало как удар молнии. Осколки стекла разлетелись по воздуху. Режущий, острый и мерцающий -
  Я закричала, поворачиваясь спиной, защищая Данте. Мой ребенок, мой ребенок -
  Потом в комнате стало тихо.
  Так быстро и так резко, что мне пришлось остановить свой крик, пришлось проверить ...
 
  Я обернулась и почувствовала, как весь мир содрогнулся от увиденного.
  Дон Пьеро лежал на полу больницы, кровь залила его лоб, а из черепа вырвался красный цветок. Он смотрел в потолок пустыми остекленевшими глазами, не обращая внимания на осколки окон и кровь.
  Я прижалась к кровати сына, прикрывая его изо всех сил.
  Я не могла перестать смотреть на Дона Наряда, лидера Иллинойса, короля Чикаго. Очень осторожно я на цыпочках подошел к нему, присела и стал обыскивать его шею пальцами. Его кожа все еще была теплой и мягкой.
  Но в поисках меня не встретил пульс.
  И я знала, в глубине души, в глубине души, что Пьерджиоржио Роккетти мертв и мир никогда не будет прежним.
 Перевод предоставлен  –  maria.simsek